Она единственная женщина в султанском гареме, имеющая официальный титул. Она — султанша Хасеки, и султан Сулейман разделял с ней свою власть.Она женщина, заставившая султана навсегда забыть о гареме.

Но в Европе она известна больше под именем Роксолана. Вся Европа хотела знать подробности о женщине, которая на последнем приеме во дворце в платье из золотой парчи поднялась с султаном на трон с открытым лицом!

Дочь священника в султанском гареме.

Как правило, окраска личности Роксоланы почти всегда негативна. Всем известна пропасть, разделяющая европейский и мусульманский миры, и женщина, сумевшая не только выжить в последнем из них, но и покорившая его, воспринимается по меньшей мере с недоверием. Лишенная права думать и жить в мире, где миссия женщины походила скорее на предназначение рабыни, Роксолана сумела победить, заставив гордых и властных мужчин склониться к ее ногам. Ей было 15 лет (по некоторым источникам — 19), когда за ней навсегда захлопнулись тяжелые двери султанского гарема.

После привольных лет девичьей жизни в Рогатине, что на Львовщине, Насте Лисковской, дочери священника Гавриила, предстояло стать одной из рабынь невольничьего рынка в Стамбуле. Ее хозяин по достоинству оценил красоту и молодость девушки: Роксолана была причислена к «дорогому товару». Украинская девушка поразила работорговцев Бедестана тем, что она… смеялась. Эти люди видели почти все, но смех вместо отчаяния, слез и проклятий…

Дочь священника попала в султанский гарем под именем Хуррем (смеющаяся). И для султана она всегда оставалась только Хуррем. Ее никто не называл больше Настей, Анастасией.

Много лестных слов посвящено красоте Роксоланы, очаровавшей султана, но очевидцы из Рогатина описывали Настю «скорее как миловидную, нежели красивую». Положение Роксоланы при дворе сразу же сделалось весьма и весьма прочным. Порукой тому служила страстная, нисколько не уменьшавшаяся с годами влюбленность Сулеймана.

Современники писали, что после знакомства с Роксоланой султан «не входил» более ни к одной женщине. При этом многие отмечали, что украинка была «скорее мила, чем красива» и совсем не соответствовала азиатскому идеалу женщины — жгучие глаза, пышная фигура. Роксолана была обладательницей грациозной, «елегантно-невеличкої» фигурки.

Рыженькая (что среди османов, да, кстати, и среди тогдашних украинцев не очень-то приветствовалось), со вздернутым носиком (этот знаменитый носик Роксоланы воспевали итальянские поэты, а турки разве что смущенно пожимали плечами). Важнейшее ее преимущество — Роксолана обладала стойкой, не очень подверженной увяданию красотой, в то время как азиатские женщины довольно быстро переставали пользоваться вниманием мужчин...

Думается, что достоинства Хуррем не исчерпывались внешностью — она была довольно умна, умела развлечь султана и обсудить с ним даже государственные дела. Добавьте сюда присущую женской породе дьявольскую хитрость — и вы получите взрывоопасную смесь, жертвами которой пало немало народу.

Венецианец Наваджеро писал: «Его Величество султан так сильно любит Роксолану, что в османской династии еще не было женщины, которая пользовалась бы таким уважением. Говорят, что у нее милый, скромный вид, и она очень хорошо знает натуру Великого властителя». Добавим — знала и умела ею управлять.

Гаремское» образование

Существует легенда о том, как Хуррем попала на глаза султану. Когда султану представляли новых рабынь (более красивых и дорогих, чем она) в круг танцующих одалисок вдруг влетела маленькая фигурка и, оттолкнув «солистку», рассмеялась. А потом запела свою песню. Гарем жил по жестоким законам. И евнухи ждали только одного знака — что приготовить для девчонки: одежду для спальни султана или шнурок, которым удавливали рабынь.

Султан был заинтригован и удивлен. И в тот же вечер Хуррем получила платок султана – знак того, что вечером он ожидает ее в своей спальне. Заинтересовав султана своей молчаливостью, она попросила только одного — права посещать султанскую библиотеку. Султан был шокирован, но разрешил. Когда через некоторое время он вернулся из военного похода, Хуррем владела уже несколькими языками.

Она посвящала своему султану стихи и даже писала книги. Это было невиданно по тем временам, и вместо уважения вызывало страх. Ее ученость плюс то, что султан проводил все свои ночи с ней, создали Хуррем устойчивую славу ведьмы. О Роксолане говорили, что она заколдовала султана с помощью нечистой силы. И в самом деле он был околдован.

Роксолана жадно вбирала в себя все, чему ее учили во дворце, брала все, что давала ей жизнь. Историки свидетельствуют, что через некоторое время она действительно овладела турецким, арабским и персидским языками, научилась в совершенстве танцевать, декламировать современников, а еще играть по правилам чужой, жестокой страны, в которой она жила. Следуя правилам своей новой родины, Роксолана приняла ислам.

Постоянные интриги при дворе Сулеймана развили в Роксолане способности психолога. Она изучала людей, их поведение и, как результат, всегда знала, кому что нужно сказать и как действовать. Так что вскоре султан обнаружил, что именно Хуррем с ее острым умом способна дать лучший совет в государственных делах. Будущая султанша Османской империи ежеминутно была настороже, потому что там, где ей выпала доля жить, действовал только одни закон: или уничтожают тебя, или уничтожаешь ты.

Султанша-просветительница

Свадьба Сулеймана и Роксоланы отмечалась в 1530 году. В истории османов это был невиданный случай – султан официально женился на женщине из гарема. Роксолана стала для него воплощением всего, что он любил в женщинах: она ценила искусство и разбиралась в политике, была полиглотом и прекрасной танцовщицей, умела любить и принимать любовь. Ничто их так не радовало, как возможность побыть наедине.

Сулейман и Хуррем могли часами говорить о любви, политике, искусстве… Они часто общались стихами. Роксолана, как настоящая женщина, знала, когда надо промолчать, когда взгрустнуть, а когда засмеяться. Не удивительно, что во время ее правления унылый гарем превратился в центр красоты и просвещения, а саму ее стали признавать правители других государств. Султанша появляется на людях с открытым лицом, но несмотря на это, пользуется уважением видных деятелей ислама, как образцовая правоверная мусульманка.

Дворцовая гвардия боготворила "смешливую госпожу", которую никогда не видели без очаровательной улыбки на лице. Роксолана платила тем же. Она построила для янычар казармы-дворцы, увеличила жалованье и наделила новыми привилегиями. Когда Сулейман II, оставив управлять империей жену, отправился усмирять мятежные народы Персии, он буквально выскреб казну.

Это не смутило хозяйственную супругу. Она распорядилась открыть в европейском квартале и в портовых районах Стамбула винные лавки, после чего в сокровищницу османских правителей потекла звонкая монета. Этого показалось мало, и Роксолана велела углубить бухту Золотой Рог и реконструировать причалы в Галате, куда в скором времени стали подходить не только легкие или средние, но и крупнотоннажные суда с товарами со всего мира. Торговые ряды столицы росли, как грибы после дождя.

Полнилась и казна. Теперь у Хуррем-султан хватало денег и на то, чтобы возводить новые мечети, минареты, дома престарелых, лечебницы — много чего. Султан, вернувшийся из очередного победоносного похода (он не проиграл ни одной битвы!), не узнал даже дворец Топкапы, который перестраивался на средства, добытые предприимчивой и обожествляемой женой.

Сулейман воевал, расширяя границы Османской империи. А Роксолана писала ему нежные письма.

”Мой султан, — писала она, — какая безграничная и жгучая боль расставания. Спасай меня, несчастную, и не задерживай своих прекрасных писем. Пусть душа моя получить хоть каплю радости от твоих посланий. Когда нам их читают, твой слуга и сын Мехмед и твоя рабыня и дочка Мигрима плачут, тоскуя за тобой. Их слезы сводят меня с ума”.

”Моя дорогая богиня, моя удивительная красота, — отвечал он, — госпожа моего сердца, мой самый яркий месяцу, моих желаний глубинных спутница, моя единственная, ты мне милее всех красавиц мира!”

Вынашивание коварных планов

Султан Сулейман был суровым замкнутым человеком. Он любил книги, сочинял стихи, уделял много внимания войне, но был равнодушен к разврату. Как полагалось «по должности», он женился на дочери черкесского хана Гульбехер, но ее не любил. И когда встретил свою Хуррем, то нашел в ней свою единственную избранницу.

Своего первенца Хуррем назвала Селимом — в честь предшественника ее мужа, султана Селима I (1467-1520 гг.), прозванного Грозным. Роксолана очень хотела, чтобы ее маленький златокудрый Селим стал таким же, как его старший тезка. Кроме этого Роксолана родила Сулейману еще двух сыновей и дочь. Но наследником престола по-прежнему официально считался Мустафа — старший сын первой жены падишаха, красавицы-черкешенки Гульбехер.

Лисовская прекрасно понимала: пока ее сын не станет наследником престола или не сядет на трон падишахов, ее собственное положение постоянно находится под угрозой. В любой момент Сулейман мог увлечься новой красивой наложницей и сделать ее законной супругой, а какую-нибудь из старых жен приказать казнить.

В гареме неугодную жену или наложницу живьем сажали в кожаный мешок, кидали туда же разъяренную кошку и ядовитую змею, завязывали мешок и по специальному каменному желобу спускали его с привязанным камнем в воды Босфора. Провинившиеся считали за счастье, если их просто быстро удавят шелковым шнурком.

Поэтому Роксолана очень долго готовилась и начала активно и жестоко действовать лишь по прошествии почти пятнадцати лет!

Кровавые жертвы Роксоланы

Первой жертвой Роксоланы стал выдающийся державный деятель Турции визирь-меценат Ибрагим, которого в 1536 году обвинили в излишней симпатии к Франции и задушили по приказу султана.

Место Ибрагима сразу же занял Рустем-паша, которому симпатизировала Роксолана. За него она отдала замуж свою 12-летнюю дочь (Рустему было 50 лет). Позднее Рустем тоже не смог избежать придворных интриг своей тещи: использовав родную дочь в качестве лазутчицы, Роксолана изобличила зятя в предательстве султана и — как следствие – Рустем-паша был обезглавлен.

Но перед этим Рустем-паша выполнил свое предназначение, ради которого и был выдвинут коварной владычицей. Хуррем с зятем смогли убедить султана в том, что наследник престола Мустафа (сын Сулеймана и Гульбехер) завязал тесные отношения с сербами и готовит заговор против отца. Интриганка хорошо знала, куда и как ударить — мифический «заговор» был вполне правдоподобен: на Востоке времен султанов кровавые дворцовые перевороты являлись самым обычным делом.

К тому же Роксолана приводила как неопровержимый довод подлинные слова Рустем-паши, Мустафы и других «заговорщиков», которые слышала дочь Анастасии и султана. Поэтому зерна зла упали на благодатную почву крайней подозрительности деспота, неусыпно охранявшего свою власть…

Пророк запретил проливать кровь падишахов и их наследников, поэтому по приказу Сулеймана Мустафу, его братьев и внуков султана задушили шелковым шнурком. Их мать Гульбехер сошла с ума от горя и вскоре умерла.

Однажды Валиде Хамсе, мать Сулеймана, имевшая на него влияние, сказала ему все, что думала про «заговор», казни и его любимую жену Роксолану. После этого она прожила меньше месяца. Считается, что в этом ей «помогли» несколько капель яда...

Таким образом, за сорок лет брака Роксолане удалось практически невозможное. Она была провозглашена первой женой, а ее сын Селим стал наследником. Но на этом жертвы не прекратились. Были задушены два младших сына Роксоланы. Некоторые источники обвиняют ее в причастности к этим убийствам – якобы это было сделано для того, чтобы упрочить положение ее любимого сына Селима. Однако достоверных данных об этой трагедии так и не было найдено. Зато есть данные о том, что около сорока сыновей султана, рожденных другими женами и наложницами, были разысканы и убиты.

Роксолана так и не увидела воплощение своей мечты — она скончалась ранее, нежели взошел на трон ее любимый сын Селим. Он царствовал восемь лет. И вопреки Корану любил «принять на грудь», поэтому и остался в истории под именем Селим-Пьяница. Академик Крымский охарактеризовал его как «выродка-алкоголика и жестокого деспота». Правление Селима не пошло на пользу Турции. Именно с него начинается упадок империи Османов.

В оправдание Хуррем можно сказать только то, что если бы она не вела себя таким образом, с ней случилось бы то же, что она делала с другими. Возможно, с точки зрения нашей эпохи ее действия выглядят неприемлемыми, но в эпоху Роксоланы это был единственный способ выживания и самосохранения. Например, братоубийство – это способ предотвращения междоусобиц, которые могли привести к расколу государства.

источник