день солнечен и сливочен, так воздух по весне в линялом небе вымочен и выстиран моне, и сушится ванильное на улице бельё, и в лужицу чернильную глядится ворoньё, a солнце огнестрельное гуляет по дворам и красками пастельными палит по воробьям.
Ренуар
как девочки его прозрачны, так дочери твои светлы. ещё летает призрак дачный под мятным пологом ветлы, и оттеняет зелень клёна нагую матовость плеча, и осуждают анемоны бездонным взглядом палача. беседка тает в повилике, девичий смех летит гурьбой, и бант колышется, двуликий - и розовый, и голубой.
Ван Гог
этот воздух покорёженный и колючий стебелёк... будто баловался ножиком на последней парте бог.
будто намертво и заживо одноухий дирижёр окунул в минор оранжевый фиолетовый мажор.
вот и смотрит по-циклопьему увядающий гибрид, как на снег ложатся хлопьями охра, кадмий, лазурит.
Малевич
графитное небо, жемчужный квадрат зажжённого в полночь окна
нас выбрала в спутники влёт, наугад летящая в холод страна
закон гравитации времени прост и двойственен, как монохром -
ты чёрная кошка и твой снежный хвост сливается с белым ковром
вращайся по кругу, попробуй поймай родившийся заново снег
квадратный зима испекла каравай горелый, как выпавший век
