Последний дом слева (The Last House on the Left). «Смерть еще нужно заслужить»

Премьера (мир): 13 марта 2009

Премьера (РФ): 21 мая 2009

Жанр: ужасы, триллер, драма, криминал

                Продюсер фильма Джонатан Кравен в детстве снялся в эпизодической роли в оригинальном фильме семьдесят второго
года.

Около года студийные боссы выбирали режиссера фильма из ста претендентов. Остановились на  Дэннисе Илиадисе, благодаря его фильму «Хардкор» (Hardcore), которым Илиадис привлек к себе внимание. 

«Последний дом слева» - римейк одноименного фильма 1972 года, который в свою очередь был римейком фильма Ингмара Бергмана «Девичий источник».

 

Интересные факты о фильме:

·                     В "Кошмаре на улице Вязов" Крейвен использовал в качестве прототипов реальных людей, с которыми учился в школе. В данном случае, он ограничился реальным именем и фамилией одноклассницы — Мэри Коллинвуд.

·                     В "Последнем доме слева" появляется предтеча Крюгера — убийца подростков Крюг.

·                     Злобные американцы и англичане изо всех пытались навесить на фильм ярлык "Х" — т.е., порнографический, детям до 21 года настрого запрещенный.

·                     Когда компании-дистрибьюторы Hallmark и Atlas запустили фильм на немецкие экраны, они попытались выдать его за "снафф-фильм" (порнофильм с настоящими убийствами).

·                     Бюджет фильма — 90 тысяч долларов. Кассовые сборы в США — 3 миллиона 100 тысяч долларов.

 

Почему-то некоторые считают, что если кто-то не знает, что «Последний дом слева» - это первый фильм Уэса Крэйвена, то вы не достойны и звания «дождевого червя». Ну, да, 99% посетителей кинотеатров и знать не знают, что автор киносериалов «Кошмар на улице Вязов» и «Крик» начал с «Последнего дома…» в 1972 году. Хотя, вот только что прочитали, узнали – и что это меняет? Для полноты картины добавим, что Крэйвен выступил продюсером римейка своей первой картины, который снял в 2009 году Дэннис Илиадис. Тоже малополезная информация, ничего не добавляющая к впечатлению от фильма.

С прелюдией и энциклопедическими знаниями, пожалуй, стоит заканчивать и переходить к фильму, который может показаться подлинным откровением для тех, кто привык к рамкам самого заштампованного жанра, который многие обобщённо называют «фильмы ужасов».

«Последний дом слева» начинается именно со штампов. Семья (папа, мама, дочка) приехали отдохнуть в милый уединенный домик у озера, далёкий ото всех прелестей цивилизации. Отец (Тони Голдуин) – врач, мама (Моника Поттер) не выказывает никаких профессиональных пристрастий, просто приличная интеллигентная хрупкая женщина, подросток Мэри (Сара Пэкстон) – начинающая спортсменка-пловчиха. Ещё имеется в виду, что у Мэри был брат, погибший при исполнении каких-то военных обязанностей, амулет которого Мэри всегда носит при себе. Девушка, конечно, сразу решает, что будет жить не с папой и мамой, а одна в расположенном рядом гостевом домике. Потом ей неймётся поехать на родительской машине к своей подружке Пейдж. Мама волнуется, но разрешает.

Продолжаем собирать стандарты подросткового «ужастика». Мэри и Пейдж встречаются, случайно знакомятся с ровесником, странноватым Джастином (Спенсер Трит Кларк), который предлагает им заехать к нему в мотель и покурить травки. Тут ещё и штормовое предупреждение, и мобильная связь отключилась… Тут ещё оказывается, что Джастин является сыном главаря шайки беглых преступников… Если кто-то решил, что всё понятно, пора вставать и уходить – право, не стоит. Потому что на этом – а это первые минут пятнадцать - стандарты закончатся, и начнётся жесть как она есть.

После того как бандиты берут Мэри и Пейдж в заложники и уезжают на машине, хитрая Мэри решает, что главное спасение – это показать преступникам дорогу, которая бы вела к её родителям, которые только засобирались провести тихий семейный вечерок. Где-то на двадцатой минуте головорезы жестоко убивают Пейдж и насилуют Мэри. Потом добираются до домика родителей Мэри, прикидываются скромными несчастными сбившимися с пути. Папа и мама верят, впускают их переночевать, пока не понимают, что странное исчезновение их дочери – их рук дело, и начинают творить то, что раньше в обычном стандартном триллере делали отрицательные, а не положительные персонажи. В ход идут топоры, гардины, ножи и чуть ли не вилы.

Вы, конечно, не видели «Последнего дома слева» тридцатисемилетней давности. Поэтому вам всё равно, что в 1972 году это был фильм-протест. Собственно, обычному зрителю незачем задаваться вопросом: «Что означает нынешний “Последний дом…”?». Понятно, что это шок и трепет, что по количеству насилия (оправданного) тут всё зашкаливает, несмотря на то что жертв-то не так и много. В какой-нибудь «Годзилле» люди десятками тысяч мрут, но это не приносит в фильм никакого сострадания, только радость и веселье.

Тот же вопрос можно задать и Михаэлю Ханеке, на чьи «Забавные игры» (не важно какого года выпуска) «Последний дом слева» похож практически покадрово, только с точностью до наоборот. Причём, такие устойчивые ассоциации, что на последних кадрах так и ждёшь, что сейчас кого-то скинут в воду.

Возможно, происходящее попросту заставит кого-то  думать о проблематике мести, которую надо подавать в любом виде, если это праведная месть. Или о самосохранении, или о семейных ценностях… О чём угодно можно подумать, но зачем же голову-то в микроволновку засовывать?…