Много лет назад мне сделали операцию по удалению аппендикса. Это было в 1948 году, еще до того, как у меня появился первый гуру. Хирург предупредил, что будет больно, но в случае необходимости медсестра сделает обезболивающий укол, так что у меня все будет в порядке. Я испытал чувство облегчения, узнав об этом, и вдруг в голову закралась мысль: “Дай-ка я посмотрю, какая будет боль”. И когда я почувствовал боль, я подумал: “Так, началось”. Не было никакой паники, может быть потому, что я знал: физические страдания можно прекратить в любой момент, попросив лекарство. Скорее всего, сознание этого и помогло пройти эксперимент до конца. Я спокойно и отстранение переносил постепенно усиливающуюся боль, пока наконец она не стала равномерной. И тогда я подумал: “А ведь если бы я испытывал подобные страдания постоянно, с самого рождения, то привык бы к этому, боль стала бы частью меня самого”. Операция была сделана в восемь часов утра, а мой опыт по отстраненному восприятию боли продолжался до шести часов вечера, пока не пришла медсестра с ужином и не сказала, что может сделать обезболивание, чтобы я заснул. На что я ответил: “Хорошо, так и быть, мой эксперимент завершен”. Медсестра сообщила об этом хирургу. “Я и не представлял, что у вас такая способность переносить болевые ощущения”, — удивился врач. “Доктор, я всю жизнь был уверен, что мой болевой порог гораздо ниже, чем у других”, — ответил я.

Следующая история показывает, по словам Рамеша, “реакцию на реакцию”, т. е. то, как думающий разум вмешивается в состояние отстраненного наблюдения:

Говорить с ним тогда на эту тему было все равно что добивать раненого, поэтому я промолчал. Но как только вернулся домой, тут же написал ему длинное послание, закончив его так: “Надеюсь, что вы дочитали это письмо. Простите меня за дерзость и выбросьте его”. Письмо появилось в результате почти безотчетного порыва. Вот что я написал: “Горе, охватившее вас после смерти жены, — это нормальная реакция любой телесно-духовной единицы. Вы потеряли любимую женщину — что же еще вы должны были чувствовать, кроме боли и скорби? Ваши чувства абсолютно естественны и непроизвольны. Скорее всего, неправильной была ваша реакция на собственные чувства: “Я считал себя джнани, и вдруг разрываюсь от горя”. Это неправильная реакция. Она показала, что мой друг еще не достиг должной глубины Понимания. Далее я написал: “Если бы вы любили свою жену не так сильно, то, наверное, гораздо легче перенесли бы се смерть и, пожалуй, подумали бы: “Я джнани. Смерть моей жены не так уж потрясла меня. Я принял ее как то, чему суждено было свершиться”. Но это случилось бы вовсе не потому, что вы — джнани, а потому что вы любили бы свою жену недостаточно!”