Сьюзанн Ли. Перевод DAR(согласовано с Арктурианцами)

http://preobrazenie.ucoz.ru/forum/20-957-41#68455



Прошло пятнадцать лет. Shature часто общался с Jatain, но она видела его только однажды за первые семь лет, когда он возвратился на седьмой день рождения их сына, чтобы участвовать в праздновании. Их сына назвали Vidann, что означает "строитель", потому что чтение его жизни предсказало, что у него будет большая роль в реконструкции после большого изменения. Shature было жаль, что Jatain не присутствовал при рождении их сына, но тогда это было очень опасно. Снова, Shature осталась одна. Рождение на Венере весьма отличалось от рождения на Земле. С одной стороны, родители Венерианца знали бы душу, которая должна была вселиться в их ребенка. Когда решено, что тело должно быть стерто или что оно нуждалось в отдыхе, они выбирают родителей для своего следующего воплощения. Они тогда уходят в Пламя Жизни для превращения. Пламя Жизни было фактически вихрем, который мог нести душу или домой к более высоким измерениям или назад к пятому измерению для воплощения. Его называли Пламенем, потому что оно казалось большим фиолетовым пламенем, которое находилось в Фиолетовом Храме. Как только человек входил в Пламя из их пятимерного дома на Венере, Пламя сжигало атомы старой формы и восстанавливало их в новую форму.
Когда было время для души, чтобы снова воплотиться, выбранные родители подходили к Пламени вместе и ясно видели искру жизни ребенка. Эта искра была миниатюрным взрослым, но с небольшой силой жизни. Пара лелеяла бы это семя искры жизни с безусловной любовью и их собственной силой жизни, пока тело не было достаточно сильно для души, чтобы повторно войти в него. После этого ребенок быстро взрослел и помнил его прежнюю жизнь и все предыдущие. Смерть не была "уходом", а больше походила на сон. Это было время для души, чтобы возвратиться к Миру Духа для омоложения и получения дальнейших инструкции.
Шэтьюр узнала на собственном опыте, что человеческое рождение было весьма другим. Она была неподготовленная к беспомощности ее младенца, но она нашла процесс соединения и материнской заботы замечательным. Именно через ее опыт материнской заботы она наконец примирилась со со своим физическим телом. Когда Vidann было два года , он был достаточно готов, остаться с другими в течение времени, когда она выполняла множество своих обязанностей в Храме.необходимо было очень много сделать. Время изменений было очень близко . Уже, было все больше землетрясений. Те, кто присоединился к темной стороне, настолько были присоединены к их личной власти, что они не будут принимать изменение, даже перед лицом полного разрушения. Они продолжали управлять, как всегда , независимо от того, во что это обходилось другим. Они жили во лжи так долго, что они отказались посмотреть правде в глаза. Они продолжали злоупотреблять своими источниками энергии и загрязнять Землю ненужными материалами. Они продолжали свою Черную магию, потому что она работала лучше и быстрее, и они проигнорировали, что ее низкая вибрация затрагивала стабильность планеты.
Были также опасные и злые существа, которые создали темные силы. Эти "нелюди" были потерянными,теми, кто удерживался в форме ритуалами Черной магии. Они не имели никакой души и делали прекрасных рабов из их создателей. Они терроризировали людей, даже включая их владельцев. Теперь члены Храма едва смели оставлять его пределы,так как города, и даже сельская местность была полна этих бродячих демонов.
В течение прошлых нескольких лет Шэтьюр был настолько занят ее работой, что у нее не было шанса думать о себе. После седьмого дня рождения ребенка Jatain был в состоянии возвратиться в Храм навсегда , чтобы быть с нею и Vidann. Она также развила теплые и близкие отношения с Yanour, кто стал дядей ее сыну. Ramor стал на Vidann дедушкой, ей - отцом и наставником. В течение всех лет и всех ее проблем, Ramor был постоянной частью ее жизни. Его спокойная сила служила маяком, чтобы вести ее через ее эмоциональные кризисы. Наконец, после всех этих лет материнской заботы, обслуживания, и близкой дружбы, она основала себя в своей человеческой форме. Вход был длинным и медленным. На Венере нервное копирование мозга было таково, что это развилось вне эмоциональной нелогичности человеческого мозга. Ее самая большая человеческая проблема состояла в том, чтобы узнать, как препятствовать тому, чтобы удержать себя от падения в котел эмоций, которые ждали глубоко в ее земном мозге. Поскольку она продолжала справляться со своими эмоциями, было легче учиться управлять и своими мыслями. Мысли постоянно лезли к ней в голову, и она должна была учиться командовать ими и держать их в повиновении.
Она стала той, кто управлял собой. Она не была своими мыслями, своими эмоциями, или даже своим телом. Она была существом Света. Она была Венерианкой. Она должна была помнить, кем она была, чтобы контролировать свое физического тела. Ее интенсивные эмоции были род контролем, потому что она не привязывала себя полностью к своей форме. Животное, которым была форма, стало бы непослушным и недисциплинированным и взяло бы власть над нею.
Shature теперь понял, что страх был эмоцией, которая начала большинство ее проблем. Когда она позволяла себе падать в свой страх, она выходила из своей человеческой формы и подчиняло свое физическое Я команде ее Духа. Однако, если она отрицала свой страх, он становилось скрытым врагом, который ударял, когда она была наименее готовой. С дисциплиной медитаций и терпения, она получила способность признать свой страх и признав его, перестала быть жертвой. Раз она могла помнить, что она была Венерианкой на Земле с миссией любви и милосердия, она могла успокоить страх, который существовал в пределах глубин ее человечности. Когда она поместила свое сознание в свое Высшее Я и в более высокую цель, она могла успокоить свою более низкую форму. Когда она держала связь со своим сознанием Венерианца, она могла оставаться в управлении своим физическим транспортным средства и своей судьбы.
На пятнадцатый день рождения Виданна, все в ее группе знали, что Атлантида будет скоро разрушена. Shature и Yanour работали с Jatain и Arcturians, чтобы установить запасной выход для тех, кто рисковал быть узнанным темными силами. Они также установили местоположение безопасных областей, куда группы можно было послать, чтобы начать новую жизнь. Работа этих ста сорока четырех тысяч была почти закончена. Были немногие кто знал правду даже при том, что много людей все еще населяли континент Атлантиды. Те, кто оказался перед правдой, иммигрировали к другим областям или служили до конца. Это было время для заключительного массового бегства к более безопасным местоположением. Yanour возвратился к его людям, и Jatain возвратился на Землю, чтобы взять Shature и их сына в безопасное место. Однако, как только она начала планировать ее отъезд, сны о большом наводнении возвратились.
Ночь за ночью она просыпалась в ужасе, видя воды, врывающиеся через стены ее комнаты. Это не было так, как предполагалось. Jatain заботился о ее и Vidann безопасности. Почему тогда она готовилась к этой одинокой и ужасающей смерти? Она попыталась общаться с ее внутренним гидом, которого она теперь могла признать как свое Выше Я, но каждый раз, когда она попробовала, вмешивался страх и коммуникация была закончена. Она наконец поняла, что она должна будет войти в активный сон и оказаться перед ее страхом!
Она становилась на колени перед стеной, которую она видела много раз в ее снах, закрывала ее глаза и ждала видения надвигающихся вод. Ужас рос в ней, а она сосредотачивалась на маленькой точке света перед ее внутренними глазами. Она была Венерианкой. Она была существом Света. Она добровольно вызвалась для этого назначения. Если бы это ее судьба - умереть здесь, то она приняла бы это. С той мыслью она видела Lamire, ее Дополнение, перед нею как пылающий, золотой являющийся свет. Он пришел к ней и держал ее в теплых объятиях глубокой любви и принятия. В течение этого момента она знала, что сможет выстоять при любых раскладах. Она не была одной. Она была ЕДИНОЙ. За многие годы, которые она работала столь трудно, чтобы основаться самостоятельно на Земле, он работал, чтобы основать себя в более высоких измерениях Света. Когда они присоединились в тот момент, они соединили кругооборот чистой космической силы, которая могла быть направлена через нее в ядро Земли.
Земля нуждалась в том кругообороте, чтобы остаться на его оси в момент катаклизма. Поскольку она чувствовала текущее движение через нее, она знала обо всех других, кто сознательно или бессознательно добровольно предложил быть каналом Космического Света, чтобы помочь Земле. В ее видении она видела, что воды прорвались через каменную стену перед нею. Она чувствовала волну страха и услышала объединенные голоса о, она и Лэмайр говорили:

"Я - Есьм, тот, ктоЯ - Есьм.
Я НАХОЖУСЬ в служении Богу Матери Отцу.
Я отдаю эту жизнь свободно и с любовью , чтобы планета могла выжить."

Когда они пели эту молитву, Шэтьюр чувствовала самый глубокий, самый чистый и огромный поток безусловной Любви, которую она когда-либо знала. Эта любовь прибыла из более высоких измерений и текла через объединенную схему, которую она и ее Божественное Дополнение создали, чтобы заякорить любовь в планете Земля. Шэтьюр была готова.
Когда она просыпалась от своего видения, она знала, что пришло время посылать Jatain и ее сына далеко с другими, судьбу которых это должно было изменить. Она сказала им всем, что время было пришло. Они должны уехать, но она должна остаться. Жизнь не была физической, но духовной, и она никогда не заканчивается. Она только изменяется!

Понимание этой правды было очень тревожащим и также очень лучезарным. Как только она успокоила себя, она знала, что должна сначала пойти к своему любимому Ramor, чтобы сказать ему. Когда она сказала ему о ее видении, он изучал глубоко ее и говорил: "
Да, я должен также остаться, и есть два других. Интересно, что наши комнаты в четырех углах храма, как будто это было планом с самого начала. За эти годы, этот храм стал вихрем энергии, и теперь это должно использоваться в ее истинной цели."
"Другие знают уже?", спросила Shature.
"Если бы они знали, то пришли и сказали бы мне. Фактически, я даже не знаю, знают ли они о своих Дополнениях или нет. Если они не осознаются вовремя, мы должны будем самостоятельно провести эту церемонию."
"Но разве мы не можем сказать им?"
"Нет, они должны обнаружить правду для себя сами."
"Я понимаю. Я скажу Jatain и нашему сыну уезжать с сегодняшним потоком из Храма на последнем остающемся морском судне. Я боюсь, что время совсем рядом. Есть кто - либо еще, кого я должна предупредить?"
"Нет, есть немногие, и я скажу им. Ты тратишь время, ты должна сказать до свидания своим любимым."
Она улыбнулась. До свидания было слово, с которым она была знакома и наконец училась не бояться. Она поцеловала Ramor в лоб, поскольку она уходила и была удивлена что,нет страха в ее сердце, наоборот - радость.
Она сказала Джетэйну и Vidann, что они должны уехать в этот день, упаковать только то, в чем они нуждались, и встретить ее в доке как раз перед притоком. Они отплыли бы с вечерним притоком. Она, возможно, дала бы себе больше времени побыть с ними, но она поняла, что это, было более трудным. Оставалось только несколько часов, и она должна была пойти внутрь снова и провести время в коммуникации с Лэмайром. Они должны были слиться полностью, объединяясь физически и духовно. Она знала, что отдаст последнюю секунду своей жизни на выполнение миссии.
Когда она возвратилась из своего внутреннего путешествия, она знала, что пришло время идти в док. Она собрала несколько вещей, чтобы отдать Джетэйну и Vidann на память о ней. Для ее сына она упаковала статую Varnika, Великая Мать Венерианцев. И для Джетэйна, она собрала письма своей жизни и написала маленькое сообщение ему:

Мой Возлюбленный,
Всю жизнь
Которой я не разделила с Вами,
На этих страницах.
Наши Жизни в Любви!
- SHATURE
Шэтьюр закончил упаковывать вещи и выходила в дверь, когда поняла, почему она не провела день со своей семьей, а вместо этого, была в глубокой медитации. Она поняла, что желание уехать было столь же трудным как остаться. Когда она достигла дока, они ждали. Vidann был столь же высок, как и она и почти взрослый. К ее удивлению, после их длинного объятия он держал ее руку в руке и длинным, изучающим взглядом смотрел прямо в ее глаза. Он сказал:
"Ты не плывешь с нами, ты - Мама?"
"Как ты узнал?"
"Сон, который снился мне много, много раз ребенком. Я стою здесь с неизвестным человеком, которого я теперь знаю как своего отца, и зная, что ты оставила нас. Это имело обыкновение пугать меня, но за годы, пока я рос, я почти успокоился".
"Но дорогой, почему ты никогда не говорили мне об этом?"
"Мой внутренний гид сказал мне не говорить. Он сказал, что однажды я буду в состоянии сказать тебе, но я должен ждать. Теперь я понимаю."
"Ты знаешь, почему я должна остаться?"
"Не точно, но я принимаю это. Так же, как отец должен был уехать прежде, чем я родился, я должен быть отделен от тебя, когда я - почти взрослый. Иногда наша судьба более важна, чем наши желания."
Со слезами в глазах, и глубокой любовью в сердце, она обнимала его в течение заключительного времени. Он стал человеком и, действительно, очень мудрым ! Она сделала ему свой подарок и повернулась к Джетэйну. Никакие слова не были необходимыми или произнесены. Они обнимали друг друга долго и крепко, затем изучали глаза друг друга в окончании, невысказанного прощания. Она сделала ему свой подарок и повернулась, чтобы уйти. Тот первый шаг далеко от них был самым трудным поступком, который она когда-либо делала, еще более трудный чем ее вход в Земное тело. Она не осмеливалась оглядываться назад, поскольку ее шаги превратились в бег. Она должна была создать так много расстояния между ними насколько возможно. Когда она достигла храма, она закрыла дверь позади нее и выбежала на балкон, чтобы наблюдать за отплытием судна. Только с этого безопасного расстояния она смогла смотреть, как они уезжают навсегда!

Джетэйн и Видэнн наблюдали за Шэтьюр, которая становилась все меньше и меньше. Когда они отплыли далеко от Атлантиды, Джетэйн положил руку на плечо своего сына и сказал:
"Теперь я понял сын, у меня всегда был возвращающийся сон. Я рассматривал храм, становящийся все меньшим и меньшим. Я продолжал думать, что я забыл кое-что или кого-то в нем, и я хотел возвратиться и получить это. Но было слишком поздно. Наши Гиды сказали нам об этом моменте. Это было предопределено в течение очень долгого времени, и мы сейчас выполняем это. У нас есть большая обязанность, мой сын. Мы будем хранить твою мать в наших сердцах, в то время как мы делаем это."
Солнце начало садиться, так же как и заканчивалась огромная глава в их жизнях. Старая жизнь должна умереть и быть отпущена, как старая кожа змеи, так, чтобы могла отрасти новая. Все, что было таким знакомым удалялось все дальше и дальше.Когда они вернулись в свою каюту, они знали, что начинали новое приключение.

Тем вечером, Шэтьюр была в столовой и осматривала тех, кто остался, задаваясь вопросом, кто те двое предназначенные удерживать другие углы Света. Так как она была женщиной, и Ramor был мужчиной, она предполагала, что другие два были также мужчиной и женщиной. Она обращала внимание на тех, которые имели комнаты в углах храма и отобрала только четырех возможных кандидатов - три женщины и один мужчина. Если ее теория наружной и внутренней оценки была правильна, то Vicor должен был быть - мужчиной, и одна из трех других женщин должна была действовать, как четвертый столб Света. Она изучала их ауры, чтобы увидеть, что-нибудь необычное, но все уже были под впечатлением от надвигающейся опасности, что было невозможно прочитать что-нибудь определенное. Это не было ее беспокойство, она сказала себя. Каждый человек должен сделать свой собственные выбор в том, примет ли он свою судьбу. Но, тем не менее, она не могла сопротивляться искушению подойти к Vicor и вовлечь его в беседу.
Сначала он не сказал ничего, что говорило о том, что он знает о своем назначении, если действительно это был он, но тогда возможно, он защищал ее, как и она защищала его. Более прямой подход может быть необходимым. Она решила сказать ему об отъезде ее сына и Jatain, частично направив беседу в правильном направлении. И честно, она также должна была говорить об этом. Vicor был дорогим другом много лет. Была такая симпатия и понимание в его лице, что она была уверена, что он знал, зачем остался.
Не задумываясь она сказала: "Что ты думаешь об этом предназначении?"
Она сразу увидела по выражению его лица, что сделала ошибку. Она напугала его, потому что сама она боялась, и она чувствовала себя ужасно. Она попыталась исправить свою ошибку, хаотично подыскивая слова, чтобы уйти от этого разговора . Наконец, она нашла вежливую причину, почему она должна была возвратиться в свою комнату и оставила его. Она была неправа. Она пыталась вмешаться в действительность, что могло бы быть преждевременным или даже неправильным. Когда она достигла своей комнаты, вся печаль потери ее любимых раз и навсегда, вместе со страхом перед столкновением со смертью, сокрушили ее. Она упала на свою кровать и зарыдала.

Так или иначе, посреди своих эмоций, она почувствовала сильное прикосновение на своем плече. Когда она оборачивалась, она ничего не видела. Но, когда она снова чувствовала силу своих эмоций, она чувствовала контакт. На сей раз он был еще более устойчиво. Она поворачивалась, и снова не было ничего. Она высушила свои глаза и сидела на ее кровати. У нее было чувство, что она не была одной, но она все еще ничего не могла видеть.
"Открой свои внутренние глаза", она услышала изнутри себя.
Она закрыла свои физические глаза и настроила себя к ее внутреннему видению. Перед нею было ее Высшее Я.
"Это Ты? Я почувствовала тебя физически", она говорила со своим умом.
"Да, это Я, и являюсь физическим через тебя. Проходя эту самую трудную из инициаций, ты расширили свое сознание так сильно, что смогли даже почувствовать мой контакт."
"Но я кричала. Как мое сознание могло знать, когда я попаду в такое состояние?"
"Мое, твое состояние, как Вы выразились, является здоровой и нормальной реакцией на твои обстоятельства. Ты все еще живешь в физическом теле и поэтому должна уважать его потребности. Отказ от эмоций был бы более разрушительным для твоего сознания чем позволить себе испытывать их - кратко. Однако, я прерывал тебя вовремя, чтобы не потерять."
Ее видение был внезапно прервано стуком в двери.
"Ты должны открыть дверь", продолжило золотое существо."Помни, я - ты - Полный." Она встала, чувствуя власть ее духовной связи. Это был Vicor.
"Я могу войти?"
"Конечно." Она привела его к маленькому столу и стульям в ее комнате и начала делать ему чай.
"Нет, пожалуйста", он сказал."Никаких формальностей. Ты можешь присесть на секундочку?."
Она села напротив него, и он начал говорить:
"Я должен извиниться. Нет, пожалуйста, не отвечайте." Он наклонился над столом и взял ее за руку, поскольку она попыталась прервать его. "Моя реакция на Ваш вопрос нуждается в объяснении. Я был потрясен и смущен, но не по причине, что Вы вероятно думаете. Я, также, знаю о нашем 'назначении', как Вы, так тактично выразились. Моя реакция не была по отношению к нашей задаче, но к другой проблеме. Вы видите, я также знал, что было четверо из нас. Но я не знал, кем все они были. Я знал, что это был Ramor, Lateen и я непосредственно. В моем эгоизме я считал, или скорее надеялся, что четвертый человек был моим помощником. Когда я понял, что четвертый человек был Вами, я знал, что я также должен буду отослать своего возлюбленного. Я - очень эгоистичный человек. Я фактически желал для нее остаться так, чтобы у меня не было боли отсылки ее. Я так хотел, чтобы она была четвертым человеком, и предполагал, что она просто еще не узнала. Понимание, что Вы были четвертой, ввергло меня в несметное число эмоций, и я не смог ответить вообще. Пожалуйста поймите не то, чтобы я разочарован, что это - Вы. Мы были хорошими друзьями много лет. Я только думал о своих собственных эгоистичных потребностях. Я вижу теперь, что Единый подстроил для меня это испытание, как заключительное инициирование, чтобы очистить меня."
"Я понимаю, Vicor. Я думала, что умру, когда я вернулась и оставила Jatain и Vidann в порту. Я бежала к храму в страхе,что потеряю свой рассудок. Я смогла наблюдать, как они уезжали, когда была на самом высоком балконе." Vicor мягко погладил ее руку.
"Спасибо за то, что Вы настолько понимающая. Знаете ли вы, что другая женщина это Lateen?"
"Нет, я не знала. А Вы?"
"Да, после того, как последнее морское судно отбыло, я получил сообщение, что это была Lateen и я, но я уже узнал, что это был и Ramor, когда я пошел к нему, чтобы разделить мои новости."
"Лэтин знает?", Шэтьюр спросила.
"Я не знаю. Она никогда ничего не говорит. Я узнал о Лэтин в то же самое время, когда я понял, что я должен остаться. Еще раз спасибо за то, что Вы были настолько понимающей. Я должен помочь сделать приготовления к отъезду своему помощнику, и попытаться объяснить ей, почему остаюсь"
Они обняли друг друга. Когда он поворачивался, чтобы уйти, он сказал:
"Мы будем вероятно видеть друг из друга в будущем."
Всю свою жизнь Лэтин чувствовала себя не достойной, не достаточно хорошей. Ее дружба с Шэтьюр уменьшилась после того, как Jatain вошел в жизнь подруги и Лэтин чувствовала себя настолько одинокой, потому что никто не любил ее. Она помнила потерю своего Дополнения и разговоры с Шэтьюр о том, как быть андрогином. Когда Шэтьюр создала свою новую жизнь, Лэтин чувствовала, что единственный человек, с которым она могла говорить, ушел, кроме конечно ее Дополнения, но его она не могла достигнуть. Она искала его всюду - во всех встречах ее повседневной жизни, в ее медитациях, и в ее снах. Однако, он был полностью неуловим. Время от времени она ловила мерцание в углу своих глаз или небольшие вспышки света в медитациях. Иногда в ее снах было присутствие. Он принимал много различных форм и ролей в ее жизни и снах, и дружественных отношения. Возможно этим присутствием было ее Дополнение, а она не могла признать его. Кроме того, было некое воспоминание. Это была возвращающаяся картина в ее уме. Она стояла среди очень большой группы людей, слушающих кого-то. Но люди были другими, и она тоже. Она была одной из них, и они еще были где-то, далеко, далеко. Shature помогла ей вспомнить, что местом была Венера и что человек, был Высший Канцлер.
Лэтин любила это воспоминание И радовалась ему всякий раз, потому что это было единственное время, когда она действительно чувствовала себя в своем в мире. С недавних пор это воспоминание стала почти постоянным компаньоном, и она возвращалась все чаше к своей жизни на Венере. Она знала, что пришла на Землю, чтобы помочь, но не могла найти свое место. Она не была естественным лидером, как Vicor, ни была экстрасенсом, как Shature. Она чувствовала себя на задворках деятельности Храма, а иногда на краю жизни. Единственное время когда она, действительно, чувствовала себя живой, было в ее медитациях, которые теперь начинали приносить ей глубокое понимание. Золотой Свет вошел в ее размышление и сказал ей, что она была выбрана, чтобы остаться. Она понятия не имела, что те слова означали, но если бы этот Золотой Свет выбрал ее тогда, то она конечно повиновалась бы его запросу. Она знала, что это будет означать ее физическую смерть, но это не тревожило ее. Она чувствовала себя только наполовину живой в этом физическом мире, и смерть означала для нее присоединение к большей части себя, чего она ждала столько, сколько могла помнить.
После того, как Золотой Свет пришел к ней, ее человек мечты стал появляться чаще, и рассказывать ей о жизни на Венере. Он, казалось, был мужчиной и чувствовался очень знакомым, но он был столь же неуловим как всегда. Лэтин попыталась присоединиться к нему, но что то всегда останавливало ее. Боль того, чтобы быть так близко и все же пока была подавляющей. Лэтин стал угрюмой и ушла в себя даже больше чем прежде. Она ни с кем не говорила, уходила из комнаты в сад, блуждала среди деревьев, или преподавала детскую музыку. Лэтин была почти постоянно в медитациях, но казалось что, чем сильнее она попыталась соединиться с ее Дополнением, тем более труднее это становилось. Она была уверенна, что была на краю безумия. Лэтин был рада, что никто не замечал ее трудностей. Такое состояние волнения и изменений было с очень многими людьми в Храме, готовящимися оставить его. Никто не заботился о ней. Она сказала себя, когда работала в саду одна. "Я заслужила это. Я никогда не заботился ни о ком -, почему они должны заботиться обо мне?", она бросила свою мотыгу на влажную землю. Она работала в саду снова одна. Чувствуя отвращение к своей жизни и к себе, она потопала прочь в окружающий Храм лес. Она шла быстрее и быстрее, как будто желая опередить свою боль, пока действительно не побежала. Она бежала с такой скоростью, как она могла. Она пересекла границы земель Храма, которые она не заметила, не смотря ни направо, ни налево. Она могла потеряться, или еще хуже, быть захваченной одним из злых мертвых, которые бродили по холмам ночью. Никто не обеспокоился бы! Но, даже в плену своей жалости, она задумалась на одну минуту о той ситуации, в которую угодила. Да, Лэтин действительно вышла далеко за пределы безопасности защитная ауры Храма. Она понятия не имела, где она была и, так как она оказалась в глубокой долине, она даже не знала в какую сторону пойти. Плотные облака закрывали солнце и что было еще хуже, начинало темнеть. Теперь она сделала это. Она вызвала то, чего она боялась. Она умрет и никто даже не узнает, что с ней произошло.

"Где был тот Золотой Свет теперь, когда она так нуждалась в нем ? Ждите", Лэтин успокаивала себя. Как она могла медитировать, когда она была в таком гневе? Она выбрала свою жизнь и не было никакого смысла в сожалении к себе на этой последней стадии. Она села на и закрыла свои глаза. Сначала, все, что она могла чувствовать, было злыми лицами, бродящими в тенях, ждущим ее следующего движения. Нет, она не могла упасть в свой страх теперь. Она должна была возвратить свой центр и общаться с Золотым Светом. Так же, как Лэтин начал успокаивать себя, она услышала громкий шум и грохот подлеска. Она боролась с желанием бежать. Вместо этого она окружила себя аурой невидимости. Она была Жрицей. Ее свет защитил бы ее. Но шум становился все громче и громче, и ее воображение было более сильным чем ее вера, поскольку она чувствовала, что ужас поселился в ее животе.
"Пожалуйста, помоги мне!", она призывала к свету, который она не могла видеть, но верила. "Я - Жрица и нуждаюсь в Вашей защите." Шум остановился, и ужас постепенно заменялся глубоким чувством любви. Лэтин мог чувствовать любовь, которая выделялась изнутри ее сердца и также от того, кто был перед нею. Неужели ее Дополнение прибыло в ее спасение?
"Я всегда с тобой", прозвучал ответ. "Даже если ты не сознаешь меня, я всегда с тобой." Лэтин медленно открыла глаза. В тусклом свете заката она могла признать лицо своего Дополнения. Когда наконец он был там перед нею она не знала, что сказать или сделать.
"Следуйте за мной", он сказал просто, поворачиваясь, чтобы привести ее обратно к Храму. Когда, наконец, они вошли в безопасность Храма, Лэтин и Дополнение стояли друг перед другом. Они смотрели в глаза друг друга, казалось, целую жизнь.
"Почему ты отключила себя от меня?", он сказал наконец.
"Но я не понимаю. Я пыталась присоединиться с тебе, но не был в состоянии ."
"Верно, что мы должны объединиться в одно целое, но ты упали в свое одиночество и изоляцию. Для того, чтобы стать ЕДИНЫМ снова, ты должны противостоять своему страху."
"Какому страху? У меня есть много страхов."
"Страху, что у тебя нет никакой ценности. Из-за этого страха ты изолировала себя от других. Вместе мы должны помочь в создании моста, который может быть пересечен во время катаклизма. Вы должны поставить на якорь свой конец в физическом мире. Это не может быть сделано, пока ты не излечила свой страх перед одиночеством.
"Но как? Как я могу чувствовать себя достойной?" В ответ на ее вопрос лес вокруг нее начал исчезать и земля, и небо, казалось, не существовали. Все, что она могла видеть, было ее Дополнением. На мгновение она испугалась, но его глаза тихо успокоили ее, и она расслабилась в опыт. Она могла постепенно чувствовать себя превозмогающей все, что она знала, и боялась, поскольку она плыла через землю такой древней красоты, что она могла едва содержать множество эмоций, которые боролись, чтобы возникнуть в ней.

"Будь спокойна", шептали его глаза. "Все это будет твоим, поскольку это - твой истинный дом."
У нее был миллион вопросов, но мир столь пересиливал, что она не могла сформулировать ни одного из них в своем уме. Она отпустила всего вопросы и позволила себе поглощать глубокое состояние спокойствия в ней.
"Ты можешь остаться здесь со мной здесь прямо сейчас, или можешь вернуться в физическое тело, чтобы излечить боль и закончить нашу миссию."
Вернуться, она подумала: "Почему она хотела бы сделать это?" Она изучала его глаза и почувствовала нежность и комфорт.
"Я - Ваше Божественное Дополнение. Я чувствовал боль разделения, как и ты. Фактически, я чувствовал всю твою боль и одиночество, но знал, что мы были бы объединены в конечном счете. Я сожалею, что мы не могли общаться до настоящего времени так, чтобы ты, также, могла знать."
В то время как ее Дополнение говорило, Лэтин рассматривала свое возвращение на Землю. Она ждала так долго, и теперь она знала, что она в конечном счете она станет целостной.
"Ты нужна здесь, Лэтин. Ты была призвана, и это - большая честь, быть выбранной для этой задачи. Однако, выбор является твоим. Если ты вернешься, то будешь должна излечить свой страх , чтобы заякорить нашу сущность в Матери - земле с объединенной силой нашей любви. Чтобы сделать это, ты должны знать, что ты достойны. Я жду ответа, моей возлюбленной. Поскольку ты возвращаетесь к своему глиняному телу, помни меня, помни нас."
"Но как я могу чувствовать себя достойной?"
"Я не могу сказать тебе больше в это время. Ты должны найти этот ответ для себя сама."
Видение исчезло, и Лэтин была снова одна в лесу. Ее оставшийся без ответа вопрос отозвался эхом в пустом лесу. Она сидела на упавшем дереве и рассматривала свою жизнь на Земле. Она провела одна только так много времени. Что она сделала здесь? Она когда-либо помогала кому либо? НЕТ! Она только интересовалась собой.
"ОСТАНОВИСЬ!", она кричала в своем уме. Достаточно этой жалости к самой себе. Если бы у меня не было ценности, я не был бы спасена от любой судьбы, которая ждала меня в темноте той потерянной долины. Если бы я была без ценности, Золотой Свет не выбрал бы меня, чтобы остаться, и мое Дополнение не ответило бы на мое требование. Я была одна, потому что это был мой выбор, и, возможно, это была также моя судьба. Я судила себя всю мою жизнь. И потому что я думала так плохо о себе , я полагала, что другие разделяли мое мнение. Я - Жрица, не ребенок. Я беру ответственность за жизнь, которую я создала и хочу ответить на внутреннее требование. Чувствуя себя более сильной, Лэтином пошла назад к Храму по знакомому маршруту. Она помнила, как она боролась, чтобы держать этот лес чистым так, чтобы жизнь животных не была бы нарушена.
Когда она шла по пути, который она создала, она видела небольшие группы людей, медитирующих или говорящих под высокими деревьями. Она искала и видела много птиц и других существа, живущие в деревьях. Перед тем, как войти в Храм был сад, за которым она ухаживала и в котором учила местных детей. Двое подростков с вьющимися волосами опустили свои мотыги и бежала в сторону.
"Lateen, у нас будет наш урок музыки сегодня вечером?"
"Да, в то же самое время как всегда", она сказала, приласкав их головы.
Когда она входила в Храм, она увидела одного из кухонных поваров с руками, полными продуктов.
"О, привет Lateen", он помахал ей морковкой. "Я настолько благодарен за Ваш сад. Так как больше не безопасно ходить на рынок, это - наш единственный источник свежих фруктов и овощей."
"Это не мой сад", она ответила ему. "Он принадлежит всем." Lateen начинал понимать, что она поспособствовала тому,что происходит вокруг нее.
"Да", она услышала голос своего Дополнения изнутри души. Ты была выбрана, как одна из четырех, потому что любила Мать - землю и все Ее создания. Возможно ты не завела близких друзей, но уходя от контакта со многими взрослыми, ты держали искреннюю невинность, которая позволяет общаться с Землей."
"Да", согласилась Lateen. "Я настроила себя против других и потерпела неудачу в отношениях. Я создал место для себя, но так как я не смогла признать себя, я не смогла услышать признание других. Я останусь в физическом мире, пока это моя судьба не призовет меня. Я признаю, что я дала клятву служения, и помню. что весь мир - ОДНО. То ,что я дала наименьшему из существ, я дал всем. Шагать казалось стало легче, когда она поднималась на лестницу в свою комнату. Она чувствовала теперь постоянное единство со своим Божественным Дополнением, так же как со всей жизнью. Она скоро возвратится Домой, и теперь она знала, что дом был там, где она всегда была.

Когда Викор ушел из комнаты Шэтьюр, он не знал того, что скажет своей помощнице, но он знал, что он должен был найти ее и убедить уехать. Он понял теперь, насколько эгоистичный он был, и как он тонко убеждал ее следовать за его судьбой, потому что он боялся оказаться перед нею один. Как он был настолько управляем, и как он был выбран, если вел себя так эгоистично? Он должен был покрыть причиненный ущерб сразу, но он не знал как. Он знал, что он должен будет найти мир в пределах себя прежде, чем он поговорит со своей возлюбленной. Если бы она видела его в этом нарушенном состоянии, то она никогда не оставила бы его. Она сдерживала себя, чтобы заботиться о нем, и он теперь понял, что это было то, почему она должна была также остаться без него. Он пошел в Южную Башню, которая выходила к океану. Именно здесь он провел время в медитации. Когда он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться в себе, он увидел, что море повысилось в огромной волне, чтобы залить Храм и все его земли. Он видел это видение много раз, но на сей раз это чувствовалось по другому. Он знал, что опасность была неизбежна и что он должен действовать быстро. Он изо всех сил пытался поднять свое сознание, но чем больше он боролся, тем более труднее это становилось. Наконец он не мог противостоять этому больше. Он упал на пол, рыдая как ребенок. Как он сможет оставить ее? Как он сможет умереть?
"Смерть - всего лишь иллюзия." Он повернул свою голову , чтобы видеть предъявителя такого чистого и сладкого голоса, но никого не был там.
"Я здесь, глубоко в пределах тебя. Теперь, когда ты отпустил свой эгоизм, я могу общаться с тобой."
Он не мог видеть ее, но ее голос походил на бриз на рассвете. Ее теплота и любовь успокаивали его сердце, и он чувствовал себя полностью полным.
"Да, мой возлюбленный. Мы полны теперь. Когда мы приняли эту форму, я не смогла войти. Эти тела поляризованы и могут быть только мужчиной или женщиной, не так как на Венере. Твой Земной мозг заставил забыть меня. Но твоя Душа неотрывная от места рождения и напоминала , что кое-что отсутствовало. Мы находимся вместе в Духе теперь, и когда ты закончишь свое служение, мы можем снова быть объединены в одно существо."
Твоя дорогая помощница имеет ее собственную судьбу и имеет тайну, она также скрывает ее от тебя. Она носит часть тебя с нею в Вашей будущей дочери. Они должны быть жрицами. Пойди теперь, моя любовь, они должны взять воздушную машину, чтобы встретиться с парусным судном, которое несет семью Шэтьюра к безопасности. После того, как ты отошлешь ее, возвратись в это место, и я проинструктирую далее. Иди теперь. Я жду тебя!"

Он застыл в изумлении. Он знал, что с этой информацией он мог убедить свою возлюбленную уехать. Боль потери могла быть ослаблена только радостью знания об их ребенке. С более высоких планов он сможет наблюдать за нею и вести ее. Когда он спускался из башни, его сердце было полно и его лицо сияло.
В своих видениях Ramor видел борьбу Шэтьюра, Lateen и Vicor. Он знал, что у него, также, была жертва, которую он должен принести. Так как он вошел в тело Первосвященника, который работал много лет, чтобы поднять сознание, Ramor был в состоянии поддерживать постоянную связь с его Дополнением и всегда чувствовал ее как физический компонент себя. Поскольку у Ramor было это большое преимущество, ему дали еще больше обязанностей, чем другие имели. Тело, которое он взял, было полностью взросло и само-реализовано. Поэтому, он не должен был быть ограничен , и заботиться многих других, кто взял менее развитые тела или кто должен был прийти как младенцы. Большинство товарищей было опознано и стали теперь осведомленными взрослыми. Они сделали свою работу и были на пути к различным безопасным областям, чтобы помочь в старте новых обществ. Ramor не был в безопасности. Он был одним из четырех, кто должен был остаться. Он теперь должен был испытать разделение полярностей сам - то, что все другие чувствовали постоянно.
Он знал, что он должен был освободить свою женскую копию,чтобы она стала фундаментом на духовных планах и присоединилась к Божественным Дополнениям других трех. Таким образом, было фактически две группы - одна на физическом плане и другая на духовном. Было жизненно важно для каждого из них иметь сознательную коммуникацию с их Божественными Дополнениями, кто ждал их в духовных самолетах, чтобы осветить путь для их подъема. Их Божественные Дополнения держали бы их свободными от страха и отрицательности, и индивидуально и как целое. Каждое Дополнение должно было действовать как духовный конец моста, через который нижнее Я могло переправиться Домой в его собственную законченность и духовность.
Как только эти четыре создали мост, другие могли пересечь его также. Ramor чувствовал разделение, медленно имеющее место в течение нескольких месяцев. Каждое утро он просыпался и чувствовал , как если бы он забыл кое-что или кого-то. Потом с толчком боли, он почувствовал,что потерял часть себя. Он чувствовал так, как если бы он медленно и мучительно умирал. Для него стало все более и более трудным выполнить свои обязанности, и он выглядел старше и старше с каждым мимолетным днем. Его здоровье начинало ухудшаться, и он постоянно угасал. Он понял, что процесс должен был быть медленным сначала, но что теперь он должен был выпустить свое женское Я в дух полностью, или он может фактически умереть. Он знал, что он будет нуждаться в помощи. Для него было трудно просить, поскольку он всегда был помощником, гидом, для других. Теперь, он нуждался в руководстве непосредственно. С его уменьшающимся пониманием он знал, что другие три достигли своих духовных связей и были готовы к их назначению. Он знал, что они должны будут быть с ним для его заключительного разделения, или он не смог бы выжить. Даже теперь он чувствовал, как будто полная и внезапная смерть будет предпочтительна этого медленного и извилистого разделения. Как он мог принести эту жертву? Что, если катаклизм не случиться и он будет пойман в ловушку в течение многих лет и лет в этом мрачном мире только как половина человека? Через мгновение позора, он понял, насколько удачливый он был. Ведь так все другие жил в течение всего их времени на эту планету. Он помнил испуганного ребенка, которую он назвал Шэтьюр. Она помнила разделение и почти умерла от него. Она жила с той ужасной болью все эти годы. Он зауважал Шэтьюр сильнее, поскольку он действительно понял какая это была мука. Он помнил Lateen, развивающуюся от одинокого, изолированного ребенка в полного взрослого, которым она была сегодня. И Vicor был молодым человеком, полным эго и тщеславия. Он ожидал, что все будут заботиться о нем, пока он не сообразил, как полностью он мог заботиться о себе, когда он достиг своей собственной законченности. Да, они все были очень храбры, и теперь Ramor должен будет соответствовать их храбрости.
Ramor был озабочен своим физическим телом. Оно жило много, много лет, и очень постарело и стало слабым, так как его процесс разделения начался. Постоянно растущий страх начал возникать в нем. Страх был чем то, что он не знал, когда он был полон, но теперь он стал его постоянным врагом. Он боролся против этого непрерывно, и сражение делало его усталым и сердитым. Он стал огрызаться на всех в последнее время и говорил резко несколько раз. Он должен был закончить этот процесс теперь, но он понял, что его гордость останавливала его. Он должен был бы попросить помощь. Лидер должен стать ведомым. Сильное должно было стать слабым. Поскольку его Дополнение отступало во все в более высокие измерения, он начал чувствовать все чрезвычайные полярности этого физического мира. Он был напуган и очень, очень одинок!
Наконец, он собрал храбрость, чтобы созвать собрание других трех. Поскольку они все сидели в кругу в его комнате алтаря, он изучал каждое из их лиц. Это было, как будто они все знали то, что он хотел, но также и знал, что он должен будет спросить как часть его процесса. Наконец, он сказал:
"Я нуждаюсь в Вашей помощи. Поскольку Вы очевидно знаете, я теперь должен выпустить свое Дополнение на более высокие планы в подготовке к нашей миссии. Я наблюдал с восхищением, как каждый из Вас нашел свой путь. Для меня очень трудно попросить помощи, поскольку я не делал так в прошлом. Я могу теперь более глубоко оценить жертву и большие достижения каждого из Вас?"
"Как мы можем помочь Вам?", говорила Shature."Вы знаете, что мы сделаем все, что мы сможем."
"Я не уверен, точно. Я только знаю, что я слабею каждый день, все больше. произойдет заключительный этап выпуска половинки,Я знаю, что сопротивляюсь, и напряжение стало очень опасным для моего физического тела."
"Возможно, если все мы все войдем в медитацию и призовем к помощи наших собственных Дополнений, мы сможем облегчить этот процесс и на внутреннем и на внешних планах", предложил Vicor.
Они все согласились, что это было действительно превосходной идеей. Поскольку они вошли в медитацию вместе, сила в комнате стала почти материальной. Божественные Дополнения этих трех сформировали круг любви, чтобы подозвать другую половину Рэмора, в то время как физические тела трех окружили Рэмора, чтобы увеличить поток жизненных энергий в тело. Постепенно, как тянется виноградная лоза к ее полной длине, женская часть Рэмора сам отступила на более высокие духовные планы. Втроем они массажировали тело Рэмора от ног так, чтобы заключительное разделение имело бы место от макушки, а также кормили и успокаивали физическое Я во время этого энергитически опасного процесса.

Наконец, процесс был завершен. Рэмор был в глубоком трансе, и они все инстинктивно знали, что он должен остаться в таком состоянии в течение трех дней и трех ночей. Они подвинули его тело к циновке и зажгли свечи вокруг него. По крайней мере один из них должен был держать бессменную вахту около него. На заре третьего дня они все собрались вокруг него снова, чтобы вернуть его в тело. Хотя он сопротивлялся возвращению, его обязательство и его судьба, наконец, привели его обратно в физический мир, оставляя половину себя на более высоких планах.
В течение целой недели он оставался в своей кровати, в то время как другие кормили его и заботились о нем. Его депрессия была огромна, и он не мог произнести слово в течение четырех дней. Наконец на седьмой день, он смог встать со своей циновки, чтобы встретить рассвет, как он делал много, много лет. На сей раз, однако, их было четверо.

Они встречались, чтобы стоять перед восходом солнца и закатом вместе. Они также встречались каждый день, когда солнце было в зените, чтобы обсудить их видения и подготовиться к их будущей задаче. Здоровье Рэмора постепенно возвращалось. Фактически, он чувствовал себя лучше, чем когда-либо. Каждый из них теперь понял, что их Сущность простиралась далеко вне их физической формы. Они были живы и сознательны на духовном так же как и на физическом планах. Они походили на маяки света, которые сияли с таким блеском от духовных планов, что они были проявлены в форму, когда их свет коснулся физического мира.
Другие, кто остаться, чтобы помочь переселению многих, кто умрет, понимали, что кое-что случилось с этими четырьмя. Они начали приходить к каждому из четырех с их проблемами, и главным образом с их страхами. Те, кто оставался в Храме, были очень храбры, действительно. Они знали, что они все умрут, но они добровольно предложили остаться, чтобы помочь многим мертвым и умирающим во время катаклизма. Когда очень много людей умирают сразу ужасным образом, Более низкие Планы становятся очень бурными. Эта буря может рикошетировать назад на Физический План и фактически создать катаклизм еще хуже. Все те, кто остался понимали, что один из континента не переживет катаклизма, но они надеялись спасти планету. Если бы бедствие было слишком огромно, то Земля могла бы фактически отделиться от своего поля тяготения и уйти в космос. Как бы ни было ужасно разрушение континента, намного хуже, было потерять всю планету
Землетрясения и сотрясения случались чаще и становились более серьезными. Все знали, что скоро день наступит, когда весь континент будет разрушен. Люди оставались в городах, а силы темноты, которая правила в Атлантиде, были в отказе. Те, кто был во власти не желали терять их положения, таким образом они категорически отрицали любую реальную опасность. Были многочисленные геологические разрушения. Фактически, континент стал намного меньшим за последнюю сотню лет. Периоды движения в конечном счете закончились , и все должно было стабилизироваться. Поэтому, темные силы продолжали свою Черную магию с использованием кристалла так же, как они всегда делали. Очередь в трансформатор была больше, чем когда-либо, и все больше богатых ожидало ее в течении нескольких десятилетий своих жизней. Однако, некоторые из простых людей, особенно те, кто работал с животными или кто работал Земля, начали понимать, что кое-что было не так. У этих людей были очень ограниченные ресурсы и никакой возможности уехать. Храм отослал свое последнее морское судно и воздушную машину. Темные силы и их союзнические лидеры, не предоставляли средств спасения для тех, кто остался, злобно охраняли немного транспортных средств, которые оставались в области. Все больше этих простых людей приходило, чтобы жить в или около Храма. Он стал столь же переполненным, как был когда то, но теперь женщинами, мужчинами, детьми, и животными вместо священников и жриц. Постепенно, все в храме начали принимать участие в восходе солнца и церемониях заката. Даже дети и животные стали тихими.
Члены темноты и богатые, ввели сильный лицензионный платеж и насмехались над этой глупостью и продолжали жить, как и прежде. Континент был все более разделен на два различных элемента. Темнота и свет стали все более и более определенными. Четверо получили, на следующей полной луне, сообщение, что конец пришел!
Всегда, когда луна была полна, конфигурация солнца и луны в аспекте к кристаллу создает более сильную силу энергии чем обычно. Это было временем специальных церемоний, так же как специального использования кристалла. Воздушные машины питались, и регенераторами жизни все управляли на полной скорости. Темные силы также использовали увеличенную энергию кристалл в их злых целях. Эта полная луна была в Тельце, который был периодом экстраординарной власти на физическом плане. Это всегда было время специального пированья и празднования. Все члены Храма были предупреждены, и даже крестьяне знали, что кое-что зловещее собиралось случиться. Все могли чувствовать напряженность в воздухе. Никто не оставил Храм, поскольку день приблизился. Церемония рассвета была столь мощна по энергиям, что много людей упали в обморок или заболели, и несколько из старших умерли. Многие провели весь день в медитации. Четверо попрощались со всеми и удалились к их угловым комнатам, чтобы провести период всех двадцати четырех часов в медитации.
Храм был построен на конце полуострова и расположен так, что у каждого был прямой вид на океана. Комната Shature была в Северном углу Храма, Lateen - на Востоке, Vicor - на Юге, а Ramor - в Западном углу. Никакие мысли или эмоции не были позволены ни одним из четырех в это время. Они были пустыми сосудами, готовящимися, непосредственно, к выполнению своих обязанностей. Первый грохот начался, когда полная луна начала повышаться, и Земля была в полной буре, поскольку луна достигла своей вершины. Каждый из четырех провел все двадцать четыре часа в глубокой объединении с их Божественными Дополнениями. Shature могла чувствовать напряженность Храма, угрожающего сбросить ее сознание, но она сосредотачивала свое внимание на своем Самом высоком Я. Вся боль и одиночество ее жизни лежали ниже нее. Это походило на прохождение высокого висячего моста, когда смотришь только на свое предназначение, отказываясь признать предательские скалы ниже. Поскольку сотрясения начались, она должна была дисциплинировать себя очень, чтобы не упасть в страх. Но поскольку сотрясения росли, это сделал ее Внутренний Свет. Она смотрела в чистую каменную стену перед нею, и в ее уме она видела, что воды мчались к ней. Она знала, что у других было то же самое видение. Это было видение, которое они все видели много раз. Поскольку она вообразила эту воду, она видела это не как смерть, но как воссоединение с ее Lamire, воссоединение с ее духом и воссоединение с ее судьбой. Ее физическое тело качалось и ударялось, и она должна была связать себя со своим алтарем так, чтобы она не падала в маленькой комнате. Одновременно, свет стал настолько сильным, что она была ослеплена им. Она больше не видела комнату вокруг нее. Тон был настолько громок, и свет был настолько блестящим, что она больше не слышала землетрясение или даже наступающие воды. Она ничего больше не могла чувствовать. Ее эмоции стали потухшими. Ее мысли были ненужными. Все, что осталось, было этим ослепляющим золотым светом с сопровождающим его блестящим звуком. Она ступила в свет, поскольку он привлекал ее к своему сердцу. Когда она сделала тот шаг, она нашла, что она не была одной. Ее Дополнение обняло ее, и когда она оглянулась, она увидела других из четырех с их Дополнениями.
Они стояли в сияющем кругу, и в пределах того круга был вихрь Света, который достигал бушующую Землю. Они не думали, и при этом они не чувствовали. Они сосредоточились только на итоге. Балансе, чтобы держать Землю в ее поле тяготения. Они поняли в тот момент, что на всем протяжении Земли были другие группы четырех, имеющие ту же задачу. Вместе они сформировали магнитную сеть света, который защищала Землю от полного разрушения. Сеть была сплавом их физических и духовных элементов. Дух и Материя вместе как один!
От центра вихря был мост, заполненный всеми цветами радуги. Через тот мост проходили те, кто верил. Оставляя позади их физические формы в объятиях наступающих вод, они смело поднялись на мост в духе своем. Они оставили позади страх и печаль в их пустых сосудах, потому что эти эмоции затемняли видение моста. Они отодвинули свой гнев на других и на себя, потому что он заманивал в ловушку их умирающих физических форм. Одна только любовь сияла в их сердцах и умах. Все на планете, даже в областях, где физическое тело было в безопасности, храбрые и любящие души, поняли, что это было Окончанием Эры. В этом знании они решили воспользоваться возможностью, чтобы освободить себя от колеса рождения и смерти. Так как они стояли перед своей темнотой и вели смертный бой с ней, они были в состоянии видеть свой свет и видеть его лестницу к лучшему пути.
Земля понадобиться много времени, чтобы оправиться от этого катаклизма, и много храбрых душ хотели оставаться, чтобы помочь с его реконструкцией. Но другие рисковали, чтобы поднять свои колебания и продолжить существование на более высоких планах действительности. Shature и другие трое принесли жертву, чтобы отдать их жизни в служении их духовной судьбе. Они могли выбирать перевоплощаться ли на безопасной области планеты, служить в обеспокоенных эфирах Земли, или двигаться на более высокие планы, чтобы продолжить развитие.
Ramor и Викор выбрали перевоплощаться, поскольку они полагали, что их качества лидерства будут необходимы. Викору даже разрешили войти в будущего ребенка его любимой. Ramor перевоплотился в в Египте, чтобы снова стать Священником. Lateen и Шэтьюр выбрали остаться на более высоких планах, чтобы продолжить их развитие. Шэтьюр была уверена в своем решении, поскольку она воссоединилась с Lamire выше бурных эфиров, окружающих Землю. Она была уверена в своем решении, поскольку она обняла его в прохладных зеленых областях и ясном небе более высоких миров. Она знала, что она будет счастлива и довольна, или возможно, она надеялась на это. Но она все еще слышала их крики. Она все еще чувствовала их потребность.

Многие, многие умерли в катаклизме, и большинство даже не знало, что они были мертвы. Они продолжали вновь переживать свою ужасную смерть много раз. Поскольку они не стояли перед своей темнотой, потому что они не обняли свой свет, они не могли видеть мост. Они не могли управлять своим страхом и печалью, которая держала их души в постоянном состоянии беспокойства. Они также не могли управлять своим гневом. Поэтому, часть их сознания бродила по разрушенные воспоминания об их родине, в то время как другая часть их вновь переживала наводнение снова и снова. Другими словами, они были в Аду. Она знала, что она могла помочь им. Многие из них знали ее или знали о ней. Некоторые из них были злыми и жестокими, и она оставит их своей судьбе, так как они не послушали бы ее так или иначе. Они держались за ужасающую память о своей потерянной власти, вместо того чтобы смириться с текущим положением вещей. Некоторые из них, однако, были просто уведены. Это было очень плохое время. У этих людей не было никакого способа видеть свет, потому что они были окружены темнотой. Они звали. Если кто-то, кого она знала, звал на помощь, как она могла отвернуться и идти в области славы?
Она повернулась, чтобы изучить глаза Lamire. Да, она видела, что он понял. Он мог пойти с нею теперь. Их время обособленного раскола на два отдельных лица минуло, потому что они не будут нуждаться в физической форме в эфирах Земли, они могли быть вместе снова, рядом. Захочет ли он остаться с нею?
Тогда она вспомнила, насколько это помогало на Земле знать, что компонент ее полного Я был жив на более высокой вибрации. Ее Высшее Я часто помогало ей быть объективной, видеть, что является истинным предназначением в жизни, и вело ее по судьбе. Она хотела оставить то более высокое руководство, если она бросила свое сознание в такую обеспокоенную окружающую среду.Да, было бы лучше, если он сможет помогать ей отсюда. Она боялась возвратиться одна, но даже напуганная, она понимала, что плохо возвратиться к тому более низкому плану, не имея маяка в более высоких.
Когда Шэтьюр был в Атлантиде, она училась поднимать и понижать свои вибрации, чтобы войти в различные миры. Ее первичная сущность, однако, осталась в ее физической форме так, чтобы она могла поддержать ее. Только в специальных случаях, и то, когда другие защищали ее тело, она переносила искру жизни в более высокие самолеты. Теперь, ее первичная сущность была свободна от всего физического ограничения, и она будет в состоянии двинуться всюду по различным планам с большей сознательностью и близостью. Она возвратилась одна. Одна, она продолжила свою судьбу. Одна, но все же в сознании, разделенном с ее Божественным Дополнением и памятью о ее собственной истинной законченности