«Она является каким-то чудом даже среди произведений Бетховена, — писал Роллан о Третьей симфонии — Если в своем последующем творчестве он и двинулся дальше, то сразу он никогда не делал столь большого шага. Эта симфония являет собою один из великих дней музыки. Она открывает собою эру».

  Бетховен сочинил свою героику в 32 года, он начал работу над ней меньше чем через год после того, как оставил своё горькое и безнадёжное «Хейлигенштадтское завещание». Он писал Третью симфонию несколько недель, писал, ослеплённый ненавистью к своей глухоте, словно стремился изгнать ее своим титаническим трудом. Это и в самом деле титаническое сочинение: самая длинная, самая сложная симфония из всех, созданных Бетховеном на тот момент. 

   Фердинанд Рис вспоминал: «Как я, так и другие его (Бетховена) ближайшие друзья часто видели эту симфонию переписанной в партитуре у него на столе; наверху на заглавном листе стояло слово «Буонапарте», а внизу: «Луиджи ван Бетховен», и ни слова больше… Я первым принёс ему известие о том, что Бонапарт объявил себя императором. Бетховен пришёл в ярость и воскликнул: „Этот — тоже обыкновенный человек! Теперь он будет топтать ногами все человеческие права, следовать только своему честолюбию, он будет ставить себя выше всех других и сделается тираном!“» После этого композитор разорвал титульный лист своей рукописи и дал симфонии новое заглавие: «Eroica» («Героическая»).

  Первыми слушателями симфонии стали гости на вечере князя Франца Лобковица, мецената и покровителя Бетховена — для них произведение исполнили в декабре 1804. Спустя полгода, 7 апреля 1805, сочинение представили широкой публике. После премьеры пресса писала: композитор и зрители остались недовольны друг другом. Слушатели сочли симфонию длинной и сложной для восприятия, а рассчитывающий на триумф Бетховен даже не кивнул аплодирующему залу.

  «Эта длинная композиция есть… опасная и необузданная фантазия… которая часто сбивается в подлинное беззаконие… В ней много блеска и фантазии… чувство гармонии полностью утрачено. Если Бетховен продолжит следовать по такому пути, это будет прискорбно как для него, так и для публики». Так писал критик респектабельной «Всеобщей музыкальной газеты» 13 февраля 1805.

  Симфония отличалась от того, к чему привыкли современники музыканта. По словам Роллана, первая часть, возможно, «была задумана Бетховеном как своего рода портрет Наполеона, разумеется, совсем непохожего на оригинал, но такого, каким его рисовало воображение и каким он хотел бы видеть Наполеона в действительности, то есть как гения революции».  Главная тема, порученная виолончелям, очерчивает мажорное трезвучие — и внезапно останавливается на чужеродном, диссонирующем звуке, но, преодолев препятствие, продолжает свое героическое развитие. Экспозиция многотемна, наряду с героическими возникают светлые лирические образы: в ласковых репликах связующей партии; в сопоставлении мажора — минора, деревянных — струнных побочной; в начинающемся здесь же, в экспозиции, мотивном развитии. Но особенно ярко развитие, столкновения, борьба воплощены в разработке, впервые разрастающейся до грандиозных размеров: если в двух первых симфониях Бетховена, подобно моцартовским, разработка не превышает двух третей экспозиции, то здесь пропорции прямо противо­ положные. Как образно пишет Роллан, «речь идет о музыкальном Аус­терлице, о завоевании империи. Империя Бетховена длилась дольше, чем империя Наполеона. Потому и достижение ее потребовало больше времени, ибо он в себе сочетал и императора и армию... Со времен Героической эта часть служит местопребыванием гения». В центре разработки — новая тема, непохожая ни на одну из тем экспозиции: в строгом хоральном звучании, в предельно отдаленной, к тому же минорной тональности.

  Резчайший контраст представляет вторая часть. Место певучего, обычно мажорного анданте впевые занимает похоронный марш. Этот жанр, утвердившийся во время Французской революции на площадях Парижа, превращается у Бетховена в грандиозную эпопею, вечный памятник героической эпохе борьбы за свободу. Величие эпопеи особенно поражает, если представить скромный по составу оркестр: к инструментам позднего Гайдна добавлена всего лишь одна валторна да выделены в самостоятельную партию контрабасы.

   Каких только ассоциаций не рождала скерцо третьей части! Одни видели в ней воскрешение античной традиции — игры на могиле героя. Другие предвестие романтизма — воздушный хоровод эльфов. Тематически контрастная третья часть тесно связана и с главной партией первой части, и со светлым эпизодом траурного марша. Зовы трех солирующих валторн, например, рождают ощущение романтики леса.

  Четвертая часть симфонии основана на так называемой «прометеевской» теме. В греческой мифологии Прометей – титан, похитивший огонь из кузницы Вулкана, чтобы принести его людям. Бетховен посвятил ему балет «Творения Прометея», из финала которого и пришла в симфонию музыкальная тема. Правда, Бетховен ещё использовал ее в Пятнадцати вариациях с фугой для фортепиано.

Валеджио. Прометей

  Финал симфонии построен как цепь вариаций. Сначала Бетховен берет из темы только басовый голос, затем вступает мелодия, чтобы в процессе развития достичь бурного ликования: «прометеевский» финал «Героической» действительно полон небесного огня.

 Когда Наполеон Бонапарт скончался, Бетховена спросили, не мог бы он написать траурный марш по поводу смерти императора. «Я уже сделал это» - ответил он, вне всякого сомнения, имея в виду траурный марш из второй части «Героической симфонии». Позже композитору задали вопрос, какую из своих симфоний он любит больше всего, Людвиг ван Бетховен ответил: «Героику».

  Существует распространённое и вполне обоснованное мнение, согласно которому «Героическая симфония» стала началом патетического периода в творчестве Бетховена, предвосхитив великие шедевры его зрелых лет. Среди них – сама «Героическая симфония», Пятая симфония, «Пасторальная симфония», Седьмая симфония, фортепианный концерт «Император», опера «Леонора» («Фиделио»), а также фортепианные сонаты и произведения для струнного квартета, отличавшиеся от более ранних произведений гораздо большей сложностью и продолжительностью. Эти бессмертные произведения были созданы композитором, сумевшим мужественно пережить и победить свою глухоту – самую страшную катастрофу, выпадающую на долю музыканта.

belcanto.ru›s_beethoven_3.html