Я не соберу в очередной раз долги,
Выкину к чёрту чемоданы с платьями,
Я не буду больше плакать на луну:
С меня хватит.
Усталость – почти что разновидность свободы -
Похожа на одиночество.
Попытайся договориться сам с собой,
Обратившись по имени-отчеству.
Больше не звони – всё равно утопился мобильник.
Больше не пиши – адресат теперь потерян.
Я, знаешь ли, разбила любимый будильник
И поменяла вокруг всех замков двери.
Отбила запах, искупавшись голышом в спирте,
И меловые дорожки вен стёрла тряпочкой.
Даже если ты очень захочешь – не находи меня,
Я больше не стану привычной душкой и лапочкой.
У меня внутри лопнуло что-то ценное:
Этакая незаменимая пружинка-дурочка.
Аккуратно горят фотографии памятно-стенные,
Пляшущие под мою сигаретную дудочку.

А что осталось... Осталась ключевая вода в чайнике.
Мои словесные автопортреты в любой из книжек.
Я не собираю больше подати зла и отчаянья,
Потому что сбросила вчера своё прошлое с крыши.

(с)

Пентакли - масть в Картах Таро.
http://taro.r-isp.net/pentakli_5.htm
У некоторых гадателей - это карта любви и возлюбленных - жены, мужа, любовника, любовницы; также согласие, духовное родство...


Она гадала на картах Таро,
Стыла мёрзлым узором инея,
Путая линии жизней-дорог,
Она умоляла – люби, люби меня!..
Набок упали её часы -
Вспыхнув, стихло песка свечение.
Она не умела о нём просить -
А он просил у неё прощения,
А он кричал ей сквозь синий снег
Самое нежное и бессильное.
Он был не-друг ей, не-брат и не-
назван – сонная тень без имени.
Он был заброшен в чужой февраль
в рубашке, схожей с изнанкой карты,
Он ей, как карты, безбожно врал,
Грелся её ожиданьем марта.
Она читала его - с листа,
Сольфеджио чёрточек, точек, пауз.
Она болела им просто так,
Она им бессовестно любовалась.
Она уснула – с той стороны
Выстрелов слов его, боли плеть его.
Он не дождался её весны –
Вёсен не было в том столетии.

(с)

Косточки вишен темнеют, как точки над i на пластмассовом блюдечке,
Глиняный вечер споткнулся о вечность и молча скончался на западе.
Ночь фиолетово бредит поэтами. Больше не спросится – любишь ли?
Незачем числиться, если не сбудемся. Здесь не бывает внезапностей.

Где-то снаружи страдает бессонницей странная зимняя оттепель,
Плачет откуда-то сверху, болит и пророчит светло-нерифмованно...
Стынут стихи недодуманно-лунные. Видимо, им хорошо теперь –
Можно уплыть – в каждой луже услужливо их дожидается облако.

Снова не спится, и смех мой непрожитый в стену стучится горошиной.
Ты мне напишешь о чём-нибудь нежном, но, в общем-то, не обязательном.
Тем ты и светел, что рядышком нет тебя. Все мы такие хорошие,
Если не нужно быть верными. Знаешь, я... больше не буду мешать тебе...

(с)

Я слушаю, как те буквы, которые жили внутри,
разваливаются на части.
Я не умею писать всё с начала,
я не люблю разговоров о счастье.
Но мне вспоминается периодически: "далёко, да, лёфффка?"
и от этого мурашки по сердцу,
морщинки на сердце, трещинки и порезы.
Я так хочу спрятаться, зарыться носом в подушку...
У меня только одна фраза: "Не трогайте душу."
Я и так вывернута наизнанку, рассыпана бусинами по паркету.
Приходят люди, смотрят в зеркало - но никого там нету.
Пью чай с корицей, с имбирным корнем, с привкусом соли,
а море в ракушке уха сворачивается волнами в нолики.
...
Как пулями прострочена... Прошла ли проверка на прочность?
Ты бы стоял в стороне, смотрел мимо, - но нет, не хочешь...
Я бы, знаешь, и рада поверить, что всё закончится happy end'ом...
Вот только букв на веру во мне больше нету.

(с)

Крылья под голову мягкие...
Белоснежные... свежие...
Ночь каждую.

Слёзы капают жаркие.
Безнадёжные. Грешные.
Перья пачкаю...

Сам оторвал их. Искренний. Бешеный.
Тихо реву. Вечность реву...
Я же на них помешана!

Слова на листе мёртвые...
Бесполезные... Тесные...
Зря собираю.

Сегодня.
Сейчас.
Вечером.

Бескрылому Ангелу
Сердце своё... бесчеловечное...
Я завещаю.

(с)

Найдено у Радуга_над_Лондоном

Если в вашей жизни есть хотя бы один человек, который вам дорог и которого встретили благодаря сети, поместите эту фразу в свой дневник.

Да, есть ))) и не один...

Птицей на подоконник
Из надоевших странствий
Я возвращаюсь в полночь.
Здравствуй...
Я возвращаюсь. Ветром.
Сонным твоим дыханьем.
Каждым твоим рассветом.
Ранним.

Я остаюсь. Проклятьем.
Ранкою на ладони.
Шрамами на запястьях.
Памятью всех агоний...
Напоминаю взглядом –
Ты разрешал вернуться,
И прикасаюсь тонко
К ямке с дрожаньем пульса.

...пью молоко с мёдом...
В горле - ежей туча.
Пальцы в твоей гриве -
Да, я люблю "мучить".
Порознь слова и губы.
Встречно тебе - коленки...
А на губах, как иней,
Край от молочной пенки.

(с)

Она играла в любовь, но выпала решка.
Понастроила замков – и опоздала на поезд.
Ибо: что невозможно - то, чаще всего, неизбежно.
Ибо: что неизбежно - то, чаще всего, слишком поздно...

Она играла в любовь – и что в том такого?!
Кто остался в живых – те всё ей простили!
Остальные ни слёз, ни усмешек не стоят –
После замков всегда остаётся пустыня.

Остаётся молчание, где ни знака, ни слова, ни зова,
Лишь темнеет от времени ярко-багровая влага.
Вы упейтесь, не чокаясь, до церковного звона –
Я сыграла в любовь... но где-то расплакался ангел...

(с)

жду, дожидаюсь...
сонно потягиваюсь...
зарываюсь в тебя,
тёплого...
шмыгаю носом...
тебе жалуюсь,
отсутствие слов
заполняя урчанием,
мурлыками,
улыбками.
иногда шалю
просто так
под какую-нибудь
бла-бла-бла.
устраиваю демонстрацию немых
против твоего молчания...
дерусь с кошкой
за право
лежать на твоём плече -
мне
не всегда удаётся...
сплю...
мне снится - ты снишься мне...

(с)

в горле пахнущей клевером девочки
пушистым шмелём запуталась нежность
щекочет
пьёт
сладкий нектар голоса
тайна восьмой ноты -
молчание -
соль в глазах плавит...
слезы -
со вкусом мёда...

(с)

Сегодня Мише исполнилось 18 лет )))

- а теперь, что теперь, Свин?
- а теперь иди. Иди.

The Disco Pigs


пять пальцев твоих, зажатых в моей ладони,
пахнущих мокрым песком
и чем-то ещё, таким же спокойным;

четыре бумажных листочка, ском-
канных и разорванных в клочья;
три попытки моих ненаписанных писем;

две минуты, пока этот дом обесточен,
и я обезумевшей от одиночества рысью
сквозь темноту прорываюсь к тебе.

милая, если ты всё, что дано мне свыше,
я разрешаю тебе - убей
меня - мы с тобой так синхронно дышим,
что я боюсь когда-нибудь сбиться.

если была моей жизнью - побудь и всем остальным.
невыносимо знать, что ты смотришь в чужие лица,
говоришь с ними и - улыбаешься им.

я стал бы морем, чтобы тебя обнять,
каждой волной - чтобы в тебя впитаться.
стал бы пляжем, чтоб ты касалась меня,
скользнув по песку с русалочьей грацией.

но я - твоя тень, нет, я - твоё отражение,
Нарцисс, смертельно и безнадёжно влюблённый.

осторожно, радость моя, высокое напряжение
проходит по нервам. оно не склонно
различать виноватых и невиновных.
оставь меня, нет, обними, будь мне ещё ближе.

эти семнадцать - ужасный возраст. после начни по новой,
а пока что - убей нас. чтобы ты смогла выжить.

(с)

преодоление всех расстояний - вдох.
с выдохом - в небо молитва: пока ничей,
будь чьим угодно после, но только до
тихого сна моего - на твоём плече.
будь прирученным, спрятавшим когти в мех,
плюшевый зверь, беспризорная голова...
мерным дыханьем по коже ты пишешь мне
то, что нам запрещено превращать в слова.

(с)

Жизнь на десять процентов состоит из того, что вы в ней делаете, а на девяносто - из того, как вы её принимаете.

Моэм

покачиваюсь на волнах твоих ладоней
моё зеленоглазое море
на дне радужек
ррррррррраковины... камушшшшки...
оставляешь на коже
кристаллы сверкающей соли -
рисуешь карты
скрытых в тебе
сокровищ
серебристыми рыбами
ускользают
мысли
едва касаясь...
головокружительно невесомая
засыпаю...

(с)

Ей нравится чувствовать себя несчастной.
Она стала частью меня, и эта часть сбивает меня с пути...
Доктор, вы сможете её ампутировать?
Она прошла с ним все его войны, –
Когда он хотел – была полем боя,
Когда он хотел – была пленной.
А сегодня он не заметил, как её предал –
Теперь она убивается горем и таскает меня за собой.
А у меня столько дел, у меня, б...ь, карьера,
Планы на будущее... она ноет: "он такой... от таких не отказываются"
И в слёзы бросается...
Доктор, вы же сами сказали:
"Посмотри на мир её глазами".
Я смотрела, но это ничуть не тронуло. Я почувствовала себя уродцем -
Ведь таких любить бесполезно, так зачем же травмировать сердце?
Оно ещё пригодится...

Доктор, вы, наверно, как-то не так меня лечите?..
Слишком много легло на мои обгоревшие плечи.
Слишком много оставлено за плечами...
Я кричала именем её от её имени.
Я отчаялась...
И больше не чувствую разницы –
Она во мне так легко уживается...

Доктор, где теперь я?

(с)

если ты назвалась тутти, это ещё не значит, что ты кукла для принца –
у той голос шёлковый, губы шёлковые, сердце из шёлка...
ты же обычная девочка. зачем тебе сниться,
кукла дешёвая?
куклу можно вспороть, выпороть, вышить крестиком, забросить в угол –
обычные мальчики почти не играют в кукол...

обучай свою тутти говорить "я люблю тебя"...
обучай свою тутти говорить "я умру без тебя"...
она врёт тебе, по сути...
но головы, заполненные шёлком,
слишком лёгкие.
она врёт и не чувствует.

обычные мальчики почти не играют в принцев –
но у него такие ресницы,
у него такие манеры –
я готова стать милой, верной,
я готова стать куклой,
лишь бы к нему прикоснуться...

выкрои меня из шёлка, милый. сделай меня красивой, глупой, -
под лупой недостатки мои рассматривай – ай-да недостатков у тебя, деточка...
ты чувс–тву-ешь...

(с)

Знаешь, никогда не умела выбирать для себя мужчин.
Видимо, к старости напишу энциклопедию отрицательных качеств
в двух томах. Или в трёх. Если сил с такой жизнью,
конечно, хватит.
Хотя...
Простят ли меня выбираемые, если я ими во имя творческого процесса
снимаю стрессы?.. А если не хватает внимания -
меняю их на "уйти с головою в работу" и до рвоты вру, что мне всё равно,
и реву тогда тихо-тихо,
словно падают листья, -
но только не так красиво.
Помнишь, я обещала не быть истерично-слезливой...
Но небо под вечер заточенным диском солнца
царапает горло... и, знаешь, невыносимо...

(с)

Когда необходимо сделать выбор, а вы его не делаете, — это тоже выбор.

У. Джеймс

(с)

"Переменчивый ветер надежд... приносящий с собой запахи свободы и радости..."

Вам не всегда весело. Вам не всегда грустно. У вас обычная нормальная человеческая жизнь - полосатая зебра. Но вы не жалуетесь, потому как вы - ветер надежд. Вы верите, что завтра всё можно исправить и завтра станет лучше. Вы знаете, что рядом с вами друзья и, возможно, даже близкий человек. В вас есть силы перевернуть мир. Но стоит ли оно того, когда вы и так довольны жизнью?


Пройти тест "Тест о том, что вы из себя представляете"

Не плакать и не пить –
На том табу.
Не ждать звонков.
И не звонить, конечно.
И не кричать, что
"Я-то всё могу!"
И не терзать надеждой
Уши грешных.

Не видеть снов.
И не писать стихов.
Не возвращать любви
Прикосновенья.
И не выдёргивать
Из глубины веков
С тобою проведённые
Мгновенья.

Не помнить дат.
Не верить в чудеса.
И страсти знать
По фильмам и романам.
Не проклинать
С похмелья небеса
И истину не звать
Взамен обмана.

И быть, как все, -
Не строить площадей
И не летать
С высоких колоколен.
И – никогда! –
Не стать тебе своей…
И – навсегда! -
Расстаться с непокоем.

И вот, в ответ
На все вот эти "не" -
Не выдаст Муза
Хрупкая ни строчки.
И жизнь закончится –
Логично, разве нет? –
Не многоточием,
А жирной, жирной точкой.

И, взвесив всё,
И сбегав за вином,
И изведя полночи
На рыданья,
Пишу стихи.
А сердца метроном
Выстукивает
Пылкие посланья.

(с)

не вижу
не слышу
и, кажется, не говорю
я не живу
не сплю
и совсем не летаю
не молчу
не плюю
и ещё - не люблю
не расцветаю
не жгу
не прощаю

не забываю
не думаю
не плачу
не пою
не смеюсь
не значу
не иду
не прихожу
не удаляюсь
не жду
не скажу
не насмехаюсь

не строчу
не читаю
не творю
не чувствую
не раню
не в струю...
не томлюсь
не маюсь
не ищу сладости
не сияю
не рвусь
не-т-радости...

не

(с)

Так получилось. Тебя стираю.
Ветра нет. Паруса мёртвые.
Я не живу. Ты не умираешь.
Просто твои позывные стёрты.

Комкала ревность. Давно. Прожито.
Плакалась зеркалу. Хватит. Разбила.
Хочешь - считай, отношения пропиты.
Разубеждать не буду. Не в силах.

Девочек нежных целуй. В подъездах
облачком пара пиши признания.
Мне же по нраву молчание. Резать
волю на паузы, на понимание...

Не пеленгуй ты меня! По клубам
пОшло искать, что давно украдено.
Мне и не хочется быть ни грубой,
ни нервной, ни слабой, ни злой, ни гадиной...

Перечеркав все эпитеты к злости,
бросив комок своих нервов в окно,
всё же признай: очевидное - просто.
Дело привычки. Уже всё равно.

Так разъясняется элементарное.
Снова кури и ходи по крышам.
Но не прикусывай губ, на пары
глядя. Стирай.
Я тебя
не слышу...

(с)

молчанье - запоем,
шрапнелью - запонки,
встречи, слова,
взгляды, запахи
мимо проносятся
и рикошетом
память дробят,
разрывая при этом.

я ухожу,
ты отпускаешь.

"тише..." - твержу,
а ты всё таешь...
болею тобой,
как в детстве корью.
следы остаются
дурной крови.
дурные мысли
теперь фоном -
сорвут тормоз,
сорвутся стоном.
злость и бессилие,
нежность и бред.
на многие мили
меня
нет...
по сторонам не смотри
сквозь слёзы.
мало увидишь,
и всё - проза.
не повторяй моё имя,
прощаясь.

хочется сдохнуть.

живу...

улыбаюсь.

(с)

Видимся редко. Слишком редко, по-моему.
Сплетаем и расплетаем локоны снов, как волосы.
Ты любишь меня так - крепко-крепко, до крови,
и держишь - до синяков (наутро проступают полосы...)

Делаю для себя вывод: "Нет, не страсть, а только лишь скука..."
Но, когда тебя нет - мне больше никого не надо.
"невместе" - это такая медленная, щадящая мука,
которой, наверное, место на задворках ада.

Иезавель - вот всё-таки моё имя...
А ещё у меня есть цвет (не говори об этом при всех).
Мой цвет для тебя - небесно-синий.
И я продаюсь. Дорого. За твою быструю ласку и смех.

И ты ласкаешь меня, торопишь время: "Presto!"
И я сплю на твоём плече, наполнена счастьем до горлышка.

...ощутить, как остров, как мир, как своё место -
секунду твоего сонного, чуть-чуть хриплого: "Зая... Солнушка..."

(с)

Мимо прошедшие палачи памяти
вырыли всё, и мне не осталось времени
в этих пяти секундах. Знаете,
я рассыпалась на части Вселенной,

и самое страшное - что ничего не останется.
Я - кадры из плёнки фотоаппарата.
Снежинки растаяли на детских пальчиках.
Тише, не плачь - это так надо...

Камни легли, и когда им не останется места,
душа спрячется вместе с ними на дно колодца.
Кто-то будет заглядывать с неба -
но до таких, как я, страшно дотронуться.

Я так и не научилась отражать тепло кожей -
и кручусь чужой кошкой на очередных коленях.
Мне всегда было нужно быть осторожней.
Я всегда этого не умела...

И никакой разницы, что меня убьют в подворотне,
а ты вывихнешь шею в попытке взлететь на небо -
Бог един для убийцы и для вора.
И учит болеть не только телом.

Ничего не случилось - просто боль заполнила дырки,
из которых сквозило не только холодом.
Этот мир раньше был и твоим миром,
Мне казалось, он цельный. Остались только осколки.

...

И мною убиты в себе все попытки
переменить всё к лучшему и скалить зубы без повода.
Палачи памяти безжалостно выжиты -
я устала бояться этого холода.

(с)

Утро приносит пиратскую одноглазость.
Щурится веко - зрачок в суконную нитку.
Я не поеду в Москву. И не злись - опять виновата усталость.
Но, если силы будут, - то я, конечно же, из неё выплыву.
А письма не так пишутся, поэтому молчать предпочтительно,
Но это трусость. Потому как писать тебе, собственно, не о чем.
Про меня тоже скажут: "Вот и она выдохлась",
И будут правы. Я не открывала Америки
Для себя, но закрываю глаза с каждым выходом в мир.
Перед работой натягивая, как и ты, для губ - cheese smile.
Я наконец-то выросла - значит, ты сможешь меня простить.
Я ничего не пишу тебе. Но, кажется, ты - из того же числа...

(с)

...

Возвращаются все, кроме лучших друзей.
Кроме самых любимых и преданных женщин.
Возвращаются все - кроме тех, кто нужней...
Я не верю судьбе, а себе - ещё меньше.

...

(с)

убаюкай меня в октябре под дождливые стуки.
притяни к себе и спрячь, как ты это умеешь.
от меня, от назойливых стрелок часов,
от песчинок шуршащих, от тоски городского шума.
не спасай меня... разреши мне чуть-чуть оступиться.
пьяной быть без тебя и скучать по твоей улыбке.
помоги мне с тобой не проститься и... помоги мне
писать не тебе... и не главное... и - тянуться в попытке
коснуться твоих осторожных губ дыханием только.
не полно... не важно... но хватит. ты слышишь,
мне хватает лишь намёка на звуки... лишь таймера,
который отмерил нам сутки и меньше.
и все звёзды, упавшие с неба в августе,
горят по твоим следам, и мне стало легче
искать тебя, и...

убаюкай меня в октябре -
чтобы в августе я могла загадать
то же самое...

(с)

Не уступила. Устала. Мурашки. Промокла.
Каждое утро, проснувшись, бываю поколот
То ли щетиной подушки, то ли своими снами...
Девочка с сердцем щенячьим, что стало с нами?
Птичкою киви с длинным и неуклюжим клювом
Я каждое утро смотрю мимо нашего неба.
Воздуха хочется, солнца, теплого хлеба,
Мягких подушек - и видеть тебя неожиданно-нежной.
А еще хочется быть таким красивым,
Чтобы ты не смогла бы дышать больше,
Девочка с сердцем щенка-далматинца
В пятнах и взрывах - как маленькое солнце.
И я не пишу тебе каждую ночь, и кляну себя утром.
Не уступаю тебе в себе всё так же упрямо.

И я просыпаюсь каждое утро - поколотой.
То ли подушкой, то ли щетиной, то ли твоими снами.

(с)

Снежная королева не помнит себя... У неё глаза затянуты льдинками.
Я рисую на окнах - уже-декабря - твоё имя прохладными паутинками.
Разморозь мне на утро кофейную муть - перепачкаю щёки и губы гуашево.
Моё сердце в ладонях пульсирует чуть - аккуратней сшивай и раскрашивай.
На полке оконной - почти подоконник - сложу два зрачка в перекрестье ладоней...
Мы - дети. Наш город надтреснуто молод, но полон он воин, наш город... Спокойно!
Не верь моим лицам на паперти света - я тоже разыгрываю клоунаду.
Мне больно - смеюсь, замерзаю - раздета... Так надо, так надо, так надо, так надо...
Так хочется выпить настойку из капель сердечных и - самую чуть - успокоить
взбесившийся ком... Агония - стойко. Не стоит жалеть... и... впрочем, тоже не стоит...

(с)

Крылья стоят в углу,
а сама я лежу на полу,
чтобы видеть дом в другой проекции:
вон там в потолке застряло сердце
лунного мальчика...
теперь он плачет,
грозит мне пальчиком, -
а это значит
что придется лезть на самую крышу,
кого-то слушать и что-то слышать,
царапать локти о рубероид
и, спасая сердце, быть спокойной...

в моей комнате запах ванили и солнца,
на полке ёжик, который не бьется...

а в принципе всё как обычно - логично,
бумаго-картонно и спично-привычно...

(с)

Пыль чужих дорог на твоих сандалиях,
А снег исходит горизонтально
К потолочному небу. И чует звёзды
С лимонным запахом. Секундой после,
Срываясь в крик, я ломаю дружбу,
Давясь сама с собою "так будет лучше".
Потолок не имеет свойства падать...
А знаешь, птицы умеют плакать, -
Радужкой глаз в сердцевину тела.
Я когда-то раньше так тоже умела,
А сейчас могу только бумажно,
Серпантинной лентой. Тебе так важно -
Сколько длится полёт от замка к полу,
Но луна сегодня лимонно-голая,
Отражается в сгибах локтей и коленей,
И снег шуршит горизонтально времени...

Не окликай при встрече по имени
Не узнавай в толпах лиц, не жди меня
У фонтанных ладоней на подоконниках...
Я теперь скрываюсь от фарфоровых слоников,
Приносящих всемером счастье – зачем?
Ломается линия лаковых схем
На оконном стекле. Только белая пыль
На сандалиях. А в углу пара крыл:
Это значит – ты всё-таки был...

(с)

На "позвонить" тебя не хватит,
на "убежать" - мои два шага.
Из хомячка домашней масти
я перекрашена в дворнягу.

Из пальцев на клавиатуре
под утро вырвутся занозы.
Ты знаешь, я по жизни - дура,
и у меня из стёкол слёзы.

Да ты не бойся - не вольфрамна,
твой монитор гореть не будет.
Я бы вернулась, да куда мне?
Не в хомячки же! и не в люди...

Болтаюсь между дном и солнцем,
прикованная к клетке комнат.
И сердце бьётся-бьётся-бьётся:
дай Бог, чтоб завтра ты не вспомнил!

(с)

облако с волос моих
ловишь.
неимоверно
трудно дышать...
разобьёшься о зрачок мой,
упадёшь
на кровать,
измятую снами.
слушай,
кажется, между нами
осень
в прожилках дождя и слёз.
чёртов автобус!
только бы он довёз
до конечной точки
душу мою.
к тебе,
лёвка плюшевый...
и всё-таки -
не люблю...

(с)

Тонко.
Внутрь стекла синего
Пробиться пульсом.
Ворваться в тебя,
Вторгнуться,
Развернуться внутри шаром
Обоюдоострых кинжалов
Губ твоих коралловых...
Врала мне.
Приносила сны на подносе,
Прикуривала от свечи,
Ночью писала
На стихи доносы...
Молчи!
Твой голос – гадюка.
Безопасен на вид,
В ушной раковине
Кольцом туго
Свернулся. Спит.
Ждет дыма моих
Вос – поминаний.
Сожрёт под ноль
Флаги тела твоего –
Тонкие шрамики с пометкой
"лю-боль"...

Выпила меня.
В колбу, в бутылку легла,
На рУки поставила:
"пересыпай песок вниз!"

Обезглавила
тонко – пульсом:
де-воч-ка
вне-пра-ви-ла-иг-ра-ла-в-жизнь...

(с)

Мнительная. Язвительная. Кокаиновая твоя кукла.
В платьице с кружевами и бантом синим.
Хочешь - разбей мой фарфор, назови меня дурой.
А хочешь - попробуй быть со мной агрессивным...

Говорят, мне сейчас очень многое можно делать, –
Рвать цветы на газонах, прохожим грубить утром...
Только мне кажется, что ты не любишь меня смелой,
А любишь послушной тихой кокаиновой куклой.

Говорят, меня можно споить как водкой – кофе:
Такой же эффект – смеюсь, дурачусь, шатаюсь.
Только ты любишь, чтобы я спокойна и в профиль
С тобою рядом. Ну что ж, раз тебе я нравлюсь

В кружевных чулках – учусь носить кружевное.
Учусь не ругаться матом. Учусь не злиться.
Твоя милая кукла. Спокойная, как покойник.
Если меня поднять - я устою и на спице,

И на тонкой леске... Можешь сдавать в аренду
Мой звенящий голос – пускай он охрипнет дымом...
Мнительная. Язвительная. Я слишком вредная
Для тебя...
А ты всё никак не пройдешь мимо...

(с)

я рисую тебя на троллейбусных окнах
странного города, который снится.
солнце сбилось с курса... насквозь промокшая,
сижу на ладони стеклянной птицей.

всё решаю, как мне запараллелиться
с твоими глазами цвета кофе.
только что-то опять ни во что не верится...
кошу взгляд в теневой свой профиль.

вижу серую-серую тень... ни намека на солнце...
я не знаю, зачем всё стеклянное бьется
так легко - как вонзается в лёгкие сырость...
хотела не-грустно - но видишь - случилось..

на последнем выдохе зайдясь кашлем,
случайно падаю за грань сказки...
вот такая, выходит, история страшная
у наивной феи в чужой маске...

(с)

сбиваясь с курса? тянусь ногтями к прозрачной коже,
ломаю плечи, впиваюсь взглядом неосторожным
в твою двуликость, в твое уменье стремиться к небу.
срываюсь криком, пытаюсь что-то с собою сделать.

леплю из глины совместных сказок холодный вечер,
тяну на кожу одну из масок - авось, залечит
былые шрамы - в них мало шарма - рубцы да мясо.
А люди любят, когда в них смотрят лишь небоглазо.

делюсь на двОе - хоть кто-то должен спастись из боя
мне стало странно жить не собою - не быть с тобою.
прозрачно сыплюсь, как бисер в воду - в твои запястья,

Стеклянный ангел... Возьми за крылья, разбей - на счастье!

(с)

Хочется как раньше - когда запиралась в ванной, по-детски,
а мама долго стояла под дверью и что-то ласковое шептала...
Или можно чуть старше - когда лицо своё делала фреской
и прятала каждую из солёных слезинок под пуховое одеяло.

Хочется. И чтобы жалел, чтоб баюкал руками, не зная, что делать...
И чтобы тушь по щекам в две дорожки: чёрным на белом.
Чтобы поил чаем на кухне и придумывал сказки про ветреный город.
И кутал бы в плед, потому что знобило бы долго от холода...

Хочется горько, взахлёб, с криком и... Хочется рядом.
Но не получится - давлюсь слезами, глотаю комки в горле, пью валериану.
Голову - под шепотливую воду, бегущую из-под крана в ванной...
И - до бесчувствия холодно... притворяюсь для тебя нелюбимой наядой.
И хочется плакать...

(с)

Я играю в Алису. Я еду над зеркалом льда
по железной дороге. И нитками рельс намечаю
свой запутанный путь из "откуда" в "уже-никогда",
растворяя улыбку в песочно заваренном чае.

Я хожу на балкон и считаю ворон из окна,
собираю пластинки и слушаю блюзовость ночи.
В пальцах чёлку кручу – я пытаюсь себя обкорнать.
И ресницы – короче. Сегодня – на выдох короче.

Самый светлый виток – рассыпается бусинок нить
по паркетному полу. И катится время под книжный
чуть потрёпанный шкаф. Снежно-белая звёздная сыпь
проступает на веках. Играю почти неподвижно,

затаившись в луне, как в изысканно мягком пальто
с васильковой подкладкой и тонкой потертою кожей.

Я играю в Алису, как раньше играла в лото:
С затаённым восторгом, взахлёб, чутко, нежно, тревожно.

(с)

...Есть остров благостью Отца,
Где мне не надо бубенца,
Где чёрный пух
Вдоль каждой изгороди. Да.
Есть в мире чёрные стада.
Другой пастух.

Марина Цветаева


нагадали, что, если брошу карты на стол, и выпадет треф -
я стану женой... одной из любимейших твоих королев.
но выпали - буби, и теперь меня можно ставить за дверь
и назначать самой безумной из прошлых потерь.

игрой в бури сухой песок отряхнув с колен,
ты считаешь буквы на черном шёлке обоев стен,
и лепишь клоунов из хлебных мякишей и сырой муки,
и если мы встретимся - я рискну тебе не подать руки.

знаешь, когда воздух выходит из легких и входит в мозг,
коже кажется, будто это снова авитаминоз.
а потом, покрываясь сыпью любви и прячась в душ,
я её уверяю, что ты мне уже давно - незаконный муж.

не спать с тобою - запах тела щекочет ноздри и через сто
прожитых лет... По привычке, за стандартной игрой слов
говорю: "спасибо, Господи, подожди меня немного повыше, там
где за облаком прячется любого зрачка пустота."

И Господь ждёт меня, как любую овцу из черных стад.

И еще через двести лет я рискну - и вернусь назад.
И пойду под дождём, чтоб отмыться до белой кости...

(но даже белая кость моя не сможет тебя найти)

(с)

Не приеду... Сжигаю нам мостики, ломаю лесенки...
Говорят, что от неразделённой все эти песенки.
Скажи мне, лёвушка... чего же опять так невесело
за окошко смотреть, где сушиться мы звезды развесили?
Над твоим подоконником небо чуть ярче и угольней.
Непобеда... Сыграла вечерне в театрике кукольном
псевдо-тихую роль на потеху любезнейшей публике,
а на свой гонорар накупила баранок и бубликов -
раздавала на площади - сирым, да бедным, да каликам
перехожим... Зачем? Всё потому, что я маленькая
по сравнению с ними - душой... Что-то снова зашкалило
мой барометр жизни... Опять небо в звёздных проталинах
над твоими глазами. Увидеть бы в них тень от месяца...
Не приеду. Построй между нами и мостик, и лесенку...
Под моим подоконником стылое травное месиво,
я сегодня зачем-то тебе эти звезды развесила
по небесному шёлку в завитушках молчания
- и приснилась тебе совершенно случайно.
Да сны вот сегодня не в руку -
больно пальцы ломкие... Значит, к разлуке?..

(с)

Отчего Коломбине больно?
У Пьеро нынче стальное сердце.
(Сделать бы ночью из сердца печку – чтобы погреться...
Подкинуть туда связку книжек -
Кажется, это высшая
Математика...
Ну, тогда проверить на практике, -
Как горят логарифмы с синусоидой сердца вперемешку
Во тьме кромешной –
Огонь сердечный не дает света...)
Коломбина раздета,
Стоит на подоконнике,
Рядом её любимые восемь слоников
(не верьте, что счастье приносят семеро –
восемь. Только восемь. Проверено).
Стоит - и про себя делает выбор:
впустить в себя солнце либо...

дальше обрыв листа

(и пустота
в кривых ладонях моста,
вылитых из сердца того самого Пьеро,
который вчера зачем-то улыбнулся Коломбине в метро)

(с)

"Мне всё фиолетово - но по-разному"

Near


Выпью с утра молока -
лучше коровьего,
потому что глаза у меня
как у теленка.
Ляжет на горло рука -
странное с кровью.
Душа уставшей женщины,
а тело - ребенка.

Уже не хочу вешаться,
стреляться тоже.
А верить в светлое -
Пустые затраты времени.
Просто хожу до дрожи
ожогом по коже,
пульсируя точкой жизни
в районе темени.

Девочка, говорят,
что у одиночества
нынче один цвет:
последний из радуги.
А мне теперь совсем
ничего не хочется,
Фибры моей души
скатаны в валики,

которыми красят стены
твоей странной кухни
в фиолетовый.
А он
всё так же тебе -
по-разному.
Вот поверишь глазам теленка
и мир рухнет!

Пойду, попью молока...
фиолетово -грязного.

(с)

я решила тебя не любить, потому что устала...

память - липкая штука. под шелком дождя в покрывало
спрятан шаг пустоты. я не рвусь - от молчания тошно,
висну паузой дня и по крышам десантною кошкой
вдоль весны и луны - леденцы облаков обрываю.

сероокие птицы к утру собираются в стаи
и скользят по ветрам, а мне снизу не видно полёта.
я десантною кошкой по крышам, увязнув в заботах,
пробираюсь к окну, где твои отраженья двулики.
я безмолвно кричу - и срываю свой голос от крика,
и царапаю пальцами аистов с синих обоев,
и вишу у окна где твои отражения солью
проступают в стекле. А потом, навсегда распростившись
с каждым - слишком любимым - обратно, десантною мышью
пробираюсь и сплю до весны, где луна леденцова.

Но весной я десантною кошкой крадусь к тебе снова.

(с)

...одинаковый день. Одинокий. И знаковый.
изнанковый... ты пишешь, что плохо...
я долго смотрю в экран - ищу отправную точку.
капает кран и квартира оглохла. Медноязыкий
после пяти сигарет, щурюсь как кот на свет...
пытаюсь создать пару... параллельных миров, где ты
и я в параллельном районе... доме... квартире...
и можно гулять до темноты, а совместно связанный
шарф из слов согреет в минус двадцать четыре...
А так – как в тире... есть пистолет, но патронов нет,
а где-то над крышей большие квазары
греют хорошие эти миры, где улицы к нашим
прогулкам добры ( в попытке создать пару...)
...ты пишешь, что плохо... одинаковым днём...
но в нём ведь и я, и сомнения в нём, и много ещё народу...
и снегу в этом году намело, но за пазухой – там ведь
всегда тепло, и, как бы наискосок не легло, тепло
в любую погоду...

(с)

Медленно рвать длинно-злыми и вдоль – полосками...
Остывать на столе зайцами солнечно-плоскими...
Прилипать к локтю крупинками сахарно-колкими...
Письма острые, ёжась, зарифмовать с осколками...
Горлом чувствовать колкость всё-время-тебя-потребности...
Ты поймёшь. Тебяощущение. Вот-что-хочешь-со-мной-теперь-делайности...

(с)

Расскажи мне – чем болеешь сегодня днём?
В тёплой прозрачности пальцев глаза купая,
выгораешь ржавчиной в силуэт за глухим окном...
Истекаешь построчно, неровности грех искупая...
Как болеешь востоком в каждого утра синь,
заплетая взглядом горький дым сигарет?
Как за пазуху шепчешь: "Только попробуй остынь!",
но ожоги в груди никогда не увидят свет...
Кто тебя лечит кофейным сумраком в ночь
под балконные откровения чётче жить?
Поцелуи ветер с губ обдирает в клочья...
Ты бы выгнала душу под дождь, чтобы забыть?..
Расскажи мне, как это больно, – жечь пустоту?
О края отточенных дней изрезанной кожей
в девять жизней своих врастая, ты ищешь ту
половину мира, так на тебя не похожую...
SMS-ка как маленький голубь в моё окно...
Ты гоняешь их, сидя на крыше своей тоски...
Рассыпаются пазлы на "сейчас" и "давно"...
Но всё так же окно не дождётся твоей руки...

(с)

Я прикладываю руку к стеклу -
продавить темноту до хруста...
В глубине слоёв хороня соль твоих слов –
напоминаю себе капусту...
Сегодня вечером полон тобой до краёв...

Сон течёт от кончиков пальцев в ладонь...
Ну хоть так говорить с тобой...
Рифмовать на стекле холодный огонь...
Фонари над лесом –
твоим мотылькам маяки.
Знаю, где-то там
ждёт окно тепла и желанья
твоей руки...

(с)