Прекращением процесса или его запрещением,
понять суть самогО процесса невозможно;
лишь двигаясь вместе с его течением,
его ты изнутри познАешь осторожно.

Людям не всегда порой везёт,
все об этом абсолютно знают.
Если нас депрессия грызёт,
то её все люди избегают.

Это избавление подчас
у людей по всякому бывает:
кто-то вдруг даёт кому-то в глаз,
кто-то водкой горе заливает.

Кто-то лезет к бабам, как кобель,
забывая о семье при этом -
с крокодилом ляжет он в постель
и сживает сам себя со света.

Напрямую говорю я тут:
видно, это всё для Вас знакомо;
это всё "фрустацией" зовут,
а по-русски, стало быть, "обломом".

Это тяжко, что ни говори,
видно, это всё закон природы:
выхода имеем только три
из любой беды или невзгоды.

Первый - это в харю получить,
он самоагрессией зовётся,
любят также пить или курить,
но болезнь при этом разовьётся.

Безусловно, выход есть второй.
Первому он противоположен,
но для агрессивного порой
без тюрьмы он просто невозможен.

Выход третий явно говорит:
сексуальность надо бы повысить;
подловить при этом можно СПИД,
и не надо здесь особо мыслить.

Если неохота в петлю лезть,
и не быть при этом, как собаки,
говорю, что надо делать здесь,
если без разврата и без драки.

О беде нам надо забывать,
но людей нам бить не надо вовсе,
если агрессивность проявлять
иногда нам в каратэ иль боксе.

Если Вы, однако, не спортсмен,
но с бедою справиться хотите,
и добиться самому с ней перемен,
то дрова на даче поколите.

И не издевайтесь над собой,
и не захлебнитесь водкой сдуру;
будет Вам советовать любой
развивать свою мускулатуру.

Если от вреда бежать хотим,
надо нам немедленно собраться,
с другом, но возможно и одним,
взять и по аллеям пробежаться.

Если будем бегать круглый день,
вряд ли мы дотянем до дивана.
Если пробежимся, как олень -
вряд ли будем резать вены спьяну.

А по бабам надо ли ходить,
словно дармоеды-недоноски,
если модный галстук нам купить
или сделать модную причёску?

Видите: и горе - не беда
и, запомнив это наставленье,
выход в жизни мы найдём всегда,
если поменяем направленье.