Никогда не верил в "вещие сны", но сегодня пришёл ко мне двоюродный брат Артур Молодцов (он старше меня на 10 лет) - бывший полковник разведки ВМФ, из так называемой "Пиранья". Пришёл в форме, со всеми боевыми наградами (хотя никогда их не надевал).
-"Ты как здесь оказался?" - спрашиваю.
-"Да вот, пришёл попрощаться," - отвечает.
-"Подожди," говорю,- "а как тебе визу дали, ты же в разведке служил?"
-"А я," - говорит- "без визы, разведчик, всё-таки. Хотел посмотреть на твоё житьё-бытьё, да заодно приветы от тебя передать кому скажешь."
- "Кому приветы?" - я же со всеми по СКЕЙПУ или по Месенджеру связываюсь.
И в это время, появляется дядька мой (брат моей матери, которому я ещё в 1963 году заявил, что если появится в нашем доме, то скину его с балкона, гниду КГБешную)- бывший начштаба Войск Погранохраны СССР г-лейтенант И.В.Румянцев и тоже при всех регалиях и говорит: -"Давай заканчивай, Артур, должен проводить тебя, да своими делами заниматься."
И только тут до меня дошло, что это сон. Проснулся, смотрю на часы - 04.21.
Приснится же всякая лабуда, думаю.
Но утром, когда в 7.30 встал, что-то защемило и решил позвонить в Ригу.
Трубку подняла племянница Татьяна (младше меня ровно на 16 лет и три минуты - тоже 16.05 родилась, только в 1960-м). Прошу позвать отца, а она мне отвечает, что он сегодня ночью умер.
-"В 4 часа 20 минут?" - спрашиваю.
-"Да!" - говорит, -"а откуда Вы знаете?"
-"Дело в том, что в это время он заходил ко мне попрощаться", отвечаю.
И слышу, что у неё началась истерика, больше говорить она не могла.
Не знаю, что это было, но недели три назад мне приснился ещё один сон:

После того как вся страна была обнесена Великой Российской стеной, жить на Руси снова стало легко и просто. Россияне, быстро отошедшие от потрясений, вызванных многолетними вынужденными контактами с внешним миром, радостно возвращались к привычному образу жизни. Правда, те ничтожные три процента российских граждан, которые уже привыкли было ездить туристами за границу, поначалу испытывали некоторые неудобства, но и они очень быстро привыкли воспринимать название таиландского курорта "Пхукет" всего лишь как разновидность отечественного бранного слова.
Короче говоря, если не считать горстки вечно недовольных родиной отщепенцев-диссидентов, возвращению к отечественным ценностям были рады практически все россияне. И прежде всего потому, что жизнь за Великой Российской стеной отвечала их традиционному стремлению максимально упростить свое существование.
Сразу была найдена национальная идея, о необходимости которой столь долго и упорно твердили в президентской администрации. Идея подкупала тем, что была доступна восприятию любого россиянина, отвечала его многовековым чаяниям и органически вытекала из новой ситуации в России.
Формулировалась она просто: "Жила бы стена родная, и нету других забот".
И это было святой правдой, поскольку благодаря стене сбылась выраженная уже в самом начале 2006 года мечта большинства россиян иметь в стране не больше одной политической партии, а то и просто обойтись народным вождем.
Действительно, в стране, объединенной Великой Российской стеной, стало
бессмысленным держать какую-либо другую партию, кроме партии с судьбоносным названием "Единая Россия". Поэтому парламентские выборы в России снова превратились во всенародный праздник.
В повседневной жизни россияне больше не гонялись за длинным долларом, а стали ездить по родной стране за туманом и за запахом тайги, которых не найти ни на одной чужбине типа Соединенных Штатов, Канарских островов или той же Антальи, даже если там обещают обслужить по тарифу "все включено".
Жить становилось лучше, жить становилось веселее. На своих кухнях счастливые россияне добродушным шепотком восхищались мудрой предусмотрительностью российского президента, загодя отремонтировавшего для себя по первому классу старенькую, но такую родную "Волгу" 21-й модели.
-"Патрио-о-от, – уважительно шептали они друг другу на ухо, – истинный почвенник. Ведь как в воду глядел…". Сами они, разумеется, продолжали ездить на "Мерседесах", "Лексусах", "Бентли" и "Мазерати" – кто запрягал цугом, кто – четверней, а кто позволял себе выезд и в шесть лошадей. Но втайне все отчаянно завидовали владельцам "Жигулей", которые могла протащить по отечественному бездорожью любая крестьянская лошаденка.
Если это и было социальное неравенство, то наше, исконное – необидное и патриархальное. А полное отсутствие политических страстей, споров, расколов, интриг делало существование россиян за Великой Российской стеной совершенно безмятежным.
Увы, эта идиллия длилась недолго. Вот уж поистине недаром говорят, что наши недостатки суть продолжение наших достоинств. А началось с того, что некоторые, чуть более самобытно настроенные члены руководства "Единой России"
выступили с инициативой отказаться от использования вилок и полностью перейти на употребление пищи ложками. По их словам, это более соответствовало национальной идентичности. "Вспомните, что говорит народная пословица," – призывали они. – "Щи да каша – пища наша". Но разве станет истинно русский
человек есть вилкой щи или кашу? Вилки к нам извне были завезены, с Запада, который уже тогда нам свои ценности навязывал".
В свою очередь сторонники вилок, не оспаривая полезности ложек, возражали в том смысле, что вилка является исконно русским инструментом. "Чем русский мужик стога метал? Вилами," – говорили они. – "А на что он супостатов поднимал? На те же вилы! Как же можно говорить, что вилка нерусское изобретение?"
На это их оппоненты, быстро создавшие в Государственной думе фракцию ложечников, отвечали, что вилами мужики и навоз гребли. И, разумеется, не без подсказки РПЦ, напоминали, что грешников в аду черти на вилы насаживают. Так что вилка, указывали они, тем более бесовский инструмент.
Под тяжестью этих аргументов общественное мнение стало постепенно склоняться в пользу ложечников, и фракция вилочников была уже готова сдать свои позиции и перейти на еду ложками, как вдруг случилось непоправимое.
Оказывается, в процессе этих споров внутри фракции ложечников сформировалась секта радикалов-фанатиков, которые потребовали отказаться не только от вилок, но и от железных ложек, утверждая, что на Руси ложки могут быть только деревянными. "Речь идет не просто о еде, а о выживании национальной культуры!" – кричали сектанты. – "Разве вы видели ансамбль ложечников, играющих на металлических ложках? А разве могли бы хохломские художники превращать железные ложки в живописные шедевры? Только дерево, дерево, а не металл, не пластмасса и прочие суррогаты могут спасти Россию!"
Все это грозило вылиться в политический кризис. "Единая Россия", а вместе с ней и вся страна были на грани раскола. Попытка Кремля погасить страсти, предложив антагонистам стратегический компромисс в виде китайских деревянных
палочек, лишь еще больше распалила и тех, и других. Над Россией снова навис призрак гражданской войны.
Положение в конечном итоге спас российский министр обороны, который вовремя обратил внимание на то, что под шумок общенациональной дискуссии на просторах страны плодятся в геометрической прогрессии ансамбли ложечников, состоящие исключительно из молодых людей призывного возраста. Разумеется, все они объясняли свое стремление услаждать слух соотечественников игрой на ложках исключительно патриотическим порывом. Однако на самом деле их соблазняла
отсрочка от призыва, которая полагалась молодым музыкальным дарованиям.
В этой ситуации боеспособность российской армии приближалась к нулю. Поэтому ложечники-радикалы были объявлены агентами внешнего мира, а остальным участникам вредительской дискуссии просто велели заткнуться.

И «Единая Россия» снова стала единой.


"Да здравствует Народная джамахерия"

P.S. Хотя по правде - это масло масленое, т.к. "Джамахерия" в переводе и есть - "Народная власть" Ну да жить-то стало лучше и масло стало ещё масленее.

Не дай, Бог, и этому сну сбыться!