.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

ГИМН ДЕРЕВЬЯМ


В Старой Англии, как нигде,
Зеленый лес прекрасен,
Но всех пышней и для нас родней
Терновник, Дуб и Ясень.
Терновник, Ясень и Дуб воспой
(День Иванов светел и ясен),
От всей души прославить спеши
Дуб, Терновник и Ясень.

Могучий тис ветвями повис --
Лучше всех эти ветки для лука.
Из ольхи башмаки выходят легки,
И круглые чаши -- из бука.
Но подметки протрешь, но вино разольешь,
Хоть твой лук был в бою ненапрасен.
И вернешься опять сюда воспевать
Дуб, Терновник и Ясень.

Вяз, коварный злодей, не любит людей;
Он ветров и бурь поджидает,
Чтобы ради утех сучья сбросить на тех,
Кто тени его доверяет.
Но путник любой, искушенный судьбой,
Знает, где его сон безопасен,
И, прервав дальний путь, ляжет он отдохнуть
Под Терновник, Дуб или Ясень...

Нет, попу не надо об этом знать,
Он ведь это грехом назовет, --
Мы всю ночь бродили по лесу опять,
Чтобы вызвать лета приход.
И теперь мы новость вам принесли:
Урожай будет нынче прекрасен,
Осветило ведь солнце с южной земли
И Дуб, и Терновник, и Ясень.

Терновник, Ясень и Дуб воспой
(День Иванов светел и ясен)!
До последних дней пусть цветут пышней
Дуб, Терновник и Ясень.

Когда они очнулись, они подходили к нижним воротам, прислонившись к
которым, стоял их отец.
-- Ну как прошла пьеса? -- спросил он.
-- О, замечательно, -- ответил Дан. -- Только потом мы, кажется,
уснули. Было очень жарко и тихо. Ты помнишь, Юна?
Юна покачала головой и не ответила.
-- Понятно, -- сказал отец. -- Но почему ты жуешь какие-то листья,
доченька? Просто так?
-- Нет, это зачем-то было надо, но я точно не помню.
И никто из них не мог ничего вспомнить, пока...

.

.

.

.

.

Хз... Может, кого пробьет для общего развития ознакомиться с произведением Киплинга, которое сейчас, наверное бы назвали фентези:)

"СКАЗКИ СТАРОЙ АНГЛИИ" РЕДЬЯРД КИПЛИНГ

МЕЧ ВИЛАНДА
На лужайке, которую Дан и Юна избрали для своего театра, они
разыгрывали перед тремя коровами сценки из комедии Шекспира "Сон в летнюю
ночь". Из большой пьесы отец выбрал для них лишь несколько сценок, - и
дети вместе с мамой разучивали их, пока не выучили наизусть. Начали с
того, как ткач Ник Основа , с ослиной головой на плечах, выходит из
кустов и находит спящую Титанию, королеву фей. Затем они перескочили к
моменту, когда Основа просит трех маленьких фей почесать ему голову и
принести меду, а кончили, когда Ник заснул на руках Титании. Дан изображал
и Пака, и Основу, и всех трех фей. Когда он был Паком, он надевал шапочку
с торчащими ушами, а когда Основой -- бумажную ослиную голову, которые
выскакивают из рождественских хлопушек, -- знайте, они легко рвутся, если
с ними небрежно обращаться. Юна, в венке из полевых цветов и с волшебной
палочкой, сделанной из стебля наперстянки, играла Титанию.
Лужайка, где находился театр, называлась Лонг Слип, или Длинная Коса,
потому что с двух сторон ее огибал маленький ручеек. Пробегая дальше через
два или три поля, ручеек вращал колесо мельницы. В самом центре этой
излучины потемневшая трава образовывала большое, старое, волшебное Кольцо, оно и служило сценой. В зарослях орешника, ивы и калины, росших
вдоль ручья, было очень удобно ожидать своего выхода на "сцену". Взрослые,
бывавшие тут, говорили, что сам Шекспир не мог бы найти более подходящей
обстановки для своей пьесы. Детям, конечно же, не разрешили устраивать
представление в саму ночь на Иванов день, и они, захватив с собой ужин --
сваренные вкрутую яйца, соль, сдобные булочки, -- отправились туда сразу
после обеда, когда тени начали расти. Трех коров недавно подоили, и теперь
они спокойно паслись, пощипывая траву, да так, что треск стоял на всю
поляну, а работающая вдали мельница стучала, словно босые пятки по твердой
земле. Сидевшая на воротах кукушка, по-июньски сбиваясь, пела свое "ку-ку,
ку-кук-к", а пегий зимородок с деловым видом перебирался через лужайку к
ручейку. Больше ничто не нарушало тягучий, сонный покой, пахнущий
медуницей и высохшей травой.Читать далее...

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

И снова здрасьте=)

Древний украинский памятник «Слово о полке Игореве» и другие летописи упоминают украинский город-крепость Рим/Римов, который с давних времен стоит на месте впадения реки Ромен (Romen) в реку Сулу (Sula).

(Слово sula в переводе с языка ариев — санскрита — означает «вода, река» и со временем переходит в том же значении в словари латинского языка).

Нынче — это город Ромен (Ромны), расположенный на Сумщине, реки — те же: Ромен и Сула.

Старожилы Варвинского, Лохвицкого, Роменского районов (соответственно Черниговская, Полтавская, Сумская области) свидетельствуют, что эта местность до сих пор «по непонятным причинам» называется Римом или Римовой дорогой. И принадлежит этот Рим Мармизовскому сельсовету Варвинского района.

Рассказывают также, что в 50-х годах прошлого века около черниговского с. Брагинцы разрабатывали торфяники, и там находили римские монеты и деревянные конструкции, похожие на причалы для кораблей...

В 80-х годах через Мармизовский Рим нефтяники прокладывали трубу, а накануне производили какие-то археологические раскопки «робленои», как говорят местные жители, могилы. Вообще вокруг г. Варвы, с. Брагинцы и других сохранились многочисленные курганы, которых на начало XX века насчитывалось более 80: часть из них — погребения, а часть — сторожевые...

P.S. от меня: Спецально проконсультачился. Людей-то,которые на этих торфяниках работали, еще много осталось...Действительно,говорят, при разработке торфяников находили римские монеты и остатки древяных причалов. (старые люди говорят, река там судоходная раньше была,точнее даже реки). Про римскую дорогу ничего не узнал. Завтра поеду на "бАтьківщину" и попарю,может, кого еще.
А курганов действительно дохерища!... Жаль только, что государство их сейчас не охраняет...Скоро они благодаря фермерам вообще не будут заметны...жаль...

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

.

«Реальность данного мира, созданная волей Всевышнего, прекрасна всегда, а неприглядной или уродливой ее делает лишь призма нашего взгляда. Чем незамутненней взор, тем красивее мир. Видимо, поэтому дети улыбаются чаще взрослых.»
****
«Человек – лишь малая песчинка в огромной пустыне Вселенной, но его душа – огромное поле битвы, где зло и добро ежечасно сходятся в жестком поединке. Не так важно, каким именем ты называешь Бога, главное, ни под какой личиной не служить Сатане! Здесь нет среднего пути, как и невозможно постоять в сторонке, наблюдая битву с высоты. Нельзя примкнуть к победителю, сделать ставки, вовремя переметнуться на другую сторону. И, самое обидное, в космическом плане исход битвы давно предрешён, даже если человек этого ещё не понимает...»

«Что нужно Господу? Нужно ли ему добро или выбор добра? Быть может, человек, выбравший зло, в чем-то лучше человека доброго, но доброго не по своему выбору?»
Энтони Берджесс