Часть 2

Брайт – принц из «технического» мира. Из магии – может где угодно за какие-то секунды вырастить розы. Золотые волосы ниже плеч, синие глаза, на вид 25.
(Списано с того самого «светлого воспоминания детства»). :)

Синий взгляд стал задумчивым лишь на пару секунд. Император поднялся с трона, оглядывая толпу. Улыбнулся. Ему не нужны поверженные рабы. Уверенный жест. Смерть.
Лезвие меча отбросило солнечного зайчика императору в глаза. Рыжий секунду стоял над проигравшими, потом молча швырнул клинок – лезвие до половины вонзилось в каменную ступень перед троном – и ушел с арены.
Даже сейчас Колизей хранил молчание. Толпа не решалась освистать его.
Император вздохнул, но яркая улыбка так и не исчезла с его лица. Подошел к мечу. Коснулся рукояти. Искренне рассмеялся.
Потом приказ подошедшей страже:
- Львов на арену…. Оставьте там все как сейчас. Бессмертного ко мне.
Он вернулся к трону. Оглядел Арену, сел, решив дождаться окончания зрелища.

***
Бессмертный фыркнул, отбросив волосы с лица. Странно глянул на стражника – тот шарахнулся, гладиатор хрипло рассмеялся. Получил по лицу, закусил губу, сдерживая готовую хлынуть горлом кровь. Звякнул цепями.
Его растянули на стене, приковав за запястья и щиколотки. Волосы растрепались. На мрамор стекали красные капли. И только зеленые, ядовито-зеленые глаза продолжали гореть от ярости и веселья.
Император подошел совсем близко. Раб был изранен. Видимо сопротивлялся.
Брайт жестом отпустил стражу.
Заглянул в изумрудные глаза. Спросил тихо:
- Почему?
Промельк улыбки. Дерзкой, насмешливой. Короткий издевательский смех.
- Есть предположения? – почти ехидно.
Тихий вздох. Смех. Еще один беглый взгляд. На пол стекала почти чистая кровь.
Он подозвал слуг, приказывая вытереть гладиатора, перевязать раны.
Потом они опять остались одни.
Шутливо, кажется, дружелюбно:
- Неужели ты так хотел умереть?
- Нет, это ты меня так достал, - с тем же ехидством. – Что, не похоже?
Напряг мускулы, проверяя прочность оков. Цепи только мелодично звякнули... Бесполезно.
Все тот же тихий смех. Как там, на арене.
- Вот как? И чем же?
Он налил немного вина себе. Сделал несколько глотков. Улыбнулся. Налил ещё один кубок и поднес его к губам раба.
- Выпей.
Насмешливый взгляд. Мотнуть головой – кубок выбивает из рук, вино расплескивается, попав частично на гладиатора. Жжет раны – но рыжеволосый улыбается. Почти по-доброму.
- Я как-нибудь потерплю...
Тихий вздох, слегка укоризненный взгляд при виде пятен на белой тунике.
- Зачем тебе это, воин?
Вдруг выпрямляется, прижимается спиной к стене. Закрывает на мгновение глаза. Лицо теряет всякое выражение. Потом - улыбка.
- Меня утомляет наша беседа... – тихо и ровно, но все равно получается язвительно.
- За что же ты так ненавидишь меня?
Смотрит насмешливо и молчит. Ну, извините, император... Шоу приватных бесед закончилось.
В улыбке промелькнула усталость. Император коснулся кончиками пальцев окровавленной ткани. Покачал головой.
– Ты так силен… Твои раны…
В синем взгляде сквозило странное сожаление. Император тихо вздохнул.
Плети, камера пыток? Бессмысленно…
Этот воин все ещё держится на ногах. Упрямство.
- Ведь ты мог бы быть уже свободен.
Тихое фырканье, едва заметное пожатие плеч. В глазах – полупрезрительное удивление. «Если бы да кабы...». Смех. Чистый и звонкий.
Снова чуть слышно гремят цепи. Кожа невольно дергается от прикосновения пальцев. Цепи затянуты на максимум – не пошевелиться, не отстраниться ни на дюйм. Это здорово... Алекс улыбается и беззаботно смеется, вытирая все еще стекающую с уголка губ кровь о плечо.
Император несколько секунд смотрит ему в глаза. Собственный взгляд безмятежен, светел, только где-то под ресницами прячется грусть.
Кусок белоснежной ткани в пальцах, убирая кровь с плеча и уголка губ.
Тихо, немного устало, как бы «про себя»:
- Твой вызов… красиво. И ты красивый. Прости… Я тоже устал. Давай. Делай что захочешь.
В последних словах горечь.
Тихий звенящий смех.
Потом золотоволосый снимает кандалы с нога, рука непокорного раба.
Смотрит спокойно, немного откинув назад голову.
Все равно…
Алекс размышляет лишь секунду – алая лента, оторванная от одежды, перечеркивает императору горло. И затягивается медленно, плавно... Взгляд в глаза – почти с жалостью.
В синих глазах ни удивления, ни страха. Они только потухли.
Император отбрасывает от себя руки, удерживает их.
- Зачем? - тихий голос без тени злости.
Спокойный насмешливый взгляд в ответ.
.Рыжий резко вырывает руки – на запястьях останутся синяки. Улыбается.
- Так... – тихо, тепло.
Оглядеться... Окна, двери... Окна. Пойти к окну.
Император стоит, опустив голову.
- Подожди… Ты уйдешь отсюда свободным.
- Я и так свободен... – снова насмешливо.
Шаг назад. Пальцы вдоль синих отметин на горле.
- Прости, - тихо.
Брайт поднял взгляд.
- Ничего, - та же светлая улыбка, вздох, - ты делал… наверное… все правильно… Поужинай со мной, отдохни. Утром уйдешь. Тебя никто не будет пытаться убить или удержать. Я обещаю.
Твердый спокойный взгляд.
- Я не голоден... – мягко.
- Да. Конечно, - император подошел к ложу, устало сел на край. – Успокойся. Выпей со мной.
Он опять налил себе вина. Ещё один кубок Бессмертному.
- Ты никогда не признался бы в этом… Но… Ты устал… И тебе больно… Отдохни. Нужно сделать другие повязки.
Гладиатор низко рассмеялся.
Спокойно сел на пол, скрестив ноги, и забрал кубок с вином.
- Не нужно перевязки. Но вино я выпью... Благодарю.
- Хорошо, - теплая, дружеская улыбка. – Как хочешь. Скажи мне все же, зачем ты бросил там этот вызов? И… почему не убил сразу?
- Неинтересно. Да и потом... Меня убила бы твоя стража, - хладнокровно.
- Да. И в правду… - усмешка. Он откинулся назад на ложе, опираясь на руки. Поймал взгляд Бессмертного. – Скажи… я, верно, покажусь тебе глупцом…. Если я предложу тебе место среди моей личной охраны… ты согласишься?
- Личной охраны? – смешок.
Потом голос становится серьезным. Алекс рассеяно теребит прядь своих волос.
- Мне все равно. Предложишь хорошую цену – могу согласиться... – тихо. – Если ты именно это хочешь получить.
Тихий смех.
- Предложу. Может быть… я и хотел бы чего-то ещё. Ты… - опущенные ресницы, легкий румянец на щеках. Глоток вина, и пальцы невольно касаются темной полосы на шее. – Ты нравишься мне. Красивый… сильный… гордый… Но… не думаю, что настолько изменилось твое отношение ко мне.
В голосе прозвучала горечь, но глаза остались спокойными.
- Забавно... слышать подобное... от... – гладиатор улегся на полу, опираясь на локоть.
Рассмеялся звонко.
- Ну, не все так просто... – интонации были флиртующие.
Брайт легко встал с ложа, опустился рядом с лежащим гладиатором на одно колено. Насмешливый теплый взгляд.
- Хочешь сказать, у меня есть шанс? Или… после этого… ещё подумаешь насчет службы?
- Шанс? – ленивый взгляд в глаза. Улыбка как у Чеширского кота. – Кто знает...
Император с тихим смехом опустился на пол, совсем близко, лег в той же позе - неудобно, непривычно, но выглядит легко и непринужденно.
- Вероятно, только ты.
- Нда?.. – тихий шепот с легким оттенком желания. Потом более серьезно. – Ладно, все это очень мило и вообще... Но мне действительно, кажется, пора, - движение, чтобы подняться.
Взгляд… немножко грусти, немножко насмешки, немножко отчаянья… на секунду скрыли длинные ресницы. Когда их завеса исчезла, в глазах все это можно было разглядеть, лишь проникнув за дымку золотистого тепла.
«Не хочу… Пусть он живет. Пусть останется Бессмертным».
Тихий теплый смех, яркая улыбка.
Император оказывается на коленях рядом с воином.
- Ну вот! Теперь у тебя точно будет повод меня убить…
Мягкий поцелуй.

Ответить на поцелуй. Сияние в глазах. Долгое непристойное движение языка. Медленно отстраниться... Потом швырнуть – именно швырнуть, нарочито и картинно – на ложе навзничь.
- И кстати... огромное спасибо, что все же не убил меня, - полунасмешливо.
Выпрямился. Медленно растер запястья. Сдержал кашель – холод терзал все это время. Холод и жар... Алекс простыл. На секунду закрыл глаза, восстанавливая контроль над телом. Убирая все лишнее и постороннее. Привыкая к зудению новых ран и открывшимся старым.
- Убить тебя?.. Ты не понимаешь… Ты слишком сильный. Слишком живой… Как затушить пламя. Так легко… Чужими руками… Или сам… Когда раб не может пошевелиться… ничего не стоит…Не хочу. Пусть ты останешься Бессмертным. Останешься… живым львом.
Он закрыл глаза, откидываясь на ложе.
- Твои раны… Тебе больно сейчас, ты устал. Я знаю. Не надо отрицать. Я был на войне. Позволь мне позвать лекарей, воин.
- Львом? – странный тон.
Ровный, тихий голос. Мягкий. Ядовитый.
- Да иди ты... со своей заботой... император, - медленно и четко, чуть ли не по слогам.
Сдержать накатившее бешенство. С Д Е Р Ж А Т Ь. Короткая дрожь волной по телу – от противоречивых ощущений. Почти трясет. Все, что хочется сейчас – убивать. Все и всех. Без разбора.
Алекс почти рухнул на колени, сдерживая инстинкты. Сдерживая рычание, рвавшееся из горла. Боли больше нет. Застыть на тончайшей грани. Сохранить рассудок. Подняться. Взглянуть вниз из окна. «Сорвусь?..» - почти любопытство.
Сесть на подоконник, все еще пытаясь отдышаться – беззвучно.
Тихий вздох, в голосе усталость.
- Хочешь - иди. Сейчас я отдам приказ, и тебя выпустят из дворца. А ты…. Опять не понял…. Бесишься… зря. Я не играл с тобой.
Спокойный твердый взгляд, немного потухший, открытый.
- Я – берсеркер, - легко. – Не мое дело – думать и понимать.
Ветер играет волосами, и они развеваются за его спиной, как плащ. Огненный плащ со следами крови. Он так и сидит на подоконнике, повернувшись спиной к комнате.
- Я – наемник. Мне платят деньги – я работаю. Несу службу... – ехидство в голосе. – Хочешь переспать – переспим. Хочешь нанять меня – не вопрос. Давай... Просто... когда я захочу уйти, я уйду, – мягкий смех, постепенно становящийся свободнее и громче.
Не истерический. Искреннее веселье.
- Не смотря ни на чьи игры... – тихий соблазнительный шепот.
Почему-то пусто внутри.
- Хорошо. Пусть так, - ослепительная улыбка, склоненная на бок голова. - Останься. О цене - завтра. Я заплачу сполна.
Он уткнулся лбом в скрещенные руки. Почему-то очень холодно. «Глупо было… Пусть…» Путанные мысли. Чужие жизни, спутавшиеся в руке в клубок… Пусть останется игрой.
Гладиатор взобрался на подоконник с ногами, легко спрыгнул, подошел к ложу. Оперся носком сандалии о край. Осторожно – сам себе удивляясь – погладил золотые волосы.
- Ты странный... красивый безумно... переменчивый... – пальцы легли на плечи, осторожно пробежались, разминая мышцы. – Нет, не так. Не переменчивый... Как же это... Ты очень логичен внутри. Только я не понимаю твоей логики. Совершенно.
Минута молчания, легких прикосновений, опустившееся на плечи покрывало.
- Твоя игра... – неуверенность в голосе. – Я никогда не играю. Мне интересно... Твоя игра... тебе не надоело, император?
- Ты можешь жить так… просто. У меня есть только игра. Так легче. Мне. Моя роль выбрана не мной. И я просто стараюсь сыграть её как можно лучше. Только на войне нет места играм. Остальное… какая разница?.. - голос сорвался на шепот.
Он развернулся, улыбаясь. Ненадолго прижался щекой к тыльной стороне ладони Рыжего. Неуверенный взгляд.
Тень удивления в изумрудном взгляде.
- Зачем все так усложнять?.. – почти про себя, недоуменно
Зеленые глаза посветлели. Алекс очертил контур лица императора костяшками пальцев. Поцеловал ресницы.
- Война... не знаю. В моей стране война – это пьянка с соратниками. Потом битва. Потом Валгалла. И все сначала... – помолчал. – Ты и неуверенность? Забавно... – легкая улыбка.
- Для тебе все останется по прежнему, - лучистая улыбка. - Для меня… Не важно.
Светлый взгляд, тихий мелодичный смех. Император перевернулся на спину, потерся щекой о руку гладиатора.
- Иди сюда. Хоть позабавить тебя могу. Я - в роли комедианта. Это действительно забавно.
- Смертельный номер прямо... А потом изобразишь роковую королеву? – шутливо.
Он не изменил позы. Недавнее принудительное умывание только размыло грязь.
Самому неприятно. И все равно по большому счету. Но... не с ним?.. хочется согреть... тень недоумения внутри от собственных реакций.
Спокойный взгляд, легко поднес его руку к губам, поцеловал запястье.
- Чего ты хочешь? –тепло.
- Зачем? Моя роль - это я сам, - тихий смех. - Сам не знаю. Ты притягиваешь. Сейчас хочу, чтобы ты привел себя в порядок. Или опять будешь на меня рычать?
Брайт сел на кровати, не убирая руки.
- Ну, если нужно... – преувеличено-тяжкий вздох, лукавые искорки в глазах. – Если ты настаиваешь... то ванну, с горячей водой, - оперся второй рукой о колено, так что лица оказались рядом.
Яркая улыбка, тень восхищения в ответном взгляде.
- Хорошо.
Он опять поцеловал Бессмертного. Теперь более настойчивый поцелуй. На губах вкус чужой крови.
Воин отстранился. Неопределимое выражение глаз.
- Позже... – с улыбкой провел пальцами по губам золотоволосого. Голос звучал бархатно, многообещающе.
Потом гладиатор выпрямился и отошел к стене.
- Да, - легко, коротко. Император вспомнил свою роль. Улыбнулся, весело встряхнул волосами.
Позвал рабов и начальника стражи. Отдал соответствующие приказы.
Гладиатору:
- Теперь сможешь отдохнуть… До встречи, Бессмертный.
Он подошел к воину, осторожно коснулся его плеча. Развернулся и вышел из покоев. Были ещё дела.
Позже…