В колонках играет - Лунатика - Под снегом

Для тех, кто не читал самого первого поста про эту писанину, перед прочтением пройдите, пожалуйста, СЮДА :)


- Имя?
Он молчит.
- Имя?
Молчание.
Электроразряд – боль по телу, изогнувшийся позвоночник.
- ИМЯ! – срываясь на крик.
Молчание.
Лайонэл вынырнул из сна с тихим приглушенным вскриком. Ему казалось, электричество все так же течет по его телу. Обжигающим огнем...
Судорожно втягивая воздух открытым ртом и стараясь успокоиться, он прижался к Колу. Стало спокойно, и снова будто засияло внутри маленькое горячее солнышко...
- Привет... – шепнул он тихонько, касаясь губами губ мужчины.
Беспокойство в глубине серых глаз. Ладонь успокаивающе гладит юношу по спине, волосам.
- Привет... – осторожно целуя. – Приснилось что-то плохое, солнечный?
- Угу... – тихо, ответив на поцелуй сначала.
Он не стал добавлять, что, скорее, вспомнилось.
- Ерунда всякая... просто неприятно... Прости... – разглядывая что-то на простыне.
Мужчина машинально проследил за его взглядом, поцеловал в уголок губ.
- Не нужно... – фырканье, несколько легких укусов на плече, шее.
Короткий вскрик, смех, стараясь увернуться.
- Щекотно же!.. – Лайонэл вздохнул и просто молча прижался к мужчине с закрытыми глазами. – Ну вот опять ты... издеваешься... знаешь же, что я щекотки боюсь... – пробормотал он с улыбкой. Вздохнул. Содрогнулся всем телом – на миг показалось, электричество снова пропускают внутри. – А я без тебя соскучился... – добавил он совсем тихо.
- Угу... А ты надо мной – нет? Я же просил не извиняться... – тихо и несчастно. – Я с тобой... Все хорошо. Ещё поспишь?
- А я говорил, что не специально... – едва ли не обижено.
Тихо вздохнув, Лайонэл сполз с постели.
- Т... п... Извини, если расстроил... – и вышел в коридор, подхватив халат с кресла.
Кол ещё какое-то время лежал в кровати, отдавая распоряжения по поводу завтрака. Поднялся, привел себя в порядок. Отправился искать Лайонэла.
Юноша неподвижно стоял, прислонившись к стене дома снаружи, и следил за облаками на небе. Его немного трясло, сигарета подрагивала в пальцах.
Он все так же был в халате, только с мокрыми волосами, и ветер устало перебирал тяжелые от влаги пряди.
Услышав шаги, он повернул голову, на секунду закрыл глаза, а потом тепло улыбнулся.
Кол обнял юношу, поцеловал за ухом.
- Солнышко мое... мой светлый... любимый...– тихо, ласково, на ухо. – Расскажи, что ты такое вспомнил, пожалуйста? – почти виновато.
Юноша бесшумно вздохнул, обнял в ответ.
- Да просто вспомнилось... почему я не люблю электричество... Лет пять назад в неприятности попал... Ерунда, просто воображение разбушевалось... – пояснил он тихо.
Вздохнул. Снова задумался – о чем-то своем. Было немного грустно. И тоскливо из-за сна. А все остальное...
- Тебе он правда нужен? – почти беспомощно спросил он вдруг.
Кол только крепче прижал пилота к себе. Удивленно-вопросительно посмотрел на юношу.
- Кристиан... – почти беззвучно. – Он... странный... просто... зачем тебе я, если у тебя есть он?..
Мужчина вздохнул, опустил ненадолго ресницы, потом взглянул в глаза.
- Я люблю тебя... Очень люблю... Это правда... Мне трудно сейчас... не реагировать на его боль...
Тихий вздох, не поднимая ресниц. Несколько секунд тишины.
- Хорошо, - легкая светлая улыбка. – Значит, нужен... – голос прервался, Лайонэл снова прижался щекой к груди Кола, застыл.
Отстранился, улыбаясь.
- Пойдем покатаемся? Пока рассвет?..
- Прости меня, любимый... Хочешь, больше не буду встречаться с ним? – вздох, улыбка, взгляд на небо. – Поехали, конечно.
Лайонэл не отвечал, пока они не спустились в гараж.
- Мы уже говорили об этом... Если он тебе нужен... пусть... – юноша машинально протер капот тряпкой, проверил двигатель, сел за руль.
- Поехали? – он улыбался. – Это глупо, наверное... Но я обожаю встречать рассвет...
Кол сел на соседнее сиденье.
- Рассвет – это всегда прекрасно.
Машина медленно выехала из гаража, за пару секунд набрала скорость, сливаясь с потоком. Пятнадцать минут спустя они выехали за город, проехали по мосту. Лайонэл остановил «Сан роад» в самом конце моста, когда небо посветлело на востоке. Выбрался из машины, уселся на перила.
Золотые лучи впились в его волосы, окрашивая из в странные цвета.
Из-за горизонта медленно всходило солнце. Ниже, под мостом, дышала вода.
Лайонэл молча следил за огромным пылающим шаром. До боли, до рези в глазах.
Странно... неприятно и странно было чувствовать себя ненужным.
Он не сказал ни слова. Снова закурил, когда солнце приняло свой нормальный вид, перестав ошеломлять сияющей короной. Пара затяжек. Взгляд проследил упавший с моста окурок до самой воды.
Он встряхнулся, мотнул головой, обернулся к мужчине, спрыгнув на асфальт.
- Еще куда-нибудь?
Тяжесть мешала дышать. По кусочкам, по иголочкам рушилась сказка...
- И... Кол, я не даю тебе того, что тебе нужно? В постели?.. Или это из-за... - он помолчал, сглотнул, снова взглянул в глаза. - ..из-за той просьбы?
И вдруг застыл. На другом конце моста стоял черный автомобиль, усыпанный розовыми лепестками. На капоте, закрыв глаза или глядя в никуда из-под ресниц, лежал черноволосый мужчина, весь в белом. Кажется, на асфальте были кровавые разводы. А в небрежно прислонившемся к перилам человеке юноша вдруг с удивлением узнал Грея.
Кол спокойно проследил за его взглядом. Обнял, прижал к себе Лайонэла.
- Нет. Я остался бы с тобой если с постелью вообще ничего не получилось, - очень спокойно, мягко. А потом Кол посмотрел на кровь. Больше ничего не сказал. Замер, глядя на солнце и судорожно прижимая Лайонэла к себе.
Тихий вздох. Беззвучное «прости, я больше не буду спрашивать». Ладонь коснулась лба, прикрывая глаза от света. Стало легко.
Лайонэл, кажется, знал, что эта грусть вернется... потом. Просто сейчас она была не нужна. Он молча коснулся губами скулы мужчины и опустил голову на его плечо.
Грей вдалеке устало перезаряжал пистолет. Ветер донес эхо – даже не эхо, а словно всполох световой волны – тихий насмешливый голос, в котором крылась издевка. Красивый.
Лайонэл отстранился. Машинально очистил запачкавшуюся фару. Обернулся через плечо.
- Хочешь к нему?..
Кол опять его обнял.
- Я приехал сюда с тобой, - спокойно, немного насмешливо. – Знаешь... – вода за перилами завораживала. – Я не думал, что увижу тебя живым тогда... – полушепот, целуя за ухом. – Я не смогу без тебя.
Новый вздох. Мягкая теплая улыбка.
- А я и не ухожу, Кол... – тихо. Ненадолго застыл, закрыв глаза. Потом оглянулся. – У тебя есть с собой пистолет? Чистый? – спросил невозмутимо, обнимая в ответ, ласково глядя в глаза.
Неуловимое движение, короткий пистолет оказался в руке мужчины. Он вопросительно взглянул на Лайонэла.
Тот едва заметно качнул головой. Улыбнулся восхищенно. Легко поцеловал. Аккуратно забрал пистолет.
Потом все было очень быстро. Промельк синевы, сорвавшаяся с места «Сан роад», разворот на форсаже, визг тормозов, выстрелы слились в один.
Лайонэл устало выбрался из машины. Протянул пистолет с тихим «куда его?». Зажал рану в плече ладонью. Сквозь пальцы текла кровь.
Он не обратил на это внимания. Подошел и легко поцеловал снова.
- Прости. Мне показалось, ты не хотел бы, чтобы он умер – так, - тихо и мягко.
Даже глаза не туманились, словно не было боли.
Кол забрал у него пистолет, закрыл на секунду глаза. Потом тихо назвал адрес ближайшей клиники, где юношу могли привести в порядок без лишнего шума.
Легкая немного насмешливая улыбка, стягивая рубашку через голову. Немного бензина – прямо на асфальт. Какие-то бумаги, вроде журналов, и рубашка без рукавов – поверх. Промельк огонька зажигалки. Странно-быстро раскалившееся на огне лезвие ножа, огонь на столько яркий и жаркий, что пот выступил на теле, а волосы свернулись колечками. Юноша опустился рядом на асфальт. Довольно быстро извлек пулю еще одним лезвием, прикусил губу и приложил к ране раскаленный метал. Запахло жареным мясом. По подбородку потекла кровь.
- Я вернусь сам, не волнуйся, - сказал он негромко, когда снова смог говорить.
Достал из багажника канистру растворителя. Плеснул на асфальт, как только огонь погас. Через несколько минут не осталось никаких следов.
Потом натянул футболку, морщась от натяжения ожога. Отпил из бутылки пару глотков холодной воды. Сознание прояснилось. Перестало балансировать на грани обморока.
Он оперся о багажник, обернулся к мужчине с улыбкой.
Кол стоял все это время почти не шевелясь. Бешенство заставляло глаза сиять.
- Какого черта ты... – короткий вздох, закушенная губа. Подошел, обнял осторожно, взглянул в глаза.
- Иногда мне хочется выпускать тебя из дому только на гонки...
Улыбка. Тихое, мурлыкающе:
- Угу... но ведь не делаешь же... – мягко. – Все в порядке, любимый... Иди, - смешинка в глазах. – Ангел вот вообще как-то говорил, что хотел бы выпускать меня из дома только на поводке, чтобы от всяких странностей одергивать... – он помолчал. Вздохнул. – Просто я тебя очень люблю. Но не понимаю иногда совсем. Прости, если усложняю... Увидимся вечером?
Ещё несколько секунд бешенства, осторожный поцелуй.
- Как я его иногда понимаю...– задумчиво. Легкая улыбка. – Хорошо... – мужчина отпустил пилота, отошел на шаг.
- Я тебя люблю... – шепнул юноша тихо, садясь в машину.
Еще несколько секунд просто смотрел. Потом плавно повернул ключ зажигания. Пара секунд – и синий автомобиль исчез на мосту. Только звуковая волна пролетела глухим рыком мотора.
Кол проводил взглядом автомобиль. Тихо выругался, вздохнул. Прошел по мосту к машине графа.
- Здравствуй, темный мой... – покосился на Грея. – Он должен остаться жить?
Недоумение в глубине лиловых сейчас зрачков. Взгляд метнулся от неба к машине, потом к Грею. По бледным губам скользнула улыбка.
- Не пугай меня так... Я чуть было не решил, что умер, и встретил дьявола... в твоем обличье... – легко, улыбаясь, тихо отозвался граф. – Здравствуй...
Он снова покосился на Грея. Спросил едва слышно:
- Ты его хочешь?..
- Прости... - осторожный, едва ощутимый поцелуй запястья. Беззвучный вздох. Мужчина на несколько секунд отстранился. Снял рубашку. Несколько полос, чтобы перетянуть раны. Бесконечно осторожно поднял на руки, чтобы усадить в машину. Глаза казались черными, несмотря на яркие лучи солнца.
- Ты не будешь против, если его доставят...? – он назвал адрес больницы, садясь за руль.
- Как захочешь... – усталость навалилась, едва исчезли лучи солнца.
Кристиан вздохнул. Знакомая усталость... Он заставил себя не спать. Тихо спросил:
- Есть что-нибудь выпить?..
Кол услышал вопрос, выключил рацию, успев проинструктировать своих людей. Нашел мини-бар, несколько минут разбирался с системами работы машины, подал Кристиану коньяк, придерживая бокал.
Несколько глотков прояснили сознание, восстановив минимально необходимое количество жидкости в организме. Стало легче. Перестало клонить в сон.
- Забавное совпадение... – промурлыкал граф. Осекся. Вздохнул. - Не моя вина, но все равно... прости, что помешал...
Бешенство на несколько секунд вернулось в глаза. Мужчина вздохнул, осторожно убрал прочь расколовшуюся в руке бутылку. Ненадолго прижал платок к ладони. Коснулся едва ощутимым поцелуем уголка губ графа. Улыбнулся, видя, как на мост влетают два черных авто его людей. Потом их машина сорвалась с места. На первом же повороте Кол выругался про себя, оглянулся на графа, сбавил немного скорость. Остановился у одной из лучших больниц города. Дождался, пока подойдет знакомый врач.
Все дальнейшее время ни на секунду не отходил от Кристиана.
Уже через два часа тот пришел в себя на столько, чтобы скучающим тоном потребовать немедленной выписки, прогнать чем-то не угодившую ему медсестру и выкурить полпачки сигар. Охранники остались в коридоре – граф на них не сердился. Приказ Грея они должны были рассматривать как его собственный.
Новый костюм, распахнутые настежь окна...
Граф скептически взглянул на Кола.
- Мда... иногда ты меня пугаешь...
Мужчина подошел. Движения сейчас плавностью напоминали движения хищника, готовящегося к прыжку. Сел на край кровати. Волна нежности, тепла в сияющем взгляде, сдержанная красивая улыбка. Казалось, что от него чуть ли не лучи света исходят. Осторожно поцеловал черную прядь, висок, позволив упасть светлой паутине волос, коснувшейся щеки графа. Отстранился. все так же глядя в глаза.
Губы легче прикосновения крыла бабочки коснулись губ. В глазах поселилась странная смесь – наслаждения на грани адской боли, отчаянья на грани наслаждения.
- Моя жизнь принадлежит тебе.
Тихий мелодичный смех.
- Мой темный ангел... такая смерть красива... но.... это не было твоим выбором... – мягко, ласково, осторожно обняв. – Стрелял... Лайонэл... - губы коснулись скулы.
Пробивавшиеся сквозь занавеси на окнах лучи бросали тени. Одна такая краем скользнула по лицу темноволосого. Изменились черты, заострившись, как от мучительной боли. Потом тень скользнула в сторону, и только ресницы прикрывали глаза.
- Значит, вам обоим... – в голосе слышался смех, жесткий, обжигающий – эхом. Вздох. – Тебе не хотелось?..
- Нет... Я не увидел то, что делал Грей... – Кол прижался щекой к щеке. Ненадолго замер, слушая чужое дыхание, биение сердца. Внутри – пустота, заполняющаяся какой-то болезненной нежностью. – Знаешь... ещё немного и я тебе устрою похищение... – смешок.
Любопытство в темных зрачках. Смех.
- А потом?..
- А потом... начну вести себя как с прекрасной принцессой... – задумчиво улыбаясь. Кончики пальцев прочертили линию на скуле, ключице, губы снова мягко коснулись губ.
- Кол... Неужели я так напоминаю принцессу?.. – веселье во взгляде. Улыбка. – А убить самому – не хотелось?..
- Иногда... – ответная улыбка, поцелуй в уголок губ. – Тебе нужно отдохнуть немного... – ладонь коснулась щеки.
Граф тихо фыркнул, на миг закрыл глаза от этого прикосновения, от тепла этой ладони что-то воскресало и что-то рушилось внутри...
- Я второй месяц отдыхаю. Надоело... – устало. Вдруг притянул к себе, поцеловал – страстно, горячо. – Моя жизнь твоя. Ты можешь забрать ее, когда захочешь... – вздох. – Ты... твой мальчик... из-за меня у него проблемы? – тихо, беспомощно.
- Хорошо. Хочешь... останешься ненадолго у меня в доме... или я останусь рядом с тобой? Лайонэл... ревнует. Это… естественно. Я постараюсь с этим разобраться... Иногда мне кажется, что я из-за него окончательно сойду с ума и поубиваю пол города... А теперь вот твой Грей... Мне хочется не отходить ни на секунду от вас обоих... – Кол замолчал. Остался все тот же взгляд.
Рука коснулась его волос, погладила, едва касаясь.
- Ну что ты... он просто... он так далек от всего этого... этот его Ангел... Знаешь, там... я не мог понять... Как можно пасть и остаться чистым?.. – Кристиан закрыл глаза. – Мне иногда... страшно с ним рядом. Я так легко мог бы... разрушить... Он искренне верит, даже мне... Как хрусталь на острие... Разбить – так просто...
Он замолк. Вздохнул.
- Грей... Грей просто моя ошибка. Я не люблю таких, как твои. И забываю, что иногда нужно кое-что выставлять заново... Я только не знаю, кто до него добрался... – граф вдруг закашлялся.
Замолчал. Мотнул головой.
- Пожалуйста... пойдем отсюда куда-нибудь... я с ума схожу... словно... ничего нет... только что-то на пути... снести, убить, уничтожить... – он впился зубами себе в руку, до крови.
Застыл, опустив голову. Медленно разжал зубы.
- Я боюсь быть с ним рядом иногда, с этим твоим мальчиком... Это все чаще... и... – судорожный вздох сквозь зубы.
Спокойная улыбка.
- Если хочешь – поехали... К тебе... куда захочешь... – тихо.
- Мы сейчас уйдем отсюда, - взгляд в глаза – как глубокая река с зеркальной гладью, покой, свет, тепло. Завораживающий, от которого трудно оторваться. Голос, который невозможно не слушать. Ладони легли на плечи. – Я с тобой. Мой темный ангел... Мой Кристиан...– волны этого покоя проникали в чужое сознание против воли. Легкие поцелуи на лице, руке.
Кол ненадолго отстранился, отдал несколько приказов по рации.
- Ещё несколько минут и мы уедем. Я понимаю тебя... Я с тобой... – ещё тише.
Через пять минут в палату вошел Джейсон, принеся новую одежду для графа, отдал Колу ключи от машины, поклонился Кристиану, коротко отчитался о состоянии Грея и принятых мерах. Замер ожидая приказаний.
- Я люблю тебя... – спокойно, не обратив внимания на посторонних. Кивнул охраннику. – Тебе он нужен? – повторил тихо, устало.
Приступ не случился. Остались только слабость и опустошенность. Он поднялся, быстро переоделся – зашитые совсем недавно порезы покрывали половину груди, складываясь в причудливую сеть на ребрах. Неопасные порезы, перетянутые швами.
Рубашка скрыла этот дефект. Теплый коричневый оттенок заставил кожу казаться менее бледной. Кристиан улыбнулся Колу, взглядом поблагодарил за выбор Джейсона.
Обернулся, дожидаясь ответа.
Джейсон коротко и сдержано поклонился.
- Нет, мой ангел... – невольно любуясь графом. – Он - твой. Скажи Джейсону, что нужно делать.
Подал графу новый плащ, глубокого черного цвета, отливавшего фиолетовым при определенном освещении.
Плащ оттенял волосы, придавая внешности графа что-то демоническое. Кристиан коротко потерся щекой о плечо Кола. Повернулся к Джейсону.
- Полностью темное помещение. Полная неподвижность. Невозможность видеть и слышать... Полный комплекс мер для обеспечения безопасности, в том числе и от самого себя, вплоть до принудительного дыхания. Внешнее жизнеобеспечение. Он не должен ощущать даже запахов. Даже собственного тела... – граф на секунду задумался, потом назвал препарат, обеспечивающий потерю чувствительности кожи. – Раз в семь дней прогулка на пару километров. Наказание за малейшее неподчинение должно быть жестким. Он не должен умереть, но к тому близко... – он замер, не договорив, взглянул на Кола в легкой задумчивости. – Не хотелось бы перекладывать ликвидацию собственных ... недочетов на плечи твоих людей... – смущение в глазах.
- Ну, что ты... Это не перекладывание.. . Им пришлось бы разбираться с ним, если бы до Грея добрался я, - лучистая улыбка, осторожно потершись щекой о плечо. – Меры по поиску предприняты. Прости, мой хороший... Но я... не хочу оставлять тебя на твоих, до тех пор пока ты все не проверишь и не исправишь. Позволишь мне позаботиться о тебе?
- Когда ты так предлагаешь... – лукавая улыбка. - ...разве могу я отказать?..
Секундная пауза, отсутствующий взгляд – граф явно пересматривал ближайшие планы с учетом произошедших изменений.
- Иногда он должен видеть либо машину... ту, с моста... либо лепестки розового цвета... Либо кровь и пистолет на полу... Когда он перестанет реагировать на любые раздражители, скажите мне.
Он обнял Кола, опустил голову ему на плечо. Засмеялся негромко.
- Ну что ж... побуду немного твоей принцессой...
- Будет сделано.
Джейсон ещё раз поклонился.
Кол улыбнулся, кажется, совершенно счастливо, обнял в ответ.
- Это замечательно... красивый мой...
Поднял на руки, тихо спросил: - Можно?
- Если я скажу «нет», ты меня уронишь? – возмущенно. Черноволосый вздохнул. – Можно...– и устало прижался щекой к плечу Кола.
Слегка обиженный взгляд, поцелуй в висок. Джейсон открыл перед ними дверь, потом дверцу машины.
Кол осторожно опустил Кристиана на сиденье «Тигра». Прижался на пару секунд щекой к тыльной стороне ладони мужчины. Сел за руль.
- Что ты хочешь сейчас, темный мой?
- Ничего... сейчас – ничего больше... – тихо. – К тебе?
- Позже.
Обнял порывисто, но все так же стараясь не причинить боль. Прижался губами к виску на несколько секунд. Отпустил, надел привычные зеркальные очки.
Авто выехало на дорогу. Несмотря на скорость, машина ехала плавно, будто не касаясь колесами асфальта.
Кристиан улыбался, наслаждаясь поездкой. Тепло и ярость смешивались в сидящем рядом, очаровывали.
Он сохранял неподвижность очень долго. А потом наклонился и устроил голову на теплом колене так, чтобы не мешать вести машину.

Машина ехала не так уж долго. Началась территория частного владения на одной из окраин. Охранник поднял шлагбаум, улыбнувшись Колу, шутливо отсалютовал. Вокруг расстилался ухоженный парк, в котором росли и буйно цвели, несмотря на неподходящий климат тропические растения, шумели миниатюрные водопады, летали бабочки и колибри. В отдалении виднелся огромный особняк, напоминавший дворец, абсолютно белый, с простой, строгой архитектурой. Откуда-то послышались лошадиное ржание, звонкий смех нескольких женщин. Качались от дуновения ветра резные качели, с сиденья струился на землю забытый сиреневый газовый шарф.
Спуск к морю был засыпан белоснежным сверкающим песком. По бокам пестрели азалии и орхидеи, от которых местный садовник добился гигантских размеров соцветий. Когда-то мужчина привозил сюда Лайонэла. На этот раз «Тигр» затормозил значительно дальше, проехав бухту и скалы, выехав на открытый узкий пляж. Нагромождения камней теперь виднелись где-то справа и не ограничивали вид. Море под лучами солнца переливалось ослепительной синевой, где-то немыслимо далеко сливаясь с небом. Руки человека не меняли этот пляж, только убрав мусор и грязь. Сверху виднелась узкая дорожка по краю обрыва. Сюда не долетали звуки, за исключением пения птиц. Все пространство заполнял мерный шелест прибоя. Если смотреть вперед было видно только ровное пространство воды и неба, глядя на которое невольно понимаешь, что ничего не знал до этого о синем цвете.
Кожу согревали солнечные лучи, ласковые прикосновения ветра, наполненные ароматом цветов и моря, несли прохладу.
Машина остановилась у самой кромки воды, по капоту рассыпались искрами сияющие блики. Кол обернулся к Кристиану.
Дрогнули темные шелковистые ресницы. Граф медленно выпрямился, осмотрелся. Засмеялся, тихо, немного безумно, исступленно, ощутив влагу на коже. Подставил брызгам лицо. Ветер, море, слепящее солнце...
Он подвинулся, коснулся щекой напряженного плеча Кола. Пальцы машинально размяли плечи. Очертили линию горла. Застыли.
- Люблю тебя... - тихо.
В глазах отражалось небо, заставляя их становиться цвета хорошей стали.
Кол осторожно обнял графа, замер, заслушавшись этим смехом, провел кончиками пальцев по скуле, виску, черной пряди, так, словно касался чего-то очень хрупкого. Коснулся пальцем губ Кристиана, качнул головой. Поцелуй - легкий и нежный, дразнящий.
Слов не было, только все новые волны тепла во взгляде и какого-то странного отчаянья, тоски с отблеском безумства.
- Иногда... мне кажется, что мы... словно дети... или ангелы... в пустом мире вне зла и добра... - его голос был тих. - Одни в пустоте... Тогда меня посещают странные мысли... Знаешь, - он улыбнулся, - мне нравилось вспоминать наши... приключения тогда... когда все было так просто... Когда смерть стояла рядом, на расстоянии твоей нежности... мысли, вздоха... Тогда, когда ты меня чуть не убил... Я забавлялся...
Он замолчал. Улыбнулся. Отвернулся, глядя на море.
- Романтично, светлый... - уже ехидно.
- Может быть... Мне и сейчас иногда хочется убить тебя... иногда... забрать куда-нибудь очень далеко... Ты каждый раз поднимаешь взгляд... У тебя удивительные глаза... порой мне хочется смотреть в них не отрываясь... Я... запутался... прости... - ненадолго он прижался губами к черным локонам, закрыв глаза. - Пустота внутри... я этот восход никогда не забуду. Ты смеешься, и... все уходит... Не хочу твоей боли, но делаю ещё больнее... Это сводит меня с ума... - тихо, нежно, как в бреду. Мужчина опустил ресницы, вздохнул, улыбнулся. - Романтично... Раз уж ты пока моя принцесса - почему бы нет?
Возмущенно-язвительный взгляд.
- Я похож на... ночную бабочку, чтобы быть принцессой на час?.. - легко, мягко. - Королями рождаются, мой хороший... впрочем, как и монстрами... пусть даже самыми лучшими во вселенной...
Он осторожно опустился на одно колено - в движениях было что-то неуверенно-хрупкое, и изящество, почти болезненное. Коснулся воды рукой. Лизнул пальцы.
- Море... иногда, если закрыть глаза, вода похожа на кровь... разбавленную кровь... море крови...
Смех. Тихий. Скорее не смех даже, один намек.
- Там... ненавидя тебя... я чувствовал себя таким живым... - шепот.
- Я забываюсь иногда... - Кол не отводил взгляд от темноволосого. - А сейчас? - растерянно.
Взгляд лилово-фиолетовых глаз снизу вверх, теплый, мягкий, дразнящий.
- А вот этого, мой хороший, ты никогда не узнаешь... - ласково отозвался граф.
Мягко поцеловал-коснулся щеки. Прикрыл глаза ресницами.
- Обними меня... я, кажется, немного устал.
- Как захочешь... Поедем домой? - обнимая. Кол сдвинулся на сиденье так, что теперь Кристиан полулежал в его объятиях.
Легкая усмешка дрожит миражом в уголке губ.
Граф запрокидывает голову, улыбаясь. Смотрит в сияющие серые глаза... как ослепительное лезвие катаны, безумно редко покидающей ножны...
Кажется, что-то собирается сказать. Но только вздыхает.
- Как захочешь, любимый. Здесь так спокойно...
- Поэтому мы здесь... - едва слышно. - Ты что-то хотел сказать?
Кажется, в фиолетово-лиловых глазах промелькнула обида.
Кристиан вздохнул. Спрятал лицо у него на груди.
- Ласковый мой... я говорю все, что хочу сказать. Некоторые вещи... не нуждаются в звучании.
Он помолчал. Закрыл глаза. Беззвучно выдохнул "Я знаю".
Тихо вздохнул, кажется, всхлипнул.
- Мне почти жаль, что я не умер... это было бы...
- Прости... ангел мой... - голос сорвался. На какие-то секунды вдруг почувствовалась вся усталость сегодняшнего дня. Вспомнились глаза Лайонэла...
"Потом... позже..."
Мужчина бесконечно нежно гладил черные локоны.
- Знаешь... я буду тосковать по тебе... - слова прозвучали отстраненно и холодно.
Граф снова замолчал надолго.
Кажется, погрузился в оцепенение.
Потом вздохнул снова.
- Иногда... мне так не хватает умения не испытывать ничего, - отстранился, улыбаясь. - Ты сейчас... словно ушел. Пожалуйста, побудь со мной еще немного... потом - вернешься... Я так не умею болеть, любимый мой... ненависть моя...
Кол снова привлек его ближе к себе.
- Куда же я от тебя теперь уйду?.. не в моих привычках... так... повторяться, - все с той же нежностью, немного горчащей. - Я с тобой... Ты поправишься... Снова будешь ненавидеть меня за это все...
Смех. Теплый, искристый, веселящий, как шампанское.
- И любить... за то же самое все... Любовь, ненависть... Чего они стоят, когда... твои глаза, как тогда?..
Вместо ответа Кол поцеловал его в висок.
Ветер приносил из сияющей синевы крики чаек. Где-то выше послышались перестук копыт, женские голоса, но быстро стихли.
Тишина снова окутала их, разбиваемая только шелестом волн.
- Как думаешь, мое царствование закончилось? - улыбнулся граф мягко, когда на солнце наползла крошечная тучка.
По земле ползли причудливые тени.
- Нет, - тихий смех. - Думаю, нет. Просто тебе нужно что-то новое. Поедем домой?
- Конечно, поехали. Тебя ждут... - тихо улыбнувшись. - Сегодня у меня есть то единственное, что я никогда не смогу получить потом... - про себя договорил он.
Кол отстранился, взглянул в глаза, коснулся поцелуем уголка губ.
Машина медленно выехала с полосы песка.
Кол остановился на несколько минут, чтобы выйти и вернуться с охапкой белоснежных лилий, который он положил Кристиану на колени, сев в машину.
Ещё при въезде за ограду их встретил восторженный лай вылетевшего встречать пса.