В колонках играет - Юнона и Авось - Эпилог "Аллилуйя"

Для тех, кто не читал самого первого поста про писанину, перед прочтением ОБЯЗАТЕЛЬНО пройти СЮДА :)


До ужина оставалось не так уж много. Кол пытался разобраться с бумагами. Получалось плохо – в голову лезла всякая романтическая чушь. Из приятной задумчивости его вывел Джейсон, как всегда бесшумно вошедший в кабинет
- Кол, там полицейский, - глядя на удивленно поползшую вверх бровь мужчины, охранник улыбнулся. – Кажется, ваш старый знакомый.
- Тащи его сюда, - изобразив безумный блеск в лазах.
Джей тихо фыркнул, с трудом сдержал смех.

Кэш оглядел кабинет. Среди черно-белых линий этот уголок в доме притягивал своим уютом. Огромные как бегемоты округлые кресла, возвышающийся твердыней темный письменный стол, стеллажи с книгами до потолка, фотография светловолосого загорелого мужчины на стене… Полицейский невольно улыбнулся, вспоминая, как первый раз встретился с отцом Кола. Тот понимал страсть сына – бешеные гонки оставались ненаказуемыми.
- Приветствую Вас, Кэш! Все же решили принять мое приглашение?
- Добрый вечер, мистер Дэвис. Увы, я пришел по делу, о котором не хотелось бы разговаривать с Вами в управлении.
В сером взгляде вспыхнуло удивление. Прямолинейность Кэша оказалась неожиданной.
- Я слушаю Вас. Выпьете что-нибудь?
- Кофе, пожалуйста. И.. отключите все ваши штучки, я прошу. Мы с Вами давно знакомы, мистер Дэвис. Нам не к чему играть. Я хотел рассказать Вам одну историю… Довольно странную историю. Почему-то мне кажется, что она может Вас заинтересовать.
Кол кивнул, соглашаясь. И подтвердил Джейсону приказ об отключении систем наблюдения в этом помещении, когда охранник принес кофе.
- Забавные у Вас порядки в доме, мистер Дэвис, - салютуя своей чашкой. - И великолепный кофе, - Кэш смотрел, как Кол закуривает очередную сигарету. Могло показаться, что мужчина глубоко задумался о чем-то своем. Полицейский знал насколько обманчиво это впечатление.
- Так вот… Наша история… В этом округе стали пропадать люди. Бесследно. Просто удивительно. Словно тут где-то дверь в другое измерение. Ни следов, ни свидетелей…
- Вы полагаете, это имеет какое-то отношение ко мне? – в серых глазах к теплу примешалась сталь.
- Нет, что Вы, мистер Дэвис… Мне просто захотелось рассказать Вам странную историю, - Кэш поднялся со своего места, подошел к одному из стеллажей, протянул руку к большой папке. – Разрешите? – после кивка в ответ, открыл. Начал задумчиво разглядывать хранившиеся там рисунки. В основном портреты.
- Иногда рядом с предполагаемым местом исчезновения этих людей, видели черный автомобиль… Номеров естественно никто не запомнил. Просто любопытное совпадение… Вы отлично рисуете, мистер Дэвис. Я всегда восхищался людьми, которые могут творить нечто подобное. Это Ваша знакомая?
Кол шагнул ближе, улыбнулся тепло, глядя на портрет в руках полицейского. Пепельно-русые волосы девушки спадали мягкими волнами на плечи, серо-зеленые глаза смеялись, на красиво очерченных губах сияла мечтательная улыбка. От неё, казалось, исходил внутренний свет и едва уловимое тепло, как от свечи.
- Мы познакомились в парке пол года назад. Мне захотелось нарисовать её портрет…
- И мисс Дейнж была не против. Ваше знакомство длилось ещё месяц, ограничивалось, насколько нам известно, вечерами в кафе. Мисс Дейнж уехала в Иллис по работе. Вернувшись, провела вечер в своей квартире, пригласила на кофе подругу, утром пришла в офис, задержалась допоздна. Поехала к своей матери в пригород, несмотря на то, что была уже ночь. В машине внезапно отказали тормоза. Мы нашли эту машину сильно поврежденной на пятидесятом километре. Следов крови не обнаружено, вещи не тронуты. Однако мисс Дейнж с тех пор никто не видел. Последним, кто с ней разговаривал, ещё на работе, были Вы. Сотрудница в офисе заметила, что при разговоре с Вами девушка казалась чем-то сильно расстроенной. Но на момент происшествия у Вас есть железное алиби – Вы были на приеме, где Вас постоянно видели не менее десяти человек. Вот такая вот странная история.
- И вправду… - Кэш невольно вздрогнул. Он не уловил момента, когда светловолосый оказался за спиной. Кол аккуратно забрал портрет; сигаретный пепел добавил новизны рисунку ковра. – Белла действительно была сильно расстроена. К сожалению, наши отношения подошли к тому уровню серьезности, когда… Мне очень жаль, Кэш. Вряд ли я могу Вам чем-то помочь, - голос мужчины был тверд, но холода в нем не было.
- Я лишь хотел проинформировать Вас, мистер Дэвис.
-Кол. Мы так давно знаем друг друга. Зовите меня Кол, - мягкая улыбка. Лист бумаги лег обратно в папку, занявшую свое место на полке. – Белла была удивительным человеком. Светлым, добрым… - теплые ладони легли на плечи полицейскому. - Самым удивительным в ней была вера в людей… Она верила, что даже в самых плохих людях есть что-то хорошее. Можно это найти, вызвать к жизни… Она верила в бескорыстную помощь… Мне действительно очень жаль Кэш. Я полагаю, если бы у полиции были какие-то претензии, сюда пришел несколько иной состав. Это действительно не моя работа. Думаю, Вы это понимаете. Как поживает Ваша супруга? Вы выглядите усталым. Вам стоит отдохнуть, выспаться, может быть – поехать куда-нибудь, - все это время интонации не менялись. Уловимы были лишь их оттенки.
Кэш поймал себя на желании откинуться назад, закрыть глаза, замереть, слушая этот тихий такой красивый голос, греясь в его тепле. Усталость почувствовалась упавшим пуховым одеялом: не тяжело, но двигаться не хочется. Так легко сейчас забыть обо всем, дойти до того кресла и вздремнуть… Совсем немного… Хозяин не обидится… Хозяин… Полицейский вздрогнул, стряхивая сонное оцепенение.
- Кол! – укоризненно. Повернулся, сбрасывая чужие руки с плеч. – Мы и впрямь знаем друг друга очень давно. К чему все это? Я знаю, что это не Вы. Вы не оставляете таких следов.
- Простите, Кэш, - тихо, делая шаг назад. Минута молчания, глядя полицейскому в глаза. – Дурацкая выходка, я знаю.
Полицейский отечески-укоризненно покачал головой.
- Я знал, куда шел. Видимо, где-то допустил ошибку. Интересно было бы знать, где… Впрочем, не буду больше отнимать у Вас…
Короткий жест прервал его речь.
- Я прошу Вас, Кэш, останьтесь. Поужинайте с нами. Глэдис не обидится, она ведь привыкла к Вашим задержкам. Полагаю, я - причина части проблем, свалившихся на Вас. А история и впрямь была очень… занимательной. Кто-то в Вашем отделе удивительно хорошо умеет просчитывать партии. Один маньяк ищет другого, все при деле, все довольны. Если послать Вас, риск потерять сотрудника минимален. А у меня может быть даже больше шансов… Полиции выгодно в любом случае. Неужели все настолько плохо? Я не хотел бы, чтобы наши с Вами отношения переходили в разряд строго деловых, Кэш, - это было сказано искренне.
- Зачем же так грубо, мистер Девис? И… я с удовольствием приму Ваше предложение, - полицейский заставил себя улыбнуться. Подумал, о том, что скажет капитану завтра. И пусть потом увольняют к чертям.
- Кол. Если вдруг мне что-то станет известно, я сообщу. Или сразу… подготовлю подозреваемого. - светловолосый легко улыбнулся. – Пойдемте. Я представлю Вас своим друзьям.


Через пятнадцать минут полицейский позволил себе забыть о своей миссии и наслаждался ужином, подозрительно напоминавшим чаепитие у Шляпника. Или филиал заведения для буйнопомешанных. Лайонэл смущался, но его застенчивость с лихвой компенсировал Ангел, решивший устроить кое-кому синеглазому очередной этап соблазнения. Кол смеялся и как мог, отвлекал Кэша стараясь, чтобы полицейский не чувствовал себя совсем уж не в своей тарелке. Пес радовался количеству брюк, на которых можно было развесить свою шерсть, и к концу ужина валялся пузом кверху, окончательно объевшись.
После чая, парочка исчезла в направлении спальни довольно быстро. Кол поднялся со своего места, тихо шепнул что-то на ухо Лайонэлу.
Вышел проводить полицейского до машины.
- Знаете, Кол... Кажется, сегодня присутствовал на самом странном ужине в моей жизни. И мне этой понравилось, - с теплой усмешкой.
- Да, Кэш. Вы видели причину, по которой мне не нужно браться за старое.
- Это удивительно, Кол. Удачи! – садясь в машину.
- До встречи, Кэш! – мужчина махнул рукой на прощание.



Лайонэл сидел в гостиной на диване, разглядывая коробку, наполненную кассетами и книгами в ярких обложках, какими-то журналами. Поднялся на встречу Колу, повис на шее, с трудом справляясь с очередным приступом смущения.
- Тот человек…
- Не бери голову, солнечный. Никаких проблем. Просто ему нужна была моя помощь.
- Он забавный…
- Угу. Что это?
- Ангел дал… - пилот вдруг опусти голову. Цвет румянца приблизился в оттенке к помидорам.
- Что-то не так?
Юноша мотну головой, рассмеялся немного нервно.
Кол осторожно высвободился из объятий, налил по бокалу вина. Вручив один Лайонэлу, взглянул, наконец, внимательней на книги и кассеты. Их содержимое варьировалось от откровенной порнографии до творений японских авторов в области эротических романов. Строго на одну определенную тему Мужчина сдержал смех, обернулся к Лайонэлу. Тот, кажется, мечтал куда-нибудь отсюда исчезнуть.
- И после чего Ангел все это тебе дал?
- Потому что я его спросил... – не очень логично отозвался юноша, и уткнулся носом в бокал вина.
Кол поднялся, обнял пилота, вздохнул.
- Что именно ты у него спросил?
- Вот это... – совсем тихо.
- Солнечный мой... – поцелуи на плече, - а могу я узнать формулировку твоего вопроса Ангелу?
Новый вздох. Юноша поднял взгляд. Кончик носа оказался испачкан в вине.
- А я не помню. Я у него просто спросил... Он почему-то выругался, потом вот... Принес вот это...
Кол убрал вино с кончика носа одного смущающегося создания губами, улыбнулся, потерся щекой о щеку, посмотрел на кассеты в коробке, взял одну наугад. Тихо вздохнул.
- И как много из этого ты успел... изучить?
- Ну... я смотрел... – с несчастным видом, ткнув пальцем в несколько кассет, какие-то диски, пару книжек.
- А теперь, солнечный, выкинь всю эту чушь из головы, - новый поцелуй, сильный и долгий.
- Чушь? – позже, задыхаясь. – Ты же не рассказывал... я и... – снова виновато.
- Полнейшая! – допивая свое вино парой глотков. Светловолосый обнял Лайонэла за талию, потянул наверх в спальню. Отпустив только на кровати. Снова поцеловал.
Пилот ответил на поцелуй. Обнял.
- И... ничего этого... не нужно?..
Кол вместо ответа опять поцеловал. Отстранился ненадолго, стягивая с юноши футболку, позволил своей рубашке оказаться на полу. Касание губ от виска к груди, ниже. Несколько долгих поцелуев на шее.
Растерянный взгляд в ответ. Контраст холодного воздуха и горячих поцелуев на коже. Легкий шок. Тепло во взгляде.
- Кол?..
Мужчина замер, взглянул в глаза, улыбнулся.
- Да?
От этой улыбки счастье снова переполнило сознание. Он засмеялся, проводя с любопытством ладонью по груди мужчины.
- Это всегда так быстро? И... - краска снова залила щеки. - Я... я же не брился там и... И ты очень красивый... - с тихим вздохом.
Сердце билось где-то в горле.
Кол опять наклонился, чтобы поцеловать.
- Лайонэл, я же попросил... Пока выкинь все, что ты там видел и читал из головы. Расслабься... Ты очень красивый... ангел… – тихо, искренне, ласково. – Не бойся…
Тихий смешок.
- Извини… Просто я привык к… немного иному. Я попробую, - взволнованно и весело, прикусив нижнюю губу мужчины.
Потом пилот честно попробовал расслабиться, только вздрагивал иногда судорожно. И пару раз непроизвольно ловил руку Кола, а потом касался ее поцелуем виновато.
- Я понимаю... хороший мой... – легкая улыбка в ответ.
Новые поцелуи и ласки, уверенные, но осторожные, отмечая каждую реакцию юноши. Руки скользили по гладкой коже массируя, изучая, давая возможность быть свободнее. Пальцы сжали сосок, пока длился поцелуй, когда коснулись второго, горячее дыхание коснулось шеи. И новая дорожка поцелуев сменилась легким укусом.
Шумный вздох, закушенная губа. Трудно было заставить себя сохранять неподвижность, не думать… Прикосновение к соскам отозвалось тяжелым толчком крови в паху, укус вызвал дрожь.
Он снова не сдержался. Перехватил руки мужчины. Ненадолго сжал, потом отпустил, успокаиваясь. Зрачки расширились почти на всю радужку.
Горячий воздух иногда заставлял извиваться и фыркать от смеха.
Теперь соска коснулись губы, язык оставил влажный след чуть ниже, обвел контур пупка, пока пальцы возились с застежкой джинсов. Кол помог юноше раздеться до конца, начал раздеваться сам.
Лайонэл задрожал, потянулся прикоснуться кончиками пальцев к бедру мужчины, обвести линию ребер слева. Холод и жар на стыке. Он залился краской с головы до ног. Тихо вздохнул. Стало вдруг страшно… А потом вспомнился тихий успокаивающий голос… и теплое плечо рядом… И страх ушел. Осталась только дрожь и эхо старых воспоминаний.
- Мой самый красивый... самый лучший... – тихо на ухо, не сознавая толком, что говорит. Кол снова спустился ниже, не прекращая ласк. Сдерживать себя было трудно, жар внутри поднимался волной. Поцелуй-укус на косточке бедра, ещё один под ребрами, язык вычерчивает сложные кривые на коже. Выше... Новый поцелуй получился глубоким. В глазах сияли страсть и нежность. Горячая ладонь задержалась на бедре, очертила контур ягодиц, скользнула к паху.
Лайонэл застонал, выгибаясь непроизвольно. Вдруг дернулся.
- Не надо… - умоляюще, поймав взгляд.
Все тело напряглось до судорог. Прикосновение к паху наполнило стыдом и болью глаза. Обрывки воспоминаний…
- Не надо там… - тихо, задыхаясь.
Ладонь поднялась выше, застыв на бедре. Кол поймал взгляд Лайонэла. Поцелуй был уже успокаивающим.
- Все хорошо.... Не бойся... Лайонэл... любимый... – Кол просто прижал его к себе. – Ну что ты?...
- Я… ты же… знаешь… про маму… - не поднимая ресниц.
Судорожный вздох. Сияющий, бесконечно влюбленный взгляд. Тепло и счастье.
- Мне нравится… больше чем нравится… Только не надо так… Ладно? - и, секунду помедлив, шепотом. - Пока не надо?
- Хорошо, солнечный, - губы опять коснулись губ. – Все будет так, как ты захочешь. Я сейчас вернусь.
Кол поднялся, вышел на минуту, чтобы вернуться с парой высоких бокалов. Темно-синяя жидкость напоминала о ночном небе; сладковато-терпкий, свежий вкус. Светловолосый подал один бокал Лайонэлу. Опустился рядом.
- Это не правильно! - к его возвращению пилот немного оправился от охватившего его шока. - А ты? - тихо, недоуменно, шепнув «спасибо», когда принимал коктейль. - Почему - как я? А как ты? И, потом… Я же очень многого не знаю… А мне бы хотелось… как тебе… захочется… - под конец смутившись.
Потянулся обнять, балансируя бокалом.
- Мне же больше всего хочется… чтобы тебе было хорошо… - с несчастным видом, прижимаясь щекой к плечу.
Кол улыбнулся в ответ.
- Хорошо.
Бокалы соприкоснулись с тихим звоном.
Юноша улыбнулся поверх своего бокала, хоть и немного смущенно. Отпил несколько глотков. Вскинул восхищенный взгляд.
- Вкусно! - покосился на бокал. Подумал. Отпил еще немного.
И с любопытством взглянул в глаза Кола.
- А зачем?..
- Плохо не будет. Обещаю, - поцелуй на плече. - Сейчас это просто поможет тебе немного расслабиться.
- Угу… - Лайонэл со вздохом подумал, что все-таки есть вещи, которые он не понимает. Улыбнулся, поерзал немножко, устраиваясь поудобнее. Рядом с Колом было так тепло… - Если я расслаблюсь еще больше, то усну, - предупредил он мужчину минут через пять, вычерчивая сложную змейку на внутренней стороне его бедра.
И потянулся поцеловать, прогнувшись в спине.
Кол ответил на поцелуй, рассмеялся. Обнял юношу, заставляя лечь на спину. Поцеловал сам. Новые ласки, на этот раз не сдерживаясь. Ладонь и губы в какой-то момент опять оказались внизу живота, но тут же поднялись выше.
Легкий дискомфорт, сменившийся волной удовольствия. Тихие несдерживаемые стоны.
Поцелуи, иногда невольно переходящие в укусы, на плечах мужчины, на груди. Язык обводит кружок соска. Легкие смешки от щекотки.
Лайонэл потерялся в ощущениях, остались только серые глаза и ласковые прикосновения, нарастающее напряжение, жар внутри, биение крови, напряжение в паху, от которого почти мучительно больно, и невозможно лежать спокойно.
Все вокруг потеряло для светловолосого значение. Он только старался доставить удовольствие каждым прикосновением.
В какой-то момент поймал ладонь Лайонэла, уже ей провел по груди пилота, животу, ниже. Горячее дыхание коснулось уха, спустилось ниже
Растерянность в глазах, на лице. Взгляд… сложно отвести взгляд от этих глаз... Рука, сама собой, скользнула вниз. От прикосновения руки мужчины к животу перехватило дыхание, коротко дернулось все тело. Вздрогнул, убрал руку, но снова встретил серебристый взгляд... Он притягивал, завораживал...
Лайонэл осторожно потянул руку мужчины вверх, вдоль ребер, поперек груди, мельком задев темный круг ареола, еще выше, прочертил ладонью Кола линию своей шеи. Повернул голову на бок, подставляя бешено бьющуюся жилку на горле.
Короткий укус, ласка языка, губ... рука продолжает движения руки Лайонэла.
Лихорадочная дрожь бедер, пока пальцы скользят по животу, переходящая в странно-болезненные и приносящие удовольствие судороги. Рука послушно скользнула чуть ниже, к низу живота, к паху. Из горла вырвался стон-вскрик, пропавший в поцелуе.
- Кол... не... ааа... - прерывистый голос.
Смесь возбуждения и отрывочных, почти невидимых воспоминаний.
- Кол... ммм... я не... - почти скороговоркой, в короткие мгновения между поцелуями и судорожными вдохами-выдохами.
Мужчина освободил руку, чтобы взять из прикроватной тумбочки тюбик смазки. Несколько секунд спустя осторожные прикосновения, ласка пальцев поочереди уже внутри, находя нужную точку. Ненадолго убрал руку, чтобы помочь лечь на живот.
Линия поцелуев вдоль позвоночника, задержавшись между лопаток ненадолго. Плавное проникновение, вскрик.
Юноша ткнулся лицом в простыню, прикусив губы от резкой боли. Пальцы сжались, сминая ткань. Тихий прерывистый смех.
- Так... странно...
Невольно заерзал, тут же замер, ощущая, как боль постепенно рассасывается. Не исчезает, просто становится терпимой. Улыбнулся, не поднимая лица от простыни.
- Не сдерживайся... Кол... - задыхаясь.
Неловкое движение вызвало новую судорогу боли, на мгновение свело все тело. Лайонэл только улыбнулся, сильнее сжал зубы. Когда удалось расслабиться, на простыню скатились две алых капли из прокушенной губы.
Ладонь очертила контур бедра, кончики пальцев вычертили новый узор на спине, скользнув по ребрам, ниже к груди. Поцелуи на плечах и шее, осторожный укус за плечо, позже - чуть выше. Движения оставались плавным, хотя менялся ритм. Мужчина не давал себе забыть об осторожности.
Судорожные вздохи, редкие беззвучные вскрики. Лайонэл непроизвольно приподнялся немного на локтях, волосы скрыли лицо. Прикосновения отзывались в теле дрожью, неожиданно ставшей сладкой. На напряженной спине четко проступили лопатки, выпуклые позвонки. Напряжение внутри нарастало... не получалось не сдерживаться... до боли... он мотнул головой, одним резким движением попробовал встать на колени, неуверенно качнулся навстречу, усиливая проникновение.
Новая вспышка боли. Тихий грудной стон.
Мужчина приподнялся вместе с ним, помогая. Не прекращая ласки, ставшей другой. От некоторых прикосновений пальцев расслабиться стало легче. Стоны срывались с губ.
От напряжения на коже выступил пот. Он собирался в немногочисленных складочках кожи, и сбегал вниз по телу, заставляя заходиться короткими приступами дрожи. Лайонэла бросало то в жар, то в холод. От слабости немного кружилась голова. Выгнувшись, он потерся верхней частью спины о грудь мужчины. От медленно расходящегося изнутри жара было трудно дышать.
- Не... еще... - коротким дрожащим стоном нарастающего наслаждения.
Боль и удовольствие смешались в одно, заставляя стонать все громче, извиваться, то стараясь прижаться ближе, то вырваться, ускользнуть. Лайонэл отдавал себя всего, до конца.
Все существо затопили эмоции и чувства, оставив лишь дикую в чем-то сейчас любовь и чистые инстинкты.
- Да... Лайонэл... - голос опять сорвался на тихий крик и стон.
Любая попытка сдерживаться давалась сейчас с большим трудом. Остался только приказ самому себе где-то в подсознании. Горячая теснота внутри сводила с ума, каждое движение партнера... Время куда-то исчезло, прихватив с собой весь остальной мир. Осталось только то, что сейчас и здесь. Кол помогал юноше выбрать ритм, не пытаясь сдержать, отвечая той же сумасшедшей страстью.


... Время изменило свой ход, испарившись из сознания. Остался только звук голоса и движения партнера... Его прикосновения, сводящие с ума... Перед глазами метались цветные фрагменты. Голова кружилась, все тело горело, от дикого напряжения становилось иногда больно. Боль только добавляла фрагмент к водовороту ощущений, и все повторялось заново. Лайонэл не понимал, сколько времени продолжается это... Он только немного очнулся, чтобы заговорить, и словно со стороны услышал свой хриплый неровный голос:
- Кол... мне.... Можно... кончить?.. -сорвался на новый стон, позвал по имени снова, почти умоляюще.
- Да... Лайонэл... Да... - новым выкриком, сквозь стон, убыстряя ритм.
Перед глазами что-то словно взорвалось... Лайонэл несколько секунд или минут отвечал встречными движениями, откровенно подмахивая. Потом вдруг застыл, вскрикнул и со стоном уронил голову вперед, падая на локти, балансируя на грани чистого кайфа, только в ожидании разрядки мужчины. Сейчас ничего другого он не замечал. Не имело значения и то, что простыня под ним измазана в сперме. Было так... хорошо...
Ощущение чужого спазма, волна оргазма почти в тот же момент. Алое марево перед глазами взорвалось секундной вспышкой темноты, из горла вылетел новый крик-стон. Секундная неподвижность, каждый вздох обжигал легкие огнем.
Кол лег рядом, судорожно прижимая юношу к себе, целуя.
- Единственный мой... - тихо на ухо с сумасшедше-счастливыми глазами.
Юноша заворочался, скользнув к мужчине под бок. Лег, с полузакрытыми глазами.
И только минуты через три шепнул жалобно, когда гормоны окончательно взбунтовались, не смотря на легкую тянущую боль:
- Мне неплохо, но... - сказано было виновато, заливаясь румянцев и немного насмешливо насмешливо, прерывисто.
Дыхание не желало успокаиваться.
Кол на секунду закрыл глаза. Притянул ближе, поцеловал. Руки опять заскользили по коже. Новая вспышка лихорадочного жара внутри. Дорожка поцелуев на шее, легкий укус.
- Может, попробуем наоборот?
Смущение.
Юноша приподнялся на локте. Мягко вывернулся из объятий. Сел, скинув ноги с кровати.
- Ты не похож на девушку... – виновато ответил он, не отводя взгляда от пола. – Я... – Лайонэл вздохнул, мотнул головой, обернулся. – Не обижайся... Я очень люблю тебя... но я не уверен, что у меня так получится... – грустно.
Карие глаза расширены от боли и вины.
Мужчина тихо вздохнул.
- И почему ты так переживаешь по этому поводу? Это был просто вопрос... – долгий и глубокий поцелуй, чуть увлекаясь. – Я понимаю... Не нужно так переживать из-за этого... ласковый мой... Лайонэл... – рука опять скользнула по бедру к колену, за горячим прикосновением ладони - легкие касания языка, опять поднялась выше.
- Потому что не могу сделать что-то, что тебе бы хотелось... – с тихим вздохом пояснил юноша. Застонал под лаской. Вдруг застыл. – Кол... а тебе тоже нравится так? Ну, как на кассете?
Кол вспомнил набор кассет... Подавил в себе желание найти Ангела п р я м о с е й ч а с.
- Не знаю, что именно ты имеешь в виду. Мне нравится то, что мы делаем... Не все сразу... – с тихим смешком, возвращаясь к вдумчивому исследованию изгибов тела юноши, потому на некоторое время замолчав.
Сосредоточенности юноши хватило секунд на тридцать. Потом он уточнил еще что-то, сев на постели и прижав одно колено к груди. Засмеялся.
- А почему ты каждый раз, когда тебе не... не нравится то, что я говорю, ты меня целуешь?..
- Вероятно потому, что это дает мне некоторое время на обдумывание ответа, - тихий вздох. Мужчина потерся щекой о плечо Лайонэла. – А ещё мне просто нравится тебя целовать, - легкая улыбка, пожатие плеч.
- Привычка, да?..
Что-то вспомнив, юноша в очередной раз залился краской. Вздохнул.
Откинулся назад, потерся затылком о колено Кола.
- Мне тоже нравится...
- Нет, - улыбнувшись. – Просто нравится... И ещё... твои слова иногда заводят в тупик... Вот и приходится как-то разбираться с ситуацией.
- Тебя?! В тупик? – смех.
Чистый и звонкий.
И снова без перехода.
- А ты ругаться любишь?
- Нет, солнечный... Просто зачастую предпочитаю словам меры физического воздействия. Ты так красиво смеешься... – мечтательно. Улыбнулся, склонил голову набок. – А почему ты спросил?
Лайонэл вздохнул.
- Ну... – неуверенно, тихо рассмеялся. – Тот захват, который ты мне показывал – из той же серии? – снова ненадолго задумался. – Ну... А цепи и вообще... привязывание... не нравится, да?..
- Не совсем, солнечный. Просто этот захват можно использовать и в этой области. Иногда нравится... до определенного предела, - ладонь коснулась золотистых волос.
Лайонэл вдруг вздрогнул. Ойкнул, порывисто обнял за шею, уткнувшись носом в плечо.
- Прости... я... я такой глупый... - несчастно.
Застонал от соприкосновения кожи с кожей. Приподнялся на руках, смущенно опустил ресницы. Наклонился к груди мужчины, скользнул ниже. Потерся щекой о пах. Мельком коснулся головки языком. Поднял взгляд.
- Иди ко мне... – полусадясь, опираясь спиной о подушки, Кол притянул пилота выше на себя. – Ты не глупый... Не можешь же ты... знать все... – целуя. Губы вывели линию поцелуев вдоль ключицы, ниже, язык очертил ореол соска, легкий укус, пальцы заскользили, вычерчивая узоры на ребрах, спине. – А ещё ты – как солнечный свет... без которого нельзя... – тихо, ненадолго подняв взгляд.
Недоверчивая улыбка. Несдерживаемые стоны. Кое-что из ингредиентов коктейля помогло преодолеть невольное смущение, от укуса юноша вскрикнул, содрогнувшись всем телом. Растерянность сменилась возбуждением и любопытством. Сияние счастья в ответном взгляде. Лайонэл сначала задумчиво, потом легко коснулся сначала горла Кола, потом груди, провел по ребрам, выгибаясь под встречными прикосновениями. Пытаясь подчиняться каждому движению Кола.
- Это потому что ты влюблен… - хрипло.
Сильные и долгие ласки становились все более горячими. Контролировать себя удавалось с трудом... Кол осторожно направлял юношу, показывая что-то... Тело отзывалось все новыми волнами возбуждения от каждого касания. Язык и губы сами находили новые точки, делая удовольствие сильнее.
Время перестало иметь значение. Сознание утонуло в волнах удовольствия, делая тело безвольным. Оргазм словно раскаленная лава прокатился по венам, заставив вскрикнуть и извиваться. Лайонэл неохотно скатился с Кола, лег рядом, прижимаясь всем телом, машинально вычерчивая узоры на животе мужчины, пережидая вспышки дремотно-томного удовольствия, прокатывающегося по всему телу словно приливы и отливы. Вздохнул, чуть отодвинулся - новый наплыв желания вызывал напряжение до боли. Но так и не открыл глаз. Потянулся поцеловать плечо. И мгновенно, как ребенок, вырубился в сон.
Кол осторожно прижимал его к себе, задумавшись о чем-то. От этого тепла рядом становилось спокойно, в который раз у мужчины возникло ощущение, что какой-то долгий путь завершен.