Я приехал на Волжскую, вышел и ощутил, что на улице стало значительно прохладнее, при том, что я находился в метро каких-то 25 минут. В итоге, наплевав на прохладу, царящую в воздухе, я пошёл в направлении водоёма. Думал сделать парочку кадров архитектурного сооружения, находящегося на другом берегу, так передумал, в связи с тем, что небо уже плотно затянулось серыми тучами – не судьба. Мысли, конечно, были лишь об одном, - хоть бы дождь не пошёл.
На поляне близ пруда народ играл в футбол, расставив весьма условные ворота в виде оранжевых конусов, вокруг пруда наматывали круги спортсмены, по тому, что их было много, я сделал вывод, что это какие-то районные соревнования. Собственно, я шёл по заранее определённой для них трассе, поэтому пришлось сместиться ближе к футболистам, чтобы не мешать. Решил позвонить Петровичу и спросить о его намерениях касательно Коломенского, вроде бы как, - он собирался. Созвонились, - всё нормально, обещался быть с десятиминутным опозданием.
Я спустился в метро и решил, что времени, всё же, ещё много и можно до Люблино доехать, а оттуда уже мчать в обратном направлении. Так и сделал, доехал до Люблино, перешёл на другую сторону платформы и удивился прибывающему поезду. Для меня он был новым, однако, зайдя внутрь, я понял, что он отнюдь не новый, а уже пережил нашествие вандалов, причём, капитальное. Вспомнил сразу, что читал на рекламках самого метрополитена о том, что Люблинская линия – единственная, где эксплуатируются вагоны серии «Яуза», тогда я понял, как сильно ошибался, называя Яузами поезда, которые ходят по Филёвской, Арбатско-Покровской и Бутовской линиям. Захотелось узнать истинное название тех поездов, которые мне так нравятся. Но, я оставил это дело на потом, а пока у меня крутилась лишь одна цель – вовремя прибыть в Коломенское. Я приехал в на станцию Коломенская с десятиминутным опозданием, подбежал к Орбите, никого знакомого не узнал, стал набирать Шкипу, он трубку не взял, затем оказался вне зоны действия сети, значит в метро ехал, - сделал я вывод. Посмотрел в сторону метро и у палатки «Лавка Пасечника» увидал Эрнеста, направился к нему, вдруг, с той же стороны вылетел набыченный Петрович и летел прямиком на меня. Эрнест заметил меня и укалал пальцем, я в ответ кивнул, сосредоточился на Петровиче, когда он поравнялся со мной, - я сказал: «Здорово!» Но был проигнорирован, так как он слушал плеер, - это я понял, заметив наушники. Как только он проскочил мимо меня, я, еле дотянувшись, хлопнул его по плечу, что заставило его остановиться. Он был рад, что нашёл нас.
Ну, дальше, всё по обычному сценарию, - всех собрали, пошли в Коломенское, занялись поиском кафешки, в итоге кафешку дельную не нашли, - засели в блинную, где было пиво. Взяли по пивку, после литра стало хорошо, после полтора зачитал одно из стихотворений, если бы не гадкий Петрович, который нажрался внуля, я бы не заметил, что над стихом смеются все, кроме сводной сестрёнки Настюхи (Леонессы). Но, Эрнеста я понимаю, - он профессионал литературной деятельности и любительский уровень ему не по нраву, дамы, которые вызывающе себя вели, - мне сразу не понравились. Леонесса напрасно притащила их с собой. Шкип, ну со Шкипом то понятно, - он не романтик, я это знаю и не обижаюсь. Вот на кого реально обиделся, так это на бабёнок и на Леонессу. Леонесса весь вечер говорила гадости и не считалась со мной, - реально взбесило. А бабёнки, ну это же ужасно, ничего не хочу говорить, - тошно. Одна, вроде бы тихая скромная, но вот надо было привести и показать своего парня байкера, сама ничего из себя не представляет, а парень – байкер, типа круто… Да не круто, - понты. Понты и ничего более, хотя, парняга нормальный, без выкрутасов – поздоровался, всё как надо. А другая, - гламур так и прёт, тошно, закос под Гвен Стефании, - в голове пустота. Я ничего против Гвен не имею, но вот закос под неё, ну это ужасно глупо выглядит. Это полбеды, оказалось, что у неё роман с John’ом Owl’ом, известным в блоговской компании, как Ёжик. Хорошо, что я был пьян, блин, но выпить надо было больше, чтобы не помнить их. Немного Грустный Кот подъехал, пообщались мы с Серёгой по пути к метро, Петрович с Эрнестом слиняли по домам, я в порыве обиды себе ещё пивка купил, Шкип так же поступил, ну и Серёга, чтобы быть в теме. Распили, ну и по домам, собственно. Пока доехал, всё равно, неприятный осадок оставался на душе, я позвонил Ничу, встретились, не смотря на поздний час, сходили в Седьмой Континент, я угостил его пивом, заодно и себе купил. Посидели у него в подъезде, поизливали друг другу души, полегчало, разошлись по домам. Домой пришёл в состоянии близком к нулёвому и сразу в постель залёг. Папа, увидев моё состояние, молча покинул комнату, хотя, почему-то компьютер выключать не стал. Так он и работал до утра.