Наша жизнь имеет предел, а знанию предела нет. Имея предел, гнаться за беспредельным гибельно. А пытаться употребить в таких обстоятельствах знание — верная гибель.

Когда моей дочери было семь лет, я задал ей основной вопрос, занимавший древнегреческих философов: «Из чего сделан мир?» Она сказала, что мир состоит из чувств — радости и печали, страха и гнева. Этот ответ удивил меня не только своей неожиданностью, но и своей точностью.

Как известно, Декарт сказал: «Мыслю — значит существую». А моя дочь сказала: «Чувствую — значит существую». Оба эти утверждения отчасти верны, но определение моей дочери более естественно, так как на высказывание Декарта наложило отпечаток традиционное для европейского сознания предпочтение разума, а ребенок интуитивно объединяет тело, чувство и мысль. Точно так же мы могли бы сказать: «Я дышу — значит существую». Мышление, ощущения и дыхание происходят из одного вселенского источника:

Я есть энергия

Я есть Дао

Я есть

Я 

Ответ моей дочери раскрывает одну из сторон познания — субъективное познание. Объективное знание — это знание о том, что нечто существует, а субъективное — знание о том, каково это «нечто». Объективное знание — это, в частности, научные факты, которые можно проверить и подтвердить на практике. Именно такое знание преподают в наших школах.

При таком подходе реальность расчленяется на составные части, каждая из которых изучается отдельно. Мы получаем исчерпывающее знание о каждой такой изолированной частности, но с каждым очередным этапом разделения их становится все труднее собрать воедино. Тем не менее объективное познание весьма эффективно: благодаря ему сложилась западная медицина, был достигнут значительный технический прогресс, человечество научилось управлять природой.

Другой тип познания, отвечающий на вопрос «как?», основан на взаимодействии тела, разума и чувств и предполагает непосредственный опыт. Школьное образование пренебрегает этим видом познания и удерживает учащихся -от него. Но в действительности субъективное знание обладает великой силой.

Хороший пример субъективного знания приводит Чжуан-цзы в притче об изготовлении колеса.

Если я работаю без спешки, трудностей у меня не бывает, но колесо получается непрочным. Если я слишком спешу, то мне приходится трудно и колесо не прилаживается. Если же я не спешу, но и не медлю, руки словно сами все делают, а сердце им откликается, я об этом не сумею сказать словами.

Тут есть какой-то секрет, и я не могу передать его даже собственному сыну, да и сын не смог бы перенять его у меня. Вот почему, проработав семь десятков лет и дожив до глубокой старости, я все еще мастерю колеса.

Как колесный мастер владел «секретом» своего ремесла, так и даосские мудрецы искали «секрет» искусства жить. Чтобы почувствовать этот «секрет» телом и разумом, нужно пройти долгий путь. На этом пути приходит понимание, что тело, разум и дух неразрывно и естественно связаны между собой, а человек неразрывно и естественно связан со всей Вселенной. Для даосов нет различия между жизнью отдельного организма и жизнью Вселенной. В их мировосприятии — всеобъемлющем, тонком и глубоком — субъективное и объективное познание объединены в целостное постижение Дао.

Наша культура с трудом воспринимает субъективный опыт, в котором воедино слиты эстетическое и религиозное чувство. Причиной отказа западного человека от субъективного познания зачастую является страх. Мы боимся заглянуть в свой внутренний мир, в подсознание, ибо там зачастую скрываются потаенные страхи, подавленные сексуальные эмоции и желания, агрессия по отношению к окружающему миру. Но не стоит забывать, что подсознание — это источник творчества и созидания.

Ученые, приверженцы объективного подхода к познанию, зачастую отвергают субъективный подход, забывая о том, что он плодотворен не только в сферах художественного творчества и метафизического познания, но и в области научных открытий. В качестве примера можно привести Альберта Эйнштейна. Большинство открытий он сделал интуитивным путем — путем практически неосознаваемого хода мысли, а не при помощи точных расчетов, и только потом проверял свои смутные догадки «объективными способами».

К сожалению, в нашем материалистическом мире господствует объективное знание, а субъективное считается сомнительным и ненадежным. Философский словарь определяет «объективное» как реально существующее — в отличие от субъективного, которому, таким образом, отказано в праве на реальность.

Наша культура считает объективное реальным, а субъективное — мнимым. Но ни мистическое, ни научное познание мира невозможны без субъективного восприятия. Получить совершенно объективную картину мира невозможно, так как любые сведения, которые нам известны, мы узнаем через наблюдения, а это уже субъективный подход. Тем не менее европейское образование неуклонно прививает недоверие к субъективному познанию. И это недоверие к самому себе лежит в основе большинства духовных проблем человека европейской культуры.

Нам необходимо найти баланс между этими методами познания, — баланс, при котором они смогут сосуществовать бок о бок, а мы научимся доверять и объективным научным истинам, и субъективным ощущениям в равной мере. И даосская философия, подчеркивающая значение субъективного, интуитивного познания, может помочь нам обрести подобное равновесие. Чжуан-цзы говорит об интуитивном познании так:

Тот, кто полагается на внешнее восприятие, может лишь воздействовать на вещи. Тот, кто полагается на дух, имеет достоверное знание.

То, что духовное знание имеет преимущество над знанием вещей, признано уже давно. Однако же глупцы полагаются лишь на то, что могут видеть, и считают это общей истиной. Как это прискорбно!

Марк Форстейтер