Цитата сообщения Galyshenka http://www.forbes.ru/forbeslife-photogallery/dosug/263575-kak-na-kartinke-10-peizazhei-proslavlennykh-velikimi-khudozhnik/photo/1

Искусствоведы судят о картине, исходя из ее принадлежности к тому или иному художественному направлению; арт-критикам важно понять, как влияют на живопись изменения, происходящие в обществе; коллекционеры прикидывают примерную стоимость полотна на арт-рынке. Простого же посетителя музея часто интересует не столько мастерство художника, сколько сам пейзаж, изображенный на той или иной картине: порой хочется дожить до тех времен, когда научно-технический процесс позволит не только смотреть на картины, но и в буквальном смысле входить в них.
Ну а пока лишь поверхностное знакомство с давно известными местами:

«Рыбацкая лодка. Этрета. Нормандия», Василий Поленов


Где: Франция, Верхняя Нормандия, департамент Приморская Сена, Этрета
Когда: 1874
Благодаря живописным меловым скалам и аркам в них, Этрета всегда пользовалась большой популярностью как у простых туристов, так и у деятелей искусства. Здесь останавливались писатели Гюго и Мопассан, композитор Жак Оффенбах, художники Клод Моне и Гюстав Курбе. Не остался в стороне и Василий Поленов. Хотя его имя ассоциируется в первую очередь с картиной «Московский дворик», творческие интересы Поленова простирались далеко за пределы родины: он путешествовал по Европе, побывал в Австрии, Германии, Италии, Франции. В середине семидесятых годов XIX века Поленов вместе с Ильей Репиным провел несколько недель в Нормандии.

В отличие от французских импрессионистов, Поленов не поместил скалы в центр композиции, а сделал их фоном для изображения рыбацкой лодки: это сейчас Этрета существует в основном за счет туристического бизнеса, а вплоть до начала XX века здесь вели активный рыболовный промысел. Также на картине видна заостренная скала, выглядывающая из-за арки. Называется она l’Aiguille — «игла». Многие французы верят, что в ней спрятаны несметные сокровища, ранее принадлежавшие королевскому двору. Тем, кто отправится в Этрета в надежде найти клад или просто полюбоваться знаменитыми арками, обязательно следует свериться с расписанием приливов или отливов — в противном случае пляж может стать ловушкой.

«Скалистое ущелье», Каспар Давид Фридрих


Где: Германия, Верхняя Саксония, скальный массив Бастай, тропа художников Малервег
Когда: 1822-1823
Саксонская Швейцария по праву считается одним из самых живописных уголков Германии. Яркая зелень лесов, причудливые нагромождения скал и извилистая лента Эльбы послужили вдохновением для многих немецких художников эпохи романтизма. Среди них был и Каспар Давид Фридрих, автор десятков меланхолических пейзажей, в поклонниках которого числился сам Гете. Именно Фридриху посвящен один из отрезков тропы художников Малервег, проложенной через Эльбские песчаниковые горы.
Впрочем, поэтичное название «тропа художников» вряд ли передает особенности этого пути в самое сердце саксонской природы: Малервег, берущая начало в городе Пирна, действительно чрезвычайно живописна, но в целом представляет собой вовсе не прогулочную дорожку для вальяжных любителей искусства, а непростой и довольно изнурительный маршрут для опытных хайкеров. Его длина — 112 км, и преодолеть их за один день, разумеется, не получится: нужно закладывать неделю.
Конкретно с именем Фридриха связан второй этап маршрута, проходящий через скальный массив Бастай: его фрагмент запечатлен на картине «Скалистое ущелье» — какой именно, подскажет соответствующая табличка. В прошлом эти скалы служили чем-то вроде оборонительного кольца вокруг замка Нойратен, а само название Бастай пошло от немецкого bastei — «бастион».

«Пруд с кувшинками», Клод Моне


Где: Франция, Верхняя Нормандия, департамент Эр, Живерни
Когда: 1899
В местечке Живерни Клод Моне прожил более тридцати лет. К дому, в котором поселился художник, примыкала довольно запущенная территория размером в гектар. Общими усилиями семье Моне удалось превратить ее в прекрасный цветущий сад, а в 1893 году импрессионист приобрел находившийся по соседству болотистый участок и разбил на нем пруд с кувшинками, впоследствии многократно запечатленный на картинах Моне.
Появление изящного мостика, перекинутого через пруд, объяснялось увлечением художника японской живописью, в частности, творчеством Андо Хиросигэ и Кацусики Хокусая. Вторая мировая война мостик не пощадила, но по ее окончании он был восстановлен, и теперь в точности воспроизводит оригинал. Туристы могут не только посмотреть на мост с берега, но и пройтись по нему. Сад Моне сохранился до наших дней практически в первозданном виде — даже деревья здесь растут именно в том порядке, в каком их сажал художник. То же можно сказать и о доме-музее: подавляющее большинство предметов обстановки — подлинные.

«Крик», Эдвард Мунк


Где: Норвегия, Осло, холм Экеберг
Когда: 1893
Глядя на мирный пейзаж, открывающийся с холма Экеберг на Осло-Фьорд, сложно поверить, что именно этот вид изображен на заднем плане одной из самых зловещих картин в истории скандинавской живописи. В своем дневнике Эдвард Мунк писал: «Я гулял по дороге с двумя товарищами. Солнце садилось. Небо вдруг стало кроваво-красным, и я почувствовал взрыв меланхолии, грызущей боли под сердцем. <…> и я услышал бесконечный крик, пронзающий природу».
Помимо общего состояния тревоги, у Мунка были и другие причины питать особые чувства к этой местности: неподалеку находилась больница, в которой сестру художника пытались вылечить от душевного расстройства, и лес, где покончил с собой его друг. К тому же сохранились сведения, что поблизости была скотобойня — этим некоторые исследователи склонны объяснять обилие красного цвета на картине.
Теперь на холме Экеберг — парк искусств, где представлены работы как современных скульпторов, так и тех, кто уже стал классиками: Роден соседствует с Дианой Маклин, Ренуар — с Дэном Грэхемом. Марина Абрамович, задумав посвященную «Крику» акцию, разумеется, выбрала для ее проведения Экеберг: перформансистка предложила 270 жителям Осло забраться на холм, встать на фоне вдохновившего Мунка вида и от души поорать. Правда, не обошлось без вмешательства полиции: откликнувшиеся на призыв норвежцы подошли к делу столь ответственно, что жители окрестных кварталов, не посвященные в детали перфоманса, решили, будто на холме кого-то убивают.

«Деревянная часовня в Плесе» , Исаак Левитан


Где: Ивановская область, Плес
Когда: 1888
Деревянная церквушка Петра и Павла стояла в Плесе с конца XVII века. В 1903 году она сгорела, и в 1982 году на ее место из села Билюково перенесли церковь Воскресения, которая почти неотличима от предшественницы, изображенной на картине Левитана. Да и сама бывшая Петропавловская гора сегодня зовется горой Левитана. Церковь Петра и Павла можно увидеть еще на одном шедевре передвижника — картине «Над вечным покоем», о которой в письме Павлу Третьякову он сказал: «В ней — я весь. Со всей своей психикой, во всем своим содержанием...» А вот местность на этой картине не плесовская: Левитан писал ее на озере Удомля.
Три года, проведенные Левитаном в Плесе, стали едва ли не самыми продуктивными в его творческой биографии. Десятки местных видов были запечатлены на картинах художника, в 1972 году в городе открыли его дом-музей, а помимо горы Левитана здесь есть еще и березовая роща его имени. Культ Левитана в Плесе достигает таких масштабов, что в городе даже можно посидеть в «Кофейне Софьи Петровны Кувшинниковой», названном в честь возлюбленной художника, и попробовать «любимое печенье» живописца.

«Дорога в Лувесьене», Альфред Сислей


Где: Франция, регион Иль-де-Франс, департамент Ивелин, Лувесьен
Когда: 1873
Поиски натуры приводили импрессионистов в крохотные и, казалось бы, ничем не примечательные городки в окрестностях Парижа. Примечательными они становились лишь после того, как в салонах и галереях появлялись картины с их изображением. Такая участь постигла и местечко Лувесьен, чьи улицы и дома можно без труда узнать по полотнам Сислея, Писсарро, Ренуара. За прошедшие годы они мало изменились: тенистые аллеи, черепичные крыши, редкие прохожие. Город полон подсказок для посетителей, не слишком хорошо знакомых с творчеством импрессионистов: вдоль тротуаров расставлены стенды с репродукциями картин — в точках, где предположительно стоял мольберт того или иного художника.
В городке Ле Пор-Марли, расположенном в считанных минутах езды от Лувесьена, стоит так называемый «Замок Монте-Кристо» — особняк, построенный в середине 40-х годов XIX века для Александра Дюма. Тогда писатель находился в зените славы и был уверен, что может себе позволить воплотить в жизнь дорогостоящую мечту. Однако уже в 1848 году замок был описан, а Дюма погряз в долгах. Особняк долгие годы переходил из рук в руки, пока в 1972 году его не купили муниципальные власти и не превратили в туристический объект.

«Телега для сена», Джон Констебл


Где: Великобритания, графство Саффолк, Флэтфорд
Когда: 1821
Трудно назвать страну, которая заботится о сохранении национального культурного наследия больше, чем Великобритания. Благодаря деятельности организации The National Trust, множество деревень, отдельных зданий и просто красивых пейзажей дошли до наших дней практически в первозданном виде. Это касается, например, городка Флэтфорд, фрагмент которого изображен на самой известной картине английского художника-романтика Джона Констебла — «Телега для сена». Она входила в серию «шестифутовых» картин — автор называл их так за монументальные размеры. Именно «шестифутовики» принесли художнику долгожданную славу, хотя «Телегу для сена» первыми оценили не земляки Констебла, а посетители парижского Салона, в числе которых был писатель Стендаль.
На небольшом пятачке рядом Флэтфордской мельницей все по-прежнему: светлое здание с красной черепичной крышей (коттедж XVI века, принадлежавший в годы Контсебла фермеру по имени Вилли Лот), деревья, водоем. Телеги, правда, уже нет, но это вполне объяснимо: за последние 190 лет уровень воды в реке Стур заметно поднялся.

«Мост Ланглуа в Арле и стирающие женщины», Винсент Ван Гог


Где: Франция, департамент Буш-дю-Рон, Арль
Когда: 1888
Разводной мост Ланглуа на юге Арля, куда Ван Гог перебрался в 1888 году, неспроста привлек внимание художника. Наряду с другими десятью мостами, построенными вдоль канала от Арля до Пор-де-Бук, он был спроектирован голландским инженером и напоминал Ван Гогу о родине. Кроме того, мост ассоциировался у художника с японскими гравюрами, увлечение которыми посетило его в восьмидесятые годы.
В 1930 году оригинальный разводной мост был заменен железобетонной конструкцией, но уже в 1944-м немцы разрушили ее во время отступления. Когда дело дошло до восстановления, было принято решение заново отстроить мост в том виде, в каком его застал Ван Гог, — правда, на несколько миль дальше по течению. Сегодня его называют «Мостом Ван Гога», а установленная рядом репродукция полотна позволяет оценить, насколько местным властям удалось воссоздать исторический пейзаж.
Еще один шанс шагнуть в картину Ван Гога представится тому, кто решит поужинать в Арле в Café Van Gogh. Оно находится на месте кафе, изображенного на картине «Ночная терраса кафе», и в точности повторяет его оформление.

«Пон-дю-Гар», Робер Юбер


Где: Франция, департамент Гар, Вер-Пон-дю-Гар
Когда: 1787
Нашим современникам имя Робера Юбера вряд ли скажет о многом, но в XVIII веке этот пейзажист-монументальщик был известен на всю Европу как мастер изображения «прекрасных и величественных руин», по выражению Дени Дидро. Руины эти нередко были вымышленными, однако Пон-дю-Гар (мост через реку Гар) с одноименной картины вполне реален — в отличие от обрамляющих его сценок из сельской жизни. Последние показались критикам надуманными и, по их мнению, только усилили ощущение, что пейзаж — фантазия автора.
Очаровательные крестьянки уже давно не ходят с кувшинами за водой на берега реки Гар, зато купальщиков здесь по-прежнему немало. Кстати, Пон-дю-Гар на самом деле не мост, а занесенный в список всемирного наследия ЮНЕСКО древнеримский акведук — самый высокий из сохранившихся. Сооружен он был в 19 году до н.э., его высота составляет 49 м, длина — 275 м. В качестве моста акведук стали использовать лишь после падения Римской империи.

«Купчихи в Кинешме», Борис Кустодиев


Где: Ивановская область, Кинешма, площадь Революции
Когда: 1912
Картины Бориса Кустодиева — настоящая хроника жизни российского купечества. Его румяные дородные купчихи в ярких нарядах до сих пор считаются эталонами классической русской красоты, а Россия в его трактовке напоминает одну большую, шумную, непрекращающуюся ярмарку. Сам Кустодиев родился в Астрахани, однако сердце его было отдано Кинешме — уютному провинциальному городку, где художник впервые побывал в конце XIX века, а уже в 1905 году отстроил себе неподалеку дом.
На картине «Купчихи в Кинешме» изображена Верхнеторговая площадь (нынешняя площадь Революции), а также церковь Благовещения Пресвятой Богородицы, если смотреть на нее со стороны набережной Волги. Сохранились и так называемые Белые и Красные торговые ряды, построенные на рубеже XIX-XX веков и служившие плацдармом для бурной деятельности кинешемского купечества. Правда, вместо цветущих купчих там теперь хозяйничают продавщицы обычных магазинов.