Спасибо Ян за публикацию. Вы прирождённый блоггер. Писатель не сможет создать такой красочный и душевный рассказ. Хочу стать вашим ПЧ и желаю творческих успехов. Поздравляю с прошедшим первомаем и Днём Победы!

Доброго времени суток, Ян. Направляю Вам фотографию партийно - комсомольского актива спецкомбината №1 в марте 1942. Один из них - мой дед. А Ваш отец здесь есть?

ОНика, мой отец не был мобилизован, оставался гражданским. Второй слева во втором ряду в офицепрской форме.
О работе Спецкомбината №1 у меня есть большая статья А. Сариной, секретаря горкома партии, члена Комитета обороны Севастополя. Она знала лично отца, о чем писала материв конце 40-х. Есть опубликовынный в газете Слава Севастополя рассказ Валентины Луневой, работавшей на Спецкомбинате №2 с матерью и сестрой, о том, что произошло во время подрыва арсенала ЧФ, как они нашли отца, работавшего на Спецкомбинате №1, мертвым под скальными обломками после взрыва. Валентину Луневу я сам хорошо знал - это двоюродная тетя моей жены, мы часто бывали в Севастополе в 60-70-х.
Немного я написал и ко днбю освобождения Севастополя 9 мая (смотрите здесь: http://www.liveinternet.ru/users/ecolimp/post219123440).
Судя по всему, ваш дед и мой отец были знакомы.

Я сперва не правильно понял, о ком Вы говорите -"во втором ряду". Но, по моему, не он.
Мы жили в Феодоссии, отец работал в "филиале №81" (видимо Морзавода). 22 июня 1942 г. автобус вывез заводчан на отдых в Коктебель. Помню, кинулся я собирать цветные камешки, гальку. В середине дня за отцом пришла Эмка с заволда. Здесь все узнали: Война! Его направил Крымский обком партии на Морзавод. Он сперва работал и на Морзаводе и на Спецкомбинате №1 по-моему гл. инженером, но документов нет). Когда сообщение между Севастополем и Инкерманом стало затруднительно из-за обстрелов, он остался (его оставили?) на Спецкомбинате №1.

ОНика, добавлю. Показаные мной сканы открыток тоже говорят: первая - 24 марта отправлена еще из Севастополя (главпочта), вторая - в июне - уже с обр. адресом п/я 175. П/п/я - это уже, я думаю, Спецкомбинат №1.
В последнем полученном мамой письме отец писал, что немцы установили против входа в щтольни тяжелые орудия и бьют прямой наводкой. Это было во второй половине июня. Точной даты подрыва я не знаю, но Севастополь оставлен нашими 3 июля1942 г. Хотя на Херсонесе отдельные очаги сопротивления еще были. - это по опубликованных материалам воспоминаний, др.

Ян, часть информации нам подтвердил музей (тот, который на Сапун-горе, в нем есть зал, посвященный ВОВ). По ряду причин мы смогли с ними связаться только в 1987г. Музейщики познакомили нас с гл. механиком "Химчистки" - он на фото присел слева в первом ряду. Он прошел все испытания, остался жив. Ушел из жизни примерно в 1992г. Так что такие чудеса случались. Так вот он очень удивился, что у нас сохранились письма деда: у них не было связи с нашими. Факт наличия писем удивил и музейных сотрудников. Оригинал одного они у нас выпросили. Не знаю точную дату нашего последнего письма, т.к. архив сейчас в другом городе. Судя по одинаковым возможностям, Ваш папа так же был в числе руководителей.
Наткнулась случайно на Книгу Памяти http://www.memory-book.com.ua/people/search
Мы обращались в Подольск - информации ни какой. Подсказали, что архивы Спецкомбината должны находиться в архиве ЧФ в Гатчине. Делали ли Вы запросы?

ОНика, добрый вечер!
Рад продолжить общение. Спасибо за информацию, у Вас ее больше, чем у меня.
Мы (я с мамой) из Феодосии уехали в эвакуацию в Сызрань, там жила бабушка (мать отца) и две его сестры. Как только освободили Севастополь, мама взяв меня подмышку, поехала разыскивать отца, поскольку письменные запросы ничего не давали: отец не был военообязаным). Но в Севастополь не пустили - он сразу стал закрытым городом, осели в Новороссийске. Мама все это время писала в разные инстанции. Я упомянул А. Сарину - она единственная ответила хоть что-то. Все письма отца, всю переписку по розыску мама тщательно хранила. Но она отделила письма, адресованные отцом мне, от остальных, почему они и сохранились: она завещала положить переписку ей в гроб под голову. Ее завещание я исполнил. Письма, адресованные мне, таким образом сохранились.
В те годы сведений о том, что арсенал подорвали наши не было. Бывая в Севастополе (там с 60-х жили родители жены), обращался в музей ЧФ, в какие-то учреждения. В один из приездов появилась заметка в «Славе Севастополя» о подрыве арсенала нашими саперами. Я много позже нашел в интернете заметку об этом. Но не скопировал, а сайт исчез. Так же из интернета узнал, прочитал (скопировал!) рассказ Валентины Луневой. Это двоюродная тетя жены. Мы ежегодно, бывая в Севастополе, встречались с ней, но как-то разговор о войне не заходил. А у нее могли сохраниться некоторые документы… Примерно с 1987 г. интернет стал наполняться информацией об обороне Севастополя, появился форум. Но ничего конкретного я выудить не смог. Когда прочел рассказ Валентины Луневой, ее уже не было в живых. Запросил источник – парень из Балаклавы выложил просто заметку из газеты.
За ссылку спасибо, но она – на основе архива Минобороны, я бегло глянул. В том архиве только военнослужащие. Там удобный поиск по ФИО. Нашел двух полных тезок отца, но … не он. Вот что я знаю. Мне помнится со слов мамы, что отец работал главным – то ли инженером, то ли конструктором, то ли технологом.

Да, прошел по ссылке и всем другим - все сведения о военослужащих. О гражданских нет. Здесь тоже удобный поиск по ФИО.

И мы в Севастополь попали так поздно потому, что он был закрытым. А примерно в 1985 сотрудница предприятия, с которого на войну ушел дед, отдыхала в окрестностях Севастополя, попала в этот музей, задала вопрос: "а вы знаете, что вот такой человек работал на нашем предприятии?", услышала в ответ:"пишите запросы". Вот в то время это немногое нам и сообщили. Наверное, поэтому имя деда включили в Книгу Памяти Севастополя.
До Гатчины мы не добрались, очень хочется верить, что пока.

Постарайтесь попасть в Гатчину! Удачи!
Мы с первых же приездов в Севастополь ( в отпуска, начиная с 1961 г.) побывали и в Музее ЧФ, на Сапун-горе, в Инкермане. Панорамы на Сапун тогда не было, стеллу по-моему уже в те годы открыли. Побывали мы и в Новороссийске, я узнал дом, где мы жили, изрешеченный вагон еще с тех пор помню, сейчас он в Мемориале. Мои письменные запросы не привлекли внимание. В Музее ЧФ обнаружил в экспозиции групповое фото с моим тестем, он тоже воевал в Севастополе, имел награды – Ордена Отеч. Войны 1 и 2 степени, Красной Звезды, медали «За оборону Севастополя» и «За оборону Кавказа». Но он был военным, майором вышел в отставку.
Вы не смотрели по моей ссылке пост к Дню освобождения Севастополя 9 мая 2012 г.?
Сейчас вспомнил, мама говорила, что она писала даже Октябрьскому. Да, отец входил в число руководителей Спецкомбината №1 и его должны были знать, как ей казалось, высокие чины. Но вот Сарина откликнулась… Увы, даже ксерокопии ее письма нет…
Я не спрашиваю фамилии Вашего деда, ибо мне фамилия ничего не скажет. Хотя для полноты картины было бы неплохо озвучить. Пусть в интернете будет она, это тоже память.

У деда самая русская фамилия - Иванов Николай Иванович 1906 г.р.
Фамилию Вашего папы в письмах он, к сожалению, не упоминал.
Вообще, на мой взгляд, об обороне Севастополя войсками опубликовано достаточно много, а подвиг гражданского населения освещен скупо. Единичные факты, 2-3 фотографии, кочующие из статьи в статью.
Ян, Вы упоминали о выводе в укрытие работников спецкомбината в конце июня 1942. Что с ними стало дальше? Никто об этом не пишет. Может быть, Вам что-то известно?

ОНика, Добрый вечер! Да, фамилия деда что ни есть самая русская.
Я написал о том, что заявления "вывели в укрытие" - чисто пропагандисткий трюк. Никто, как я понимаю, никуда не выводил. Как м ожно было под прямым артобстрелом вывенсти несколько тысяч человек?! Я писал, что читал, как 15 саперов подрывали арсенал, но есть информация и о том, что это сделал по сути один человек - последнее из серии мифов. Мне попадался ролик - более часа продолжительностью - поисковики проникли в подземные разрушенные помещения. Там масса неразорвавшихся снарядов по сей день. Находили они и останки людей.
Я не скачал ролик, сейчас его не найти. О большом числе погибших под обломками скал говорила и Лунева в своем интервью. Многие ссылки, что у меня были взяты, сейчас не работают. Но я некоторые материалы все же копировал.
Да, о гражданских, о спецкомбинате №1 можно сказать не писали вовсе, лишь упоминали его как таковой. Только от Вас узнал, что было 4 предприятия, одно из них – «Химчистка». Я не знаю, откуда, но маме было известно (все письма и мои открытки со штампом Военной цензуры), что Спецкомбинат выпускал гранаты, мины. Морзавод ремонтировал военные суда. Ничего не писала об этом и Сарина, хотя ее статья – наиболее полная именно о Спецкомбинате, с фамилиями… Но написана она в отчетно-партийном стиле. Фамилии Иванов, Попов в ней не встречаются. Упомянут гл. инженер филиала Морзавода Готте Л. Я.

Добрый вечер, Ян!
Что-то запуталась с техникой, так что если моя заметка продублировалась, ничего не поделаешь, только учусь.
Ян, хочу попросить у Вас прощения. Ваш дневник я увидела в прошлом году. Не поверила, поэтому не откликнулась. Не могла понять, как на одном предприятии несколько людей могли занимать одинаковые должности. Все это время искала информацию, которая разложила бы все по полочкам. Простите меня!
Спецкомбинатом №1 руководил управляющий, поэтому предприятия, образовавшие его, смогли сохранить свою структуру управления. Завод "Химчистка" создавался в Симферополе, потом его эвакуировали в Балаклаву, от туда - в штольни Инкермана. Директор, возглавлявший "Химчистку" в Симферополе, стал управляющим, а дед соответственно вначале был гл. инженером, а в Севастополе совмещал оба поста "Химчистки". Сознательно не указываю фамилию этого человека, не хочу оказаться не точной (на групповом фото он во втором ряду в середине один из двух морских офицеров). Названия 2 других заводов не запомнила, возможно они не встречались. Оборудование Морзавода разделилось на 3 части - одну эвакуировали, одну переместили в штольни, третья осталась на месте. Поэтому, не имея под рукой документов, сложно понять какой специалист чем руководил.
Теперь о "выводе в укрытие". Были очевидцы этого. Последствия страшнейшие. Официальной информации не нашла, поэтому верить не хочу.
Жаль, что не сохранился ролик с места событий. Раньше было нельзя, а сейчас, наверное, мало кому интересно.
Все равно, Ян, я рада, что мы встретились. Надеюсь, будем обмениваться полезными ссылками.

ОНика, добрый вечер! Да, давайте не будем терять связь, пока есть возможность обмена новой информацией. Можети вам удобней перейти на почту, чтоб не заглядывать понапрасну в дневник Лиру. Моя почта указана в профиле - специально для откликов тем, кто не регистрируется, для этого у меня и доступ открыт всем, хотя почти все закрывают его.
Я прекратил некоторое время назад поиск информации. С появлением Вашего сообщения - вновь стал искать. Что-то нашел. Сообщу подробней позже. Ролик я нашел, ссылку вышлю. Кажется нашел ФИО руководителя и гл. инженера Спецкомбината № 1, мой отец не был, получается, гл ИНЖЕНЕРОМ. Что ж - метод исключения тоже полезен в поисках истины. Я не смогу несколько дней серьезно заниматься этим вопросом. Для определенности - моя почта ecolimp@mail.ru; mmiassky@ya.ru. Писать можно на любой.
Спасибо за сообщение! До связи.

ОНика, ОНика, здравствуйте.
Я прошу прощение за долгое молчание. Почту не сообщили, размещу здесь. Обстоятельства…
Но вот я занялся поисками и нашел ролик, о котором упоминал:
http://rutube.ru/tracks/2702795.html
Другие ссылки не работают, потому сообщу некоторые цитаты из сохраненных ранее по этим ссылкам документов.
Из заметки в газете "Крымская ПРАВДА" Что таят штольни Инкермана?

В конце июня 1942 года фашистские войска переправились через реку Чёрную. Они сконцентрировали свои силы под прикрытием отвесных скал. Захватить сходу арсенал им не удалось. Одну за другой они предпринимали яростные атаки на слабеющий гарнизон. У входа в Советскую балку скопилось много вражеских танков, артиллерии, живой силы противника. К тому времени в подземелье находилось более 500 вагонов боезапаса, и штольни были подготовлены к взрыву электрическим способом.
В каждой из штолен было установлено по три-четыре ящика дымного пороха, каждый с двумя толовыми 200-граммовыми шашками с капсюлем и бикфордовым шнуром. Судьбу арсенала решил начальник объекта этой балки техник-интендант Прокофий Саенко. В 2 часа 30 минут 30 июня 1942 года огромная монолитная скала приподнялась в воздух, раскололась и со страшным грохотом тяжело осела.
Очевидцы вспоминали, что в момент взрыва всё загрохотало, задрожала земля, на огромную высоту поднялся столб железобетона, камня и земли. Под каменными глыбами оказались сотни вражеских солдат, танки, орудия.
Были взорваны южные штольни с боезапасами. Остальные двадцать штолен остались неповреждёнными. В них до войны находился завод шампанских вин, а в период обороны Севастополя располагались спецкомбинат N 2 по пошиву одежды и обуви для защитников города и госпиталь.

Из Заметки в газете "Слава Севастополя" Инкерманские штольни: свидетельствуют живые

Валентина Сергеевна Лунева (Котлярова)*:
— Мы — коренные севастопольцы в шестом поколении. Оказались в Инкерманских штольнях всей семьей. Папа 1889 года рождения после эвакуации Морского завода работал в части, что находилась в штольне. Мама при штабе 25-й Чапаевской дивизии готовила, стирала. Мы, три сестры (1919-го, 21-го и 25-го г.р.), были зачислены в спецкомбинат. По 16 часов работали на швейных агрегатах, старшая—шила кирзовые сапоги, средняя сестра и я—меховые кожухи, брюки, гимнастерки, белье, маскхалаты—все, что нужно для фронта. Уже в последние дни обороны нам, сестрам Котляровым, и сестрам Сандуловым, доверили изготовлять запалы, для чего мы шили мешочки из парашютного шелка, которые потом в сопровождении комиссара Журавлева заполняли дробью уже в другой штольне, напротив, где хранились вооружение и боеприпасы.
В Инкерманских штольнях не раз бывал генерал И.Петров, а в начале июня прибыл адмирал Ф.Октябрьский. "Держитесь, девчата,—говорил он.—Севастополь мы не сдадим! На ваших руках производство и раненые". Мы и сами так думали, потому что были воспитаны в высоком патриотическом духе. А 29 июня за подписью Бобровой, директора 4-й госфабрики (теперь это фабрика им. Н.Ониловой ), мы получили маленькие справочки, что с ноября 1941 г. по 28 июня 1942 г. работали швеями-мотористками. И вот в 2 часа ночи взорвали штольню с боеприпасами.
Не передать словами, что это было! Варфоломеевская ночь! Все тряслось, как при землетрясении. Люди падали. Огромные камни с противоположной стены летели в нашу сторону, они забаррикадировали с той стороны дубовые двери. Через какое-то время появился офицер из штаба и начал тянуть меня поближе к входу. Там прорезалась небольшая дырка, и я, потянувшись за глотком воздуха, прильнула к этому оконцу. Увидела, как на моих глазах раздвигаются скалы, откалываются каменные глыбы и вся лощина покрывается валунами. Прошло еще немало времени, пока я услышала, что кто-то зовет: "Валя Котлярова!". Это были мама и сестры. Они оказались в подвале, где взрывались бутылки с шампанским, по колено в вине. Стали искать папу. Его завалило камнями. Там, на месте, он и погиб. А потом снова голоса: "Нас откапывают". Оказалось, немцы. Автомат мне в грудь: "Партизан?" Выгнали нас. Куда идти—неизвестно. Дом на улице Мясной (в самом центре, рядом с универмагом) разрушен. Хотели потом свои вещи забрать из штольни (ведь все наше осталось там), не пустили. Там все сожгли, было полно трупов.