Уже на следующий день доктор Барклэй с двумя родственниками, переодевшись в арабские бурнусы, отправился исследовать пещеру. До вечера они прятались на мусульманском кладбище напротив, дождались среди могил темноты, того часа, когда запирали ворота Старого города. Чувствуя себя в безопасности от любопытных, троица Барклэй пролезла внутрь, поползала по грязи, спустя некоторое время они смогли продолжить свой путь на коленях, потом распрямиться в полный рост и проникли в огромный зал. Доктор Барклэй провел первые исследования и измерения пещеры, первым опубликовал информацию о ней и, можно сказать, что именно он положил начало туристическому паломничеству в пещеру Цидкиягу. Таинственная пещера сразу же пробудила массу легенд. Рассказывали, как проникшие туда люди встречались с духами и видели бурлящую подземную реку, которая в действительности оказалась небольшим источником.
Потеряться в ней сложно, вход-выход - один, но здесь теряешь чувство времени и ориентации. Пещера втягивает в себя, засасывает в самые дальние свои углы, время и влага сочатся из трещин в скалах, твердые горные породы образуют ниши, в которых прячутся шелестящие тени. В пещере легко дышится, здесь постоянная температура (свитер не понадобится, но после раскаленной улицы в ней невыразимо приятно). Здесь масса неизведанных (так хочется думать, чтобы также считать себе первооткрывателем) углов, коридоров, проходов, закоулков, в каждый из которых хочется залезть и вообразить себя доктором Барклэем. Пещера – огромна. 9000 квадратных метров под землей мало представимы, пока их не увидишь воочию: каменные залы размером с цирковую арену высотой в 15 метров под 10-метровой толщей скал. Несмотря на то, что исследования пещеры продолжаются более 150 лет, до сих пор мало что о ней известно, хотя фольклористики вокруг этого творения рук человеческих, каменным языком уходящим на 230 метров под мусульманский квартал Старого города, сложено немало.
Вход в пещеру расположен в скале, служащей основанием для стен Старого города. Ее максимальная ширина – 100 метров. Древние каменотесы были очень трудолюбивы – столько вынести породы, путь и меловой, относительно мягкой, которую можно было вырубать огромными блоками. Именно такими блоками выложена площадь на Храмовой горе: из камня, называющегося на иврите «мэльке» - от корня «мелех» –царский. Из этого же камня был построен и новый Храм Иродом, и, видимо, этой каменоломней продолжали пользоваться и в последующие времена. В пещере отличный микроклимат, так что летом можно было работать в прохладце, зимой – защищенными от дождей. До сих пор видны в стенах прорубленные канавки, куда забивали сухое дерево, затем его смачивали, дерево разбухало и действовало как клин, выталкивая каменную глыбу наружу.

Первые исследователи пещеры, найдя соответствующие указания в книги Царей, решили, что именно здесь были расположены каменоломни Царя Шломо, первого вольного каменщика, построившего Первый Храм, что отвечало чаяниям как и доктора Барклэя, бывшего масоном, так и представлениям прибывшего из Британии во главе исследовательской миссии в середине 19 века капитана Чарльза Уоррена, также масона. С тех пор, в центральном, напоминающем цирковую арену зале пещеры раз в год проводится встреча вольных каменщиков из Англии и Израиля. Что там происходит прессе не известно, но пара поселившихся в пещере кошек до сих пор жива.

Зал вольных каменщиков:

 Источник