«История России» – красивая украденная и искаженная сказка.
Олег Панфилов



В минувший понедельник президент России потряс население Франции и Украины своими историческими познаниями. «Просвещенная французская публика знает о русской Анне – королеве Франции. Младшая дочь нашего великого князя Ярослава Мудрого была женой Генриха I и внесла существенный вклад в развитие Франции, будучи одной из основательниц как минимум двух европейских династий – Бурбонов и Валуа, одна из которых до сих пор правит в Испании», – с умнейшим видом поведал Путин во время совместной пресс-конференции с Эммануэлем Макроном. Новый французский президент сдержанно ухмыльнулся, украинцы же хохочут который день подряд. Но на самом деле в этом событии нет ничего особенного – это вполне в духе Путина и вообще россиян присваивать чужую историю.

Всю историю России и еще раньше историю Московии искажали намеренно по нескольким причинам: во-первых, чтобы скрыть присоединение территорий насильственным путем (почему в России при всем прочем этого стесняются – загадка), во-вторых, чтобы было непонятно, каким образом из трехмиллионного населения Московии в 15 веке через триста лет вдруг образовалось более 100 миллионов. Прирост, который не снился даже изобретателям «Виагры».

Историю «собирания земель русских» создавали постоянно, запрещая чужие книги о реальной российской истории и одновременно создавая собственные сказки о «великом русском народе», которого в природе не существует, как не может быть этнонима в прилагательной форме.

Известную фразу маркиза Астольфа де Кюстина «Поскреби русского – найдёшь татарина», которую почему-то называют русской поговоркой, можно встретить в самой русофобской книге 19 века – «La Russie en 1839», написанной по просьбе императора Николая I. В разной степени искажения эту фразу приводят большое количество русских классиков, а первоисточник, скорее всего, таится в фольклоре, самом надежном месте человеческого сознания, которое невозможно исказить.

Николай I вскоре пожалел, что благословил маркиза на путешествие по России, книга была запрещена не только в Российской империи, но в СССР. Несколько отрывков – неполные описания почтового тракта Петербург-Москва, Нижегородской ярмарки и другие были переведены в журнале «Русская старина» в 1890–1891 годах. Краткий пересказ книги московскому историку В. Нечаеву удалось в 1910 году издать за свой счёт. В 1930 году сокращенный в три раза с грубыми неточностями в переводе под названием «Николаевская Россия» текст был опубликован издательством политкаторжан. Впервые полное издание было осуществлено только в перестроечном СССР, в 1990 году.

Хотите узнать почему?

Вот несколько цитат из книги маркиза де Кюстена: «Россия — страна совершенно бесполезных формальностей», «Каждый старается замаскировать пред глазами властелина плохое и выставить напоказ хорошее», «Богатые здесь не сограждане бедных», «Недобросовестность печально отражается на всем и в особенности на коммерческих делах», «…в армии — невероятное зверство…», «…армия чиновников, эта сущая язва России. Эти господа образуют нечто вроде дворянства…». И, конечно, самые неприятные оценки: «Сколь ни необъятна эта империя, она не что иное, как тюрьма, ключ от которой хранится у императора…», «Теперь для меня нет больше сомнений и колебаний, я составил себе суждение об императоре Николае. Это человек с характером и волей — иначе он не мог бы стать тюремщиком одной трети земного шара,- но ему совершенно чуждо великодушие…».

Маркиз был автором той самой фразы, она же историческая загадка – про «русского», которого следует поскрести, чтобы понять, откуда он родом. Хотя на самом деле татарское происхождение имела лишь часть той огромной массы людей, которые кровожадные цари-императоры сделали «русскими» за последние 500-600 лет. Когда «русская» Анна Ярославна вышла замуж за французского короля Генриха І, там, где находится современная Московская область, жили меря, недалеко вятичи, мордва, кривичи и мещера. Говорили они кто на балтских языках, кто на угро-финских, западнее – на славянских языках. А на месте современной Москвы тогда были болота, в которых только-только рождалось население будущего царства, пока живущее в землянках и бревенчатых срубах, питающееся ягодами и грибами, иногда рыбой и мясом, когда случалось – хлебом.

«Русская» историография изобилует огромным количеством вранья – кажется, нет ни одного события за последние века, которое было бы не оболгано и не извращено.

В 1801 году Российская империя оккупировала Грузию – в первый раз, потом, в 1921 году, ее оккупировали большевики, в 1993 году войска РФ отняли Абхазию и Южную «Осетию», в 2008 году опять попытались захватить Грузию. Все это время российские и политики ссылаются на Георгиевский трактат 1783 года, ни разу не прочитав его внимательно. Но легенду все равно придумали – конечно, выгодную для себя, – и до сих пор утверждают, что Грузия сама попросила ввести войска.

В действительности Грузия попросила лишь политическую защиту, покровительство, а Российская империя взамен пообещала сохранить ей традиции трехтысячелетней монархии и автокефалию древнейшей Грузинской православной церкви. Но как всегда нарушила свои обещания и через 18 лет ввела войска, оккупировав вначале Картли-Кахетинское царство (Восточная Грузия), потом – Имеретинское царство (Западная Грузия). Что не мешает российским политикам и ольгинским троллям по-прежнему с полной серьезностью использовать Георгиевский трактат как оправдание оккупации – а тогда, и оккупации 2008 года.

Российские историки все больше и больше напоминают преступников, которые в свое время не были наказаны и поэтому совершают преступления постоянно. Ложь наслаивается на вранье, клевета – на дезинформацию, красивые сказки о «великой» истории России обволакивают сознание россиян и принуждают их думать, что они и на самом деле живут в «Третьем Риме», как замышляли со времен Ивана III Великого, князя Московии, присвоившего себе титул «Иоанн, Божьей милостью государь и великий князь всея Руси, Владимирский, Московский, Новгородский, Псковский, Тверской, Пермский, Югорский и Болгарский и иных».

Именно он стал основателем процесса «собирания земель русских», эвфемизмом, за которым скрывается банальная оккупация земель соседей. Иван III разрушил Новгородскую республики из зависти Ганзейскому союзу, его внук Иван IV Грозный продолжил кровавую историю будущей России.

Цензура – давнее увлечение российских правителей начиная с 11 века, в основном церковной, книги запрещались и сжигались, издателей преследовали и изгоняли, иногда убивали. Основателем официальной российской цензуры был Петр Первый, он же был и главным цензором, самостоятельно определявшим, кто имел право публиковать книги «к славе великого государя», а кто в целях «понижения нашего царского величества <…> и государства нашего» — такого права не имел.

Император Петр были первым пропагандистом, 13 января 1703 года учредив первую печатную газету «Санкт-Петербургские ведомости», которую сам редактировал и для которой сам писал тексты. Союз журналистов России, видимо, узнал об этом, потому что недавно отказался от празднования советского дня печати 5 мая – в честь выхода первого номера газеты «Правда». Теперь за образец взяты «Санкт-Петербургские ведомости», и свой профессиональный праздник российские «журналисты» будут отмечать в день публикации первой русский пропаганды.

Цензура стала любимым увлечение русских царей: поводов было предостаточно – к примеру, правление Елизаветы Петровны было примечательно тем, что императрица стремилась уничтожить все следы предыдущего кратковременного царствования своей свергнутой предшественницы, Анны Леопольдовны. А при общем либеральном характере реформ Екатерины II императрица, однако, обязала Императорскую Академию наук и художеств ужесточить надзор за ввозимыми в страну книгами; многие неугодные издания изымались из продажи и частных коллекций.

Указ Екатерины II от 27 сентября 1796 года утверждает: «Никакие книги, сочиняемые или переводимые в государстве нашем, не могут быть издаваемы, в какой бы то ни было типографии без осмотра от одной из цензур, учреждаемых в столицах наших, и одобрения, что в таковых сочинениях или переводах ничего Закону Божию, правилам государственным и благонравию противного не находится».

Большевики традиции цензуры продолжили после подписания Лениным 9 ноября 1917 года Декрета о печати, который утверждал не только идеологическую и политическую цензуру, но, прежде всего, историческую.

Если российские императоры запрещали печатать книги, то большевики кроме запрета стали заниматься пропагандой придуманной истории – в прессе, в литературе, потом в кинематографе, театре, на радио и телевидении. Большевистская историческая вакханалия воспитала несколько поколений людей, которые до сих пор живут красиво придуманными историями о многочисленных подвигах – от Чапаева и Котовского до 28-ми панфиловцев, Александра Матросова и «шпионской деятельности» Путина.

«История России» – красивая сказка, ничем не подкрепленная, во многом украденная и искаженная историками-пропагандистами. Они были всегда, с тех пор как появилась необходимость манипулировать историей, когда нет реальных летописей о реальных исторических фактах, а есть много раз переписанные «документы», в которых почти ничего не осталось от собственно истории. Когда данные археологических исследований противоречат выводам историков-теоретиков, основанных на фальшивых «летописях» и выдуманных событиях.

Современные российские историки продолжают «славные» традиции своих коллег из прошлого, подсовывая Путину справки о «православном Херсонесе», о «русском князе Владимире», о «русской королеве Франции Анне».

Но это тот случай, когда объект и «сам обманываться рад». Да и обманывать других тоже.

Источник