По просьбе Монархист выкладываю кое-что из творчества замечательного Белого поэта Ивана Савина.

БЕЛОЙ НОЧЬЮ
И.Савин

Кто из нас начал этот тяжелый, пытающий разговор, я уже не помню. Может быть, Кирилл, а, может быть, и просто белая, прозрачная ночь, когда как-то сами собой роятся и пенятся белые мысли и боль белая.

За окном, как живая, в огромной чаше неба плескалась эта светлая тьма, безлунная и светящаяся. Пели провода жалобно и глухо. Зеленые и оранжевые глаза трамваев, неожиданно загораясь, также быстро потухали за углом, недоуменно суживая мертвые зрачки. Иногда пробегал автомобиль, прыгал по мостовой экипаж, и стекла тихо вздрагивали.
Было десять часов вечера, но стрелка на стенных, покосившихся часах почему-то приближалась к двенадцати, и это тоже казалось странным. Как будто время, сорвавшись с какого-то непонятного нам уступа, стремительно падало вниз, не считаясь с нашими попытками задержать его, остановить простыми и страшными словами о недавнем прошлом. Вероятно, оттого так быстро, вырывая из прожитого запекшиеся куски, говорила Лидия Андреевна о «Гангуте», «Петропавловске», «Страшном»:
- Стреляли только в спину. И, главное, команды чужого, не своего корабля. Многих офицеров матросы любили, но они все-таки были убиты, так - из озорства, из удали. Издевались не только над живыми, но и над мертвыми. Помню расстреляли одного мичмана; жена принесла труп мужа в больницу, смыла кровь, одела для похорон, а на следующее утро труп стоял в углу, совершенно голый, с папиросой в мертвом рту. Опять мичман был одет и положен в гроб и опять таже история – труп в углу, а лежавший в той же больнице пьяный матрос сказал с хохотом несчастной женщине: долго мы перед вами вытягивались, пускай теперь он постоит, а мы полежим.

Люся закрыла глаза, и луч набежавшего трамвая скользнул по дрожащим векам, зелеными брызгами рассыпался по платью, скатерти, брызнул на пол и погас. Опять заструилась туманная рябь ночи.
- Ужасны должны быть мысли перед смертью, за час, за минуту до расстрела, - сказал Кирилл и улыбнулся. Улыбался он всегда и эта широкая, ребячья улыбка как-то особенно резко оттеняла жуть его слов.

- Было это на Гороховой, привели меня в камеру номер девяносто шесть. А там на столе – кусок хлеба и чай, совсем еще теплый, дым от папиросы еще не улетучился. Я не один в камере, у меня компаньон? – спросил я у стражи, но мне ответили: «Только что расстреляли». Никто из нас, живых, не может себе этого представить: пьешь чай, куришь, и вдруг: такой-то, без вещей, вниз! А внизу – шум грузовика. Ведь, как ни тяжело жить, а жить всегда хочется.
Он помолчал и с той же несуразной улыбкой прибавил:
- Всем жить хотелось. Все лестницы всегда были залиты кровью. Это кололи штыками и били нагайками по лицу тех, кто не хотел сходить вниз, в подвал, добровольно.

Пальцы Гули, оттененные темным рукавом и потому казавшиеся отрубленными ( в эту ночь все было окрашено диким ужасом прошлого) - медленно сжались; она посмотрела в угол, где, прильнув к спинке дивана, голова Люси, тоже какая-то неживая, сползла вниз, к пестрой подушке; обе наклонились над столом, над чашками остывавшего кофе. Им, молодым, непривыкшим к сломившему нас гнету, неприученным к крови, лившейся изо дня в день, из ночи в ночь, - подумалось мне, - не понятно, почему мы говорим об этом так размеренно – спокойно и тихо, а не кричим, не бьемся в судороге вопля.

- Когда нашу местность освободила добровольческая армия, - сказал я, - я вместе с другими, вместе со всем городом раскапывал общие могилы расстрелянных, утопленных и задушенных большевиками. Фотографировал трупы, составлял описи. Были лица с прокушенными губами, с глазами, вылезшими из орбит, - это бросали в ямы живых; у всех руки были скручены проволкой. У многих под ногтями оказались иголки, содрана кожа с рук, на плечах вырезаны погоны, на лбу - пятиугольная звезда. Буквально все женщины, не исключая девочек, детей офицеров, купцов или священников, изнасилованы, со следами мерзких издевательств на теле.... Один труп был найден с перебитыми коленями, другой с вилкой во рту, проколотой до затылка, третий с отпиленной головой. Это нельзя рассказать. Это надо было видеть. Я месяц не спал после этого, все мерещились выдавленные глаза, отрезанные уши и носы, эта неподдающаяся никакому описанию судорога нечеловеческой боли на перекошенных от ужаса лицах.

Снова проплыл трамвай, сверкнув круглым глазом. Кирилл, с той же улыбкой, сказал что- то. Кажется о том, что когда Лацис расстреливал на Дону пленных, его сын, восьмилетний мальчик, просил у отца револьвер, говоря – папа, дай я раз. Густым потоком вливалась в комнату белая ночь. Негромко шурша, колыхался маятник испорченных часов, пробегающих два часа в час.
Мимо занавешенного окна неторопливо прошел кто-то в котелке, с дымящейся сигарой в отвисшем углу брезгливо сложенных губ. Захотелось вдруг выйти на улицу, в светящуюся муть ночи, догнать его и сказать:
- Ты знаешь, в Симферополе чекист Ашикин выстраивал голых, связанных цепей людей, и мчась во весь опор на лошади, рубил им головы. А в Киеве чекистка Роза тушила папиросы, втыкая их в глаза заложников. А в Полтаве чекист по прозванию «Гришка- проститутка», раздев арестованных и выгнав их в сад перед своим домом, спускал на них рассвирепевших от голода собак. А в Мелитополе чекист Переплетчиков сажал на кол священников. А на Чонгарском мосту чекисты штаба тринадцатой армии сталкивали пленных в воду и расстреливали как дичь. А в Екатеринославе....

Господин в котелке посмотрел на меня с изумлением и процедил бы сквозь золотые зубы:
- Вы с ума сошли, что пристаете на улице к незнакомым людям?

- Нет, это ты с ума сошел, это ты. Я понимаю, червонцы, бриллианты, меха кровью не пахнут, вот ты и торгуешь с ними, конференции созываешь, признаешь их. Да, я понимаю. Но вот представь себе: твоего сына, брата, отца обливают кипящей смолой, как было в Ялте. А ты, может, эту самую смолу у них покупаешь. Ты вслушайся, вникни: твою жену, невесту двадцать-тридцать матросов до полусмерти замучили и ее же потом заставили тебе могилу рыть, а у тебя челюсти сворочены прикладами и язык вырезан, как было в Севастополе. Ты читал и не верил, а я вот именем Бога живого клянусь, что все это было. И сорванная человеческая кожа, и бочка с набитыми внутри гвоздями, куда бросали людей, и детей – может быть, твоих детей – и катали бочку по тюремному двору, и большие хлебы для арестованных, наполненные – так, ради потехи - человеческими испражнениями, и нагайки с железными наконечниками. А ты, может, это железо у них покупаешь. Ты не думай, я ничего от тебя не жду. Не придешь ты на помощь нам, помню я вашу помощь. Бог с вами со всеми, все продающими и все покупающими. Но вот, торгуя нашей кровью, как бы вы не утонули в своей. Или, думаешь, они пощадят вас, когда и твою страну и все страны завлекут в свой застенок? Думаешь, не будут смазывать сапоги твоим жиром, как смазывали в Харькове, не воткнут тебе в горло, вместо сигары, вилку как в Полтавской губерни, не закопают живым, как в окрестностях Симферополя, на даче Крымтаева?

Господин в котелке, иронически слушая меня, довел бы меня до ближайшего полицейского поста и сказал бы:
- Отвезите, пожалуйста, этого странного русского в больницу для умалишенных. Он, вероятно, начитался каких-то бредней и вот с ума сошел, все ужасы всякие выдумывает...

Прогудел автомобиль и смолк за углом. То подымая, то опуская невидимые крылья, кружилась белая ночь. В залитой зелено-лиловым светом комнате безропотно плыли чьи-то слова о том, как сбрасывали в море людей, а когда они цеплялись руками за борт, рубили им пальцы.
Часы стали. На половине первого. Будто не выдержало время русской боли, безумия русского и остановилось в эту призрачную ночь, чтобы запомнить навсегда, затвердить наизусть, записать где-то высоко над нами всю нашу бесконечную муку.


Сборник произведений поэта и материалов о нем - во вложении

Вложение: 3539126_IVAN_SAVIN.zip

Нового постоянного читателя - Монархист!
Кстати, это уже третий монархист в моем дневнике.;) И это радует, потому как я сам тоже монархист. Пусть не партийный, а мировоззренческий, но все же...

Рыба у меня в дневнике уже была, настал черед грибов:) Вот такие шампиньоны растут у моей мамы просто во дворе. Сами выросли. Жаль, не успел сфотать самые крупные до того, как их зажарили...

Мелочь, а приятно. :) Спасибо!

Поздравляю всех православных с праздником сретения Владимирской иконы Божьей Матери! А в нашем храме это еще престольный праздник. Был сегодня на службе. Впечатлений... передать не могу:) Лучше расскажу о нашем храме. Кочетокская церковь расположена на самом видном месте в посёлке – крутой горе, откуда открывается и самая живописная картина природы. В 1700 году на этом месте была построена Владимиро-Богородичная пустынь (монастырь), которая славилась чудотворной иконой Владимирской Божьей матери. О появлении этой иконы пишет священник шестого округа Григорий Дюков: «Над утёсом, из-под коего и теперь струится чудесный источник, выдавался корень срубленного дерева; здесь-то один из благочестивых иноков монастыря бывшего на вершине противолежащей горы, обрел стоящую икону Владимирской Божьей Матери и с благоговением принёс оную в обитель. Будучи поставлена в церкви, она в первую же ночь оказалась на месте своего явления. Будучи опять взята и поставлена в церкви, таки оказалась на том же месте. Желая иметь сие сокровище в своей обители, благочестивые иноки соборне дали обет: в день памяти Ея 21 мая и 23 июня торжественно поднимать Ея и приносить на место явления и совершить здесь во славу Ея молебное пение: тогда икона осталась в церкви… Обет оный исполнялся, пока, наконец, достиг того торжественного обряда, который теперь совершается два раза в год в силе таинства» . По преданию, от иконы Владимирской-Чугуевской Богоматери совершались многие чудеса, вследствие чего она пользовалась великим уважением в народе. Следующее предание гласит о том, что во время губительной эпидемии холеры, опустошившей окрестности благословенной обители, в 1830 году по общему совещанию духовенства, военного начальства и жителей, она «была поднята и носима по всему Чугуеву, и по обнесении всех частей оного с молебными пениями» к общему утешению болезнь прекратилась. В 1728 году пустынь была закрыта за укрывательство раскольников, все монахи были переведены в Всесвятский монастырь. А чудотворная икона осталась в деревянной приходской церкви. 8 августа последовал указ на имя Всесвятского игумена Димитрия открыть Богородичный монастырь и вернуть ему всё имущество по описи . В 1757 году был освящён новый каменный храм с великолепной колокольней. После окончательного закрытия пустыни храм остался приходским , а на месте явления иконы возле родника была построена часовня. К сожалению, она была разрушена и до нашего времени не сохранилась. А возле источника и теперь останавливаются в знойную пору прохожие, чтобы попробовать хрустально - чистой воды. Вот как описывает это святое место путешественник из Санкт-Петербурга в 1851 году: «…Мы спустились с такой высокой горы, какой я не видел на всём пространстве между Петербургом, Коломною и Чугуевом, не исключая и знаменитых Валдайских гор. На противоположном холме, в тени обработанного парка, светлеют домики – мазанки Кочетка и летние дачи чугуевских жителей. Внизу горы змеится синяя лента Донца, окаймлённая светло-зелёным тростником… Источник кочетокской воды течёт прямо из горы. Над ним устроена часовня…». Батюшка о. Василий, который поставлен в храме относительно недавно, всерьез заинтересовался историей храма и часовни. Насколько мне известно, будет подниматься вопрос о восстановлении часовни возле источника, по крайней мере, музейщики передали священнику все имеющиеся у них материалы и фотографии. Был я сегодня и у источника. Испил воды и облился ею. Хо-ро-шо!...;)

Что-то увлекся я предками...
18 апреля 1913 года. Моя бабушка (слева). Правда, не родная. Сестра деда. Того самого.
В каком монастыре она спасалась, я не знаю...

В прямом и переносном смысле:) Сканер, который я наконец-то себе купил, маленький и изящный. А еще стильный. Кроме того, тихий. А главное - качественно работающий. И при этом дешевый. В общем, я рад. Чуть-чуть:)

Вот такую штуку чудесную я намедни раздобыл.:)
Правда, похоже, не полностью, а только фрагмент. Пять страниц с нотами в общей сложности. И вот какой вопрос меня волнует: реально ли человеку разбирающемуся в музыке по этим нотам мелодию восстановить? Или, может быть, узнать - если она известная? А в идеале - сыграть. Кажется, есть такие программы...
На всякий случай, выложил ноты (ок. 600 кб) здесь:
http://depositfiles.com/files/244035/____.rar.html

Когда мой дед был политзаключенным, один его солагерник, художник, нарисовал цветными карандашами его портрет. Сейчас он у меня. Как следует из подписи на обороте, портрет был нарисован 19 апреля 1953 г. в г. Углеуральске Молотовской обл., п/я 5, ЛК 1 (это наверно обозначение зоны).
1945-1953. За 8 лет дед разительно изменился...

В Печерском районном суде г. Киева 4 сентября 2006 г. в 9.00 состоится слушание иска лидера политической партии «Союз анархистов Украины» Вадима Черного к Президенту Виктору Ющенко. Об этом сообщает пресс-служба САУ.
Иск требует отмены Указа 793 от 16.05.2005 г. «Об увековечении памяти выдающихся деятелей Украинской Народной Республики и Западно-Украинской Народной Республики» в той части, которая касается памяти командующего войсками УНР С. Петлюры.
Решение французского суда района Ассиз в Париже от 26.10.1927 г. признало вину Петлюры в геноциде. Решение французского суда по уголовному делу признается в нашей стране с 12.06.2003 г. на основании подписанной Украиной Европейской конвенции о международном действии уголовных приговоров.
_________________________________________________________________________________________
О результатах пока ничего не сообщают...
Интересно, почему еще никакой французский, или на худой конец хоть папуа-гвинейский суд до сих пор не признало вину в геноциде тов. Ульянова-Ленина сотоварищи? Вроде как факт геноцида очевиден... А хорошо бы через суд поубирать нафиг все егоные памятники....:) А текст "петлюровского" иска - в комментах

Говорят, я на него похож.
Таким он был в 1945 году. Снимок сделан в Германии.

«Генерал Харьков» и «генерал Дроздов»

Говорят, будто в 1919 году в британском парламенте чуть ли не сам премьер-министр Ллойд-Джордж говорил о помощи «русским генералам Колчаку, Деникину и Харькову». Эта фраза тогда вошла в поговорку и стала анекдотическим символом европейской безграмотности. Так, например, английская дама из «Университетской поэмы» Набокова, очевидно, вслед за главою кабинета, «... полагала, между прочим, что Харьков - русский генерал». Смешно, не правда ли? Впрочем, вправе ли мы смеяться? Если верить 26-томному энциклопедическому изданию «История городов и сел УССР», изданному в 1967 году по постановлению ЦК Компартии Украины, тот же Харьков в том же 1919 году захватили «белогвардейские полки генерала Дроздова». Британскому политику, в общем-то, простительно – мог оговориться или перепутать непривычные русские имена и названия. К тому же, наверняка премьеру тут же указали на его ошибку более осведомленные в русском вопросе коллеги-лорды. Несуществующий же харьковский «генерал Дроздов» вот уже почти сорок лет кочует по страницам книг и статей местных краеведов, бездумно цитирующих солидный труд под редакцией коллектива авторитетных ученых-историков. Такой вот анекдот…
Вспомнить же об этих двух анекдотах – английском и советском меня заставил звонок одного из читателей, раздавшийся в редакции «Вечерки» вскоре после выхода статьи «Харьковские приключения белогвардейского разведчика». Звонивший харьковчанин оказался человеком довольно хорошо осведомленным в истории родного города. И поэтому вопрос его прозвучал с некоторым оттенком укоризны: «Это хорошо, что Вы написали о корниловском разведчике, но почему же не словом не упомянули о Дроздовцах? Ведь это они освобождали город в 1919 году…».
Конечно же, дорогой читатель! Именно они, Дроздовцы – краса и гордость Добровольческой Армии, вошли в наш город тем летом. А вовсе не «генерал Дроздов».
«…Я прошел по России не менее 2 тысяч верст, видел много занятых городов, но нигде белых не встречали так трогательно, как в Харькове, - вспоминал в эмиграции наш земляк, харьковчанин, генерал Борис Александрович Штейфон. - Звуки музыки привлекали внимание жителей, и со всех сторон бежали навстречу нам толпы людей. Из всех окон неслись приветствия. Отовсюду сыпались на войска цветы. Когда в конце длинной Екатеринославской улицы я обернулся назад, то увидел сплошной колыхающийся цветник. У каждого на штыке, на фуражке, под погонами, в руках были цветы. В те минуты так остро чувствовалось, что мы действительно явились спасителями и освободителями для всех этих плачущих и смеющихся людей... Особенно резко запечатлелась в моей памяти одна мимолетная сценка. … Барышня-подросток в белом платье, с бледным личиком, вышла на балкон, по-видимому, без всякой цели и, выйдя, смотрела в противоположную от нас сторону. Нас она не замечала. В эту минуту заиграла музыка Дроздовцев. Барышня обернулась. В одно мгновение на ее лице отразилась целая гамма чувств: удивление, радость, экстаз. Она буквально застыла с широко раскрытыми глазами. Затем всплеснула руками и бросилась в комнаты. Вероятно, сказать домашним о нашем проходе. Еще через мгновение весь балкон был заполнен людьми. Они махали руками, платками, что-то кричали. Милая барышня одновременно и смеялась, и махала нам своим платочком, и утирала им глаза. Больше никогда я не встречал эту барышню, но и теперь, много лет спустя, она, как живая, стоит перед моими глазами. Вся беленькая, она так ярко олицетворяла белую радость белого Харькова...».
Мелодия марша, которому так радовались тогда харьковчане, наверняка знакома большинству их сегодняшним потомкам. А вот слова – далеко не всем. Ибо марш этот, как и большинство других белых песен, впоследствии был переделан красными – вместо «Из Румынии походом шел Дроздовский славный полк…» стали петь «По долинам и по взгорьям шла дивизия вперед…».

Из Румынии походом…

На заре Гражданской войны, когда по всей стране уже царили ненависть и безумие, растерянность и смятение, лишь немногие не утратили способность мыслить трезво, смогли увидеть надвигавшуюся угрозу и мужественно выступили против нее с оружием в руках. Впрочем, даже без оружия, движимые одной лишь силой духа и любовью к Родине шли на Дон первые добровольцы - юнкера и кадеты, студенты и гимназисты, фронтовые офицеры и сестры милосердия.… А на Румынском фронте, который дольше других фронтов сохранялся от развала в охватившем страну революционном хаосе, отряд добровольцев сформировал мало кому известный командир армейской пехотной дивизии полковник Михаил Гордеевич Дроздовский. В феврале 1918 года чуть более тысячи человек, больше половины из которых были офицерами, под его началом выступили в поход из румынского города Яссы, держа путь на Ростов.
Что двигало этими людьми, уставшими, как и все, от войны, но предпочетшими отдыху на печке тяжелейший поход и новую войну? Вот как писал об этом впоследствии знаменитый генерал Антон Васильевич Туркул в своей книге «Дроздовцы в огне»: «Мы взялись за оружие, чтобы бороться с захлестывавшей тогда Россию большевистской волной. На нашу долю выпала горечь и честь быть первыми, начавшими эту борьбу. Мы начали ее, когда многим еще не ясны были контуры того всепоглощающего рабства и погашения духа, которые безбожное, материалистическое коммунистическое учение несло с собою не только России, но и всему миру….Дроздовский был выразителем нашего вдохновения, сосредоточием наших мыслей, сошедшихся в одну мысль о воскресении России, наших воль, слитых в одну волю борьбы за Россию, и русской победы. Между нами не было политических разнотолков. Мы все одинаково понимали, что большевики не политика, а беспощадное истребление самых основ России, истребление в России Бога, человека и его свободы…».
Два месяца длился этот поход. Два месяца непрерывных боев. За время похода к отряду присоединялись все новые добровольцы. В отбитом у большевиков Мелитополе на складах нашлись огромные запасы сукна. Из него добровольцы полковника Дроздовского и пошили собственную новую форму. Так появились малиновые фуражки с белым околышем и малиновые погоны с белой литерой «Д», которые носили впоследствии все «Дроздовские» части.
В апреле отряд Дроздовского взял Ростов, соединился с восставшими казаками, а в мае – и с Добровольческой армией. Отряд быстро пополнялся и вскоре вырос до дивизии. В боях разгоревшейся войны эта дивизия неизменно показывала себя блестяще. В одном из этих боев, в октябре 1918 года, полковник Дроздовский был тяжело ранен. Уже в госпитале он был произведен Деникиным в генерал-майоры. Но надеть генеральские погоны ему так и не пришлось -1 января 1919 года Михаил Гордеевич, которому еще не было и сорока лет, скончался. Вскоре после его кончины 2-му офицерскому полку его дивизии было даровано шефство Дроздовского. Так появился Дроздовский полк.

Враг под натиском бежал…

А через полгода Дроздовцы вошли в Харьков. Вернее – ворвались стремительным ударом. О том, как это было, пожалуй, никто не расскажет лучше, чем сделал это спустя годы сам их командир - возглавивший атаку батальона Дроздовцев 25-летний полковник Антон Васильевич Туркул.
«Это было прекрасное утро, легкое и прозрачное. Батальон пошел в атаку так стремительно, будто его понес прозрачный сильный ветер. Если бы я мог рассказать о стихии атаки! Воины древней Эллады, когда шли на противника, били в такт ходу мечами и копьями о медные щиты, пели боевую песнь. Можно себе представить, какой страшный, медлительный ритм придавало их боевому движению пение и звон мечей. Ритм же наших атак всегда напоминал мне бег огня. Вот поднялись, кинулись, бегут вперед. Тебя обгоняют люди, которых ты знаешь, но теперь не узнаешь совершенно, так до неузнаваемости преображены они стихией атаки. Все несется вперед, как вал огня: атакующие цепи, тачанки, санитары, раненые на тачанках, в сбитых бинтах, все кричит «ура». В то утро наша атака мгновенно опрокинула красных, сбила, погнала до вокзала Основа, под самым Харьковом. Красные нигде не могли зацепиться. У вокзала они перешли в контратаку, но батальон погнал их снова. Первая батарея выкатила пушки впереди цепей, расстреливая бегущих в упор. Красные толпами кинулись в город. На плечах бегущих мы ворвались в Харьков. Уже мелькают бедные вывески, низкие дома, пыльная мостовая, окраины, а люди в порыве атаки все еще не замечают, что мы уже в Харькове. Большой город вырастал перед нами в мареве. Почерневшие от загара, иссохшие, в пыли, катились мы по улицам…».
Харьков стал, пожалуй, самым ярким воплощением слов Дроздовского марша:
«Шли Дроздовцы твердым шагом,
Враг под натиском бежал,
И с трехцветным русским флагом
Славу полк себе стяжал!»
Победа была полной. Единственным «крепким орешком» оказался броневик «Товарищ Артем». Он носился по центру города, поливая все вокруг пулеметным огнем, пока огонь артиллерии не заставил его замолчать. Команда броневика успела убежать и спрятаться на ближайшем чердаке. Туда и привел Дроздовцев харьковский старик-еврей. Четверых здоровенных матросов-чекистов окружили и взяли в плен. Труднее оказалось спасти их от самосуда харьковчан. «Толпа уже ходила ходуном вокруг кучки пленных, - вспоминал Туркул. - Я впервые увидел здесь ярость толпы, ужасную и отвратительную. В давке мы повели команду броневика. Их били палками, зонтиками, на них плевали, женщины кидались на них, царапали им лица. Конвоиры оттаскивали одних, кидались другие. Нас совершенно затеснили. С жадной яростью толпа кричала нам, чтобы мы прикончили матросню на месте, что мы не смеем уводить их, зверей, чекистов, мучителей. Какой-то старик тряс мне руки с рыданием: — Куда вы их ведете, расстреливайте на месте, как они расстреляли моего сына, дочь. Они не солдаты, они палачи...».
Насколько сильна была ненависть харьковчан к большевикам, настолько же горяча была их благодарность и любовь к своим освободителям. И, прежде всего – к Дроздовцам, первым вступившим в город. Харьковские газеты тех дней пестреют сообщениями о выражении горожанами этой благодарности. Так, например, в саду на Рымарской состоялся благотворительный концерт в пользу увечных воинов-Дроздовцев и их семей. А во время торжественного богослужения по случаю избавления Харькова от гнета врагов Русского народа, епископ Федор благословил белых харьковской святыней, передав командиру 1-го Армейского Корпуса Добровольческой Армии генералу Кутепову чудотворный образ Озерянской Божьей Матери. «Приказываю поднесенный мне образ хранить старейшему из полков 3-й пехотной дивизии, занявшему город Харьков 2-му Офицерскому генерала Дроздовского полку, и уверен, что полк этот своими новыми боевыми трудами еще более утвердит славу крестного подвига, над которым почиет Божие благословение» - говорится в специально изданном по этому случаю приказе генерала Кутепова. Увы, дальнейшая судьба чудотворной харьковской иконы неизвестна…
Зато известно, что не только своей святыней Харьков породнился с Дроздовцами. Город, успевший испытать ужасы «красного террора», дал белым громадное количество добровольцев – около 10 тысяч!. Множество из них стремились попасть именно в Дроздовские части. В Харькове один офицерский генерала Дроздовского полк развернулся в целых три полка, которые вошли в дивизию, также названную Дроздовской. Все новобранцы торопились надеть новые цветные фуражки и погоны. Один местный шапочник еще до прихода белых заготовил сотни таких фуражек и теперь бойко торговал ими. И, как вспоминали очевидцы, Харьков был буквально залит «дроздовским» малиновым цветом.
Новобранцы-харьковчане отличились уже под Сумами, где Дроздовцы разгромили отборную Червонную дивизию и разбили несколько бронепоездов. Дроздовский марш по тылам красных от города Димитровска сорвал наступление армии Уборевича. Но уже осенью под натиском красных белая армия начала отступать. Дроздовцы отходили в арьергарде, прикрывая отступление. В одном из боев Дроздовцы под оркестр при поддержке бронепоездов отразили атаку всей армии Буденного! В другом бою 2-й конный Дроздовский полк опрокинул буденовцев, взял в плен оркестр трубачей буденовской армии, а сам Буденный спасся буквально чудом…
Свой последний бой Дроздовцы приняли на Перекопском валу. Остатки дивизии покинули Россию одними из последних…

ZAPL, добро пожаловать! :)

Вчера был на рыбалке. С друзьями. Дегустировали "золотую" водку:). И не только ее... Дабы не превращать мероприятие в банальную пьянку, добросовестно посидели с удочками.Ловилась мелочевка "для кота". А вот сеть дала улов побольше. Правда, лишь размером, а не количеством.:)

Приветствую нового ПЧ! Обычно к своим читателям я тоже в читатели записываюсь. А тут воздержался... Смутило меня содержание дневника. Не понимаю я как тексты молитв в нем могут уживаться с матами и фото обнаженной натуры...

Кому-то. За симпатию. :)

Добро пожаловать, hl112c! :)

Компакт-диски с песнями М.Г. Устинова по цене 200 руб. за диск можно заказать по адресу: dariakudp@mail.ru
Диски находятся в Москве. Количество ограничено. Тот, кто не знаком с творчеством Устинова, может ознакомиться с ним, скачав одну из песен:

http://depositfiles.com/files/228838/_______________.mp3

http://depositfiles.com/files/228799/____________... .mp3

http://depositfiles.com/files/228820/____________... .mp3

Предвижу шквал воплей "возмущенных читателей" после выхода в завтрашнем номере этой статьи:)
__________________________________________________________________________________
Православная общественность Харьковщины обратилась с открытым письмом к Президенту Украины

То, что в Украине постепенно назревает конфликт на церковно-религиозной почве, по-моему, уже является очевидным фактом. И тревожные реплики по этому поводу раздаются все чаще. Едва ли не самая громкая прозвучала на днях в Харькове.

Более десяти тысяч верующих харьковчан — прихожан Украинской Православной Церкви (Московского Патриархата) обратились к президенту Украины Виктору Ющенко с открытым письмом, в котором выразили обеспокоенность ростом религиозной напряженности в стране. Инициаторы этого обращения — представители православной общественности — в минувший понедельник рассказали об этой акции журналистам. Роль глашатая взял на себя «Институт поддержки культурно-исторических традиций» — харьковская общественная организация, доселе в политических акциях не замеченная, а более известная культурно-просветительскими акциями. Впрочем, по словам лидера этой организации Владимира Брехунца, и письмо к президенту, и посвященная ему пресс-конференция также не имеют ничего общего с политикой.
— Мы не представляем и не поддерживаем ни одну из политических партий и просим не отождествлять нас ни с одной из них, — заявил он. И, похоже, не соврал. Ибо уж больно не походил диалог на традиционные партийные «прессухи». Красноречием большинство ораторов не блистало, зато эмоции, можно сказать, переливались через край. Одним словом, в искренности выступавших сомневаться не приходилось.
Главной причиной беспокойства православных сегодня является активно провозглашаемая на государственном уровне, и президентом в частности, идея создания «единой поместной» или «национальной» церкви. Помимо того, что, по мнению верующих, идея эта сама по себе антихристианская, так еще светская власть, не очень сведущая в церковных законах, намерена объединять заведомо необъединимое. Каноническую УПЦ — с неканоническими УПЦ (КП) и УАПЦ. Обе последние организации, по мнению десяти тысяч харьковчан, являются не православными церквами, а как сказано в письме президенту, «раскольническими сектами православного обряда», к которым оный президент подчеркнуто благоволит.
С фактом президентского благоволения трудно не согласиться. Как и с фактом непризнания Всемирным Православием ни «Киевского патриархата», ни автокефалов. Тем не менее те и другие продолжают официально именоваться православными церквами. Парадокс? Нет, всего лишь следствие разности светского и религиозного смыслов, вкладываемых в понятие «церковь».
Для государства, политиков и чиновников церковь — просто социальный институт, управляемый государственными законами, для верующих — сакральная общность, руководимая законами духовными и построенными на них церковными правилами.
Одно из главнейших — прямая преемственность священников через таинство рукоположения от основателя церкви — Иисуса Христа. Это главное условие любой христианской церкви. Из всех имеющихся сегодня в Украине конфессий соблюсти это правило сумела только УПЦ (МП).
— Украинская православная церковь может неопровержимо доказать свою священнопреемственность от любого священника до Христа. — сказал на пресс-конференции священник Свято-Усекновенского храма Харькова протоиерей Виктор (Гузенко). — Меня рукополагал покойный уже архиепископ Александр, его, в свою очередь, Патриарх Алексий, и так далее, по цепочке, следуя которой мы дойдем до 988 года, когда была крещена Русь. А она получила крещение от греков — Византийской церкви, которая ведет такую же цепочку до апостола Андрея Первозванного — одного из апостолов Христа…
По словам о. Виктора, первая «не церковная церковь» — УАПЦ — появилась в Украине 85 лет назад, когда ее основоположник священник Василий Липкивский сам себя «рукоположил» в епископы. Все мировые православные церкви так до сих пор и не признали «незаконнорожденную сестру». Как и ее «юного брата» — «Киевский патриархат», лидер которого, как известно, за многократное нарушение церковной «конституции» — Апостольских правил — был лишен церковью священнического сана, предан анафеме и, соответственно, потерял способность совершать церковные таинства, в том числе — рукоположение священников. А обряд без таинства — всего лишь формальность.
Как говорят верующие, они не против существования в Украине единой православной церкви. Но на началах, принципиально отличающихся от тех, что, по их мнению, намерено проводить в жизнь государство.
Единственно возможный выход, заявляют они, — это покаяние самозванцев и возвращение их в лоно канонической церкви в статусе простых мирян. Но никак не объединение с этими самозванцами на паритетных началах. Тем более, что в качестве одного из субъектов такого объединения власть рассматривает церковь иной веры — Греко-католическую.
«Это что, новая Уния?» — вопрошают верующие. По их мнению, в своих попытках создания единой церкви украинская власть рискует спровоцировать непредсказуемые по своим масштабам и проявлениям социальные потрясения. И не только потому, что оскорбляет чувства верующих, «не видя» разницы между обрядом и таинством, между культовой организацией и церковью. Наряду с демонстративным пиететом государства по отношению к «Киевскому патриархату», православные говорят о кампании по дискредитации УПЦ (МП). Это и факты силовых захватов храмов, и шельмование в СМИ, и публичные оскорбления, в частности — на недавнем всемирном форуме украинцев в Киеве, где, кстати, присутствовал и президент Ющенко. И молча слушал эти самые оскорбления, игнорируя не только чувства, но и права огромной массы граждан Украины…
Похоже, именно после этого упомянутые граждане обиделись. И решили спросить президента: мол, с кем вы, Виктор Андреевич?
— Главная цель нашего письма — окончательно расставить все точки над «і», — заявил Владимир Брехунец. — Мы хотим, чтобы президент и украинская власть окончательно определились — с кем они и на чьей стороне.
В религиозных вопросах, в делах веры компромиссы невозможны! Тезис о создании «единой церкви» — миф и провокация. Мы хотим знать — намерена ли власть идти на эту провокацию. Знать — и планировать, как нам себя вести в дальнейшем.
Если власть будет продолжать начатую политику, игнорируя мнения и чувства верующих, то трагического сценария Украине не избежать. И ответственность за возможные социальные потрясения в этом случае целиком и полностью ложится на власть.
Впрочем, мы все же надеемся, что этого никогда не произойдет. Не дай нам этого Бог!

Составление вашего психологического портрета окончено. Результаты: Пофигист обыкновенный.

Вы считаетесь только с собой и весьма агрессивно пресекаете попытки вторгнуться в ваш внутренний мир. Вы замкнуты, но не лишены самоиронии. На одежду вам почти совсем наплевать. Внешне вы сами себе кого-то напоминаете. Жизнь для вас слишом серая и будничная, и во всем можно кого-то обвинить. Материально вы не так состоятельны, как хотелось бы, а поэтому работаете из-под палки, чтобы прокормиться. Вам плевать на всех, кто по вашему мнению, бесперспективен и бесполезен. Вы любите отдых и халяву и ищете последних где только можно. Ваш плюс — нестандартный взгляд на многие вопросы. Следует избавиться от возможной неуверенности и начать самосовершенствование по принципу "я". Люди обходят вас стороной и лишь немногие задерживаются. У вас отлично развито чувство гордости в сочетании с беспросветной ленью. Но вы хотите продолжить жить, потому что всем интересно: что там за горизонтом?

Пройти тест