Поэзия Микеланджело

Поэзия была для Микеланджело четвертой музой, быть может, самой спорной, до сих пор вызывающей множество вопросов. Он не любил пускать свои стихи в свет. Даже по сей день потомство мало знает их: они наименее раскрыты и наименее ценимы из всего наследия Микеланджело. Современники же почти не знали их совсем.

Большинство из дошедших до нас почти 200 стихотворений Микеланджело было написано в последний римский период. Лирика Микеланджело отличается глубиной мысли и высоким трагизмом; в ней Микеланджело рассказывал о любви, трактуемой как извечное стремление человека к красоте и гармонии, об одиночестве художника во враждебном мире, о горьких разочарованиях гуманиста при виде торжествующего насилия. Излюбленные стихотворные формы Микеланджело - мадригал и сонет. Вышедшие из под его пера сонеты, стансы и другие лирические произведения отличаются философской глубиной мысли и напряженной выразительностью языка, силой и сжатостью оборотов фразы, возвышенностью выраженных идей и искренностью чувства, но в них ощущается недостаток огня и свободного полета фантазии. В его поэзии не было легкости его современников. Он не довольствовался приближением к образцу, а старался перелить в стихи собственную мысль. В скульптуре он черпал сравнение и образы, отсюда его необычность, отличие от других поэтов того времени.

Основными темами лирики Микеланджело были любовь и смерть, человек и Бог. Содержание этих стихотворений — любовь, искусство, поклонение красоте, стремление к вечному и божественному. Особенно интересны сонеты и послания, посвященные маркизе Виттории Колонна, предмету платонической любви художника.

В последние годы жизни мысли Микеланджело все чаще обращены к смерти, и, как он сам говорит в одном из своих стихотворений, ни кисть, ни резец уже не приносят ему забвения.

«Кто хочет найти себя и насладиться собою, — пишет он, — тот не должен искать развлечений и удовольствий. Он должен думать о смерти! Ибо лишь эта мысль ведет нас к самопознанию, заставляет верить в свою крепость и оберегает нас от того, чтобы родственники, друзья и сильные мира сего не растерзали бы нас на куски со всеми нашими пороками и желаниями, разуверяющими человека в самом себе».

Вот отрывки из сонетов, написанных им на восьмом и девятом десятилетии жизни:

Внуши мне ярость к миру, к суете,
Чтоб, недоступен зовам, прежде милым,
Я в смертном часе вечной жизни ждал.
Надежды нет, и все объемлет мрак,
И ложь царит, а правда прячет око.
Чем жарче в нас безумные стремленья,
Тем больше нужен срок, чтоб их изгнать;
А смерть уж тут и не согласна ждать,
И воля не взнуздает вожделенья.

Стихи Микеланджело так и не были опубликованы при его жизни, но были распространены в рукописном виде, некоторые из них были положены на музыку крупнейшими композиторами. Впервые стихи были выпущены в свет его внучатым племянником в 1623 году.

Мадригалы и сонеты Микеланджело,
посвященные платонической любви к Виттории Колонна 

Виттория Колонна, маркиза де Пескара (итал. Vittoria Colonna) (1490/1492, Кастелло Марино, Альбанские холмы вблизи Рима - 15 февраля 1547, Рим) - знаменитая итальянская поэтесса периода Возрождения, влиятельный интеллектуал своего времени, друг Микеланджело, занимавшая в его сердце главное место на протяжении десятилетия (с 1537 года, когда они сблизились, и до  дня её смерти). Отличалась безупречным целомудрием и благочестием, считается наиболее успешной и известной поэтессой своей эпохи. Большинство её стихотворений посвящено духовной тематике, любви к Богу. Любовь, переведенная усилиями этой светской инокини в сферу идей неоплатоновского общения душ и католической любви во Христе, аскеза в жизненном выявлении чувств и желаний, которой помогают возраст - Виттории было сорок семь, а Микеланджело шестьдесят два года, когда они встретились.

Обаяние женской дружбы смягчило его сердце. Он уже не повторил бы тех слов, которые некогда писал из Рима домой: "Я не имею друзей, не ищу их и не желаю иметь". И тогда эти слова были неправдой. Он желал их иметь, но его болезненное самолюбие требовало, чтобы его искали, чтобы сперва поняли его, и тогда его сердце было бы к их услугам.

***

И высочайший гений не прибавит
Единой мысли к тем, что мрамор сам
Таит в избытке, - и лишь это нам
Рука, послушная рассудку, явит.

Жду ль радости, тревога ль сердце давит,
Мудрейшая, благая донна, - вам
Обязан всем я, и тяжел мне срам,
Что вас мой дар не так, как должно, славит.

Не власть Любви, не ваша красота,
Иль холодность, иль гнев, иль гнет презрений
В злосчастии моем несут вину, -

Затем, что смерть с пощадою слита
У вас на сердце, - но мой жалкий гений
Извлечь, любя, способен смерть одну. 

***

Знать, никогда святой не вспыхнет взор
Той радостью, с какой в него гляжу я.
Строг дивный облик, знаменуя,
В ответ улыбке, сумрачный укор.
Вот чаяньям любовным приговор!
Не может, видно, красота без края,
Свет без границ, что естеством своим
Враждебен навыкам моим,
Гореть со мной, одним огнем пылая.
Меж двух столь разных лиц любовь хромая,
Гневясь, спешит найти приют в одном.
Но как мне ждать ее к себе с дарами,
Когда, войдя в меня огнем,
Она течет в обратный путь слезами?

Мадригал написан Микеланджело в начале дружбы с Витторией , предположительно, в 1538 г.

***

Как золотом иль серебром,
Покорными огню, ждет наполненья
Пустая форма, чтоб творенья
Прекрасные, сломав себя, явить, -
Так должен я преобразить
В себе, любви моей огнем,
Плененность безграничной красотою
Той, кем безмерно я влеком,
Кто стала жизни сердцем и душою.
Но слишком узкою стезею
Благая донна сходит в глубь мою:
Чтоб дать ей свет, - себя я разобью.

Мадригал, варьирующий сравнение приемов ювелирного, мастерства с воздействием любимой женщины на любящего человека. Время написания - предположительно первые годы сближения (1538 - 1541).

***

Надежная опора вдохновенью
Была дана мне с детства в красоте, -
Для двух искусств мой светоч и зерцало.
Кто мнит не так, - отдался заблужденью:
Лишь ею влекся взор мой к высоте,
Она резцом и кистью управляла.

Безудержный и низкопробный люд
Низводит красоту до вожделенья,
Но ввысь летит за нею светлый ум.
Из тлена к божеству не досягнут
Незрячие; и чаять вознесенья
Неизбранным - пустейшая из дум!

Эти два шестистишия предположительно написаны годы, когда Виттория Колонна жила в монастыре в Витербо, то есть между концом 1541-го и 1544 г.

***

Лишь многих лет и многих проб итогом
Взыскательный свой замысел мудрец
Живым ваяет наконец,
Почти у гроба, в камне первобытном.
Нам новизна в творенье строгом
Дается в час, когда недолго жить нам.
В осуществленьи ненасытном
Природа так, лепя за ликом лик,
В тебе пришла к божественной вершине, -
Знак дряхлости и близкого конца.
Вот почему мой страх велик,
И прелесть твоего лица
Его питает странной пищей ныне:
К беде ль влекусь? Иль к благостыне?
Что впереди - ни выразить, ни знать:
Кончина ль мира? или благодать?

Мадригал обращен к Виттории Колонна, первая тема - основная для Микеланджело: подлинный художник подобен природе и осуществляет лучшие свои замыслы, как и природа, путем длительного отбора опытов, что в самом деле определительно для микеланджеловского творчества. Вторая тема мадригала - аналогия с совершенством любимой женщины и ее воздействием на художника. Время написания - 1543 г.

***

Как иногда ваяешь в твердом камне
В чужом обличье собственный портрет,
Так Смерти мрачный след
Ношу я часто, словно стал я Ею.
Что мысль о Ней дала мне,
То воплощаю этим сходством с Нею.
Жестокостью своею
Мог под моим резцом
С Ней уравняться б даже камень смело;
Отныне впредь умею,
Палим ее огнем,
Ваять одно - себя в мученьях тела;
Но если б захотела
Она сберечь свою красу векам,
Пусть даст мне радость, - я Ей вечность дам!

В этом мадригале Микеланджело важную и тонкую мысль: в портретах моделей всегда наличествует и автопортрет художника, конечно не столько в прямом, изобразительном смысле, сколько во внутреннем, душевном. Датируется мадригал примерно 1544 г.

***

Ужели, донна, впрямь (хоть утверждает
То долгий опыт) оживленный лик,
Который в косном мраморе возник,
Прах своего творца переживает?

Так! Следствию причина уступает,
Удел искусства более велик,
Чем естества! В ваяньи мир постиг,
Что смерть, что время здесь не побеждает.

Вот почему могу бессмертье дать
Я нам обоим в краске или в камне,
Запечатлев твой облик и себя;

Спустя столетья люди будут знать,
Как ты прекрасна, и как жизнь тяжка мне,
И как я мудр, что полюбил тебя.

В мадригале говорится об изваянии бюста любимой женщины; он обращен к Виттории Колонна, должен относиться к 1546 г.

***

Когда ты, донна, приближаешь
Свои глаза к глазам моим, -
В их зеркале себе я зрим,
А ты себя в моих отображаешь.
Меня, увы, ты созерцаешь
Таким, как есть, - в болезнях и летах,
А я тебя - светлей звезды лучистой.
И небу мерзостно, ты знаешь,
Что я, урод, живу в благих очах,
Во мне ж, уроде, виден лик твой чистый.
И все ж, кому тропа тернистей:
Тебе ль, вникающей в мой взор?
Мне ль, кто теряет рай лучистый,
Когда смыкаешь ты затвор
Своих очей? - Бесплоден спор
Ничтожества с красою величавой:
В любви должна быть общность лет и славы.

Мадригал, вероятно, обращен к Виттории Колонна. На том же листе находятся наброски рисунков для "Страшного суда", относящиеся к 1536 - 1540 гг. Но мадригал датируется позднее - около 1546 г.

***

Когда замыслит дивный ум создать
Невиданные облики, - сначала
Он лепит из простого материала,
Чтоб камню жизнь затем двойную дать.

И на бумаге образ начертать,
Как ловко бы рука ни рисовала,
Потребно проб и опытов немало,
Чтоб мудрый вкус мог лучшее избрать.

Так я, твореньем малого значенья
Рожденный, стал высоким образцом
У вас в руках, достойнейшая донна;

Но, сняв излишек, дав мне восполненье,
Ужели вы учительным бичом
Мой гордый пыл смирите непреклонно?

Сонет обращен к Виттории Колонна, и был известен друзьям Микеланджело, в нем с особой четкостью выражена мысль о соответствии взаимоотношения между мраморным произведением и глиняной моделью, с одной стороны, и перерождением любящего человека под воздействием любимой - с другой. Датируется сонет примерно 1546 г.

 

Н. Римский-Корсаков. Полет шмеля

 

Э. Григ. Бабочка

 

Гете. "Фауст".

Как-то меня попросили сказать в нескольких словах как я отношусь к лошадям. И я ответила... 

Это твое отношение к мужчинам...

А как ты относишься к кошкам?

 

Это твое отношение к женщинам...

А что ты думаешь о  море? 

Это твое отношение к любви...

Словарь парашютиста (кому интересно)

                                 

Французский шансон

 

Yves Montand - Sous Le Ciel De Paris 

Сharles Aznavour - La Boheme 

Pierre Bachelet - Emmanuelle 

Daniel Gerard - Butterfly 

Adamo - Tombe La Neige 

Вадим Егоров.

Друзья уходят 

Патриаршие пруды 

Пьеро 

Вой 

Клоун который устал

На арене под куполом цирка сидит старый усталый клоун. Сидит и курит. Кончился праздник и кончились силы. А он просто сидит и курит. И таких клоунов по всему свету тысячи. Уставших. Я не знаю о чем он думает, но уж точно не о смехе детей, который ему приносит хлеб насущный. Он не думает о том, что дома его ждут жена и дети. Он просто очень устал. Устал чтобы думать. Давно исчезла романтика, давно исчезла радость, что возвращают ему зрители. Клоун. Который мечтает о том, чтобы заплакал еще один ребенок. Ребенок, который понял что кому-то бывает больно. И что это не смешно.  

 

Алла Пугачева 

 

Хочу подарить тебе светлую сказку
Из ломкого льда и застывшей капели,
В неверном мерцании призрачных красок
С тропой, где следы заметает метелью.
Под пальцами струны - серебряной нитью,
Звенит перебор родниковой водою.
Застывший узор из имен и событий,
Холодное сердце - горящей звездою.

Слова, что сплелись с ледяным перезвоном
В знакомую песню - тревожная память,
Веселое пламя в раскрытых ладонях
И странный клинок, не умеющий ранить.
Послушные ветру раскрытые крылья
Укроют на миг от беды и разлуки,
Рассыпятся звезды мерцающей пылью -
На свадебной чаше сплетаются руки.

И сказка родится несмелой картинкой,
Сплетение линий неверной рукою,
Летящие буквы на призрачных льдинках
И ветер, грозящий всему непокоем.
Дорога домой,а быть может, из дома,
Жемчужины слов на серебряной нити.
А в жизни как водится, все по-другому...
Прости, я, наверно, неважный Сказитель...

 

Тэм Гринхилл

 

Многое из того что могло бы случиться - не случилось... наверное к лучшему.

М101 Pinwheel (Цевочное Колесо) - пример спиральной галактики. Ядро компактно и ярко, а рукава широки и хорошо образованы. В рукавах четко видно множество областей звездообразования.

 

Галактика, которая в каталогах именуется как M83, имеет еще и неофициальное название - Южная Вертушка (Southern Pinwheel).

Южная - потому, что она находится в южном полушарии неба (на расстоянии около 15 млн световых лет от нас). Это спиральная галактика, то есть она относится к тому же типу, что и наша галактика Млечный Путь. Ее спиральные рукава усыпаны как бриллиантами яркими "пятнами": там идет интенсивное образование новых звезд. Как и в любой другой крупной спиральной галактике в Южной Вертушке есть звезды, которые находятся на самых разных этапах своей эволюции, и звезд этих несколько миллиардов. По подсчетам астрономов, за последние 100 лет в M83 Южной Вертушке произошло 6 взрывов сверхновых, и это довольно много для спиральных галактик.
 

Если эта спиральная галактика и не идеальная, то, по крайней мере, одна из самых красивых. Островная вселенная, содержащая 100 миллиардов звезд, находится на расстоянии 30 миллионов световых лет в направлении на созвездие Рыб. Ее номер по каталогу NGC 628 или M74, это великолепный пример галактики, расположенной плашмя по отношению к земным астрономам. По классификации она имеет тип Sc, рисунок ее изящных спиральных ветвей можно проследить по ярким скоплениям голубых звезд и темным участкам космической пыли. Структура спиральных ветвей во многих отношениях соответствует нашей собственной галактике Млечный Путь. 

                                                                                 

Читать далее...

Два совершенно разных варианта одной и той же песни , и разный смысл...

Владимир Высоцкий. Маски 

Маски

Плывут воздушные цветы в потоке лунном, -
Легко и радужно скользить фигуркам юным
По вкрадчивым лесам... Смотрите, вот они
Струятся музыкой в просвеченной тени.
И чары полночи навстречу танцам снежным
Раскрылись розами, и мальвами, и нежным
Раскосым ирисом, - движенья плавных рук
Разлили аромат, но тихо все вокруг.
Лазурь осыпала листву над тусклым плёсом,
Лежащим россыпью под стать старинным росам,
Питающим цветок молчанья... Вновь они
Струятся музыкой в просвеченной тени,
Резные чашечки ладонями лаская.
На праведных губах уснула колдовская
Дорожка лунная, а пальцы пылко рвут
Под миртом дружеским сплетенье сонных пут...
И все ж случается порой беглянкам юным
Неотзвучавших арф не подчиниться струнам -
Прокрасться к озеру и пить в лучах ночных
Забвенье чистое из лилий водяных.

 

Поль Валери

 

Бетховен. Соната №14 Adagio sostenuto - Ataka (Лунная) 

 

Видите движение?

 

А его нет.