Мой рассказ. Я написала его в 12 или 13 лет. Когда перепечатывала, не очень сильно изменяла язык. Не знаю... я тогда писала совсем по-другому. Кажется, надо многое поменять, но плохо получается.
Кто-то сказал: Я мыслю, следовательно, я существую.
Хаос мыслил. И он существовал.
Как у любого мыслящего существа, у Хаоса были свои цели. Он позволял появляться Упорядоченному на себе, паразитировать на нем. А потом Хаос размазывал все, обращая в себя, изменяясь таким образом. Эта бесконечная игра никогда не надоедала ему, была всем смыслом его жизни. Иногда Упорядоченное появлялось самим собой, и тогда Хаос с удовольствием растворял пришельцев в себе, как и все то чему, он разрешал на себе появиться.
Как ни странно, Хаос - ни нечто невообразимое, его вполне можно увидеть. Он представляет собой свободные разливы красок, растжек, бликов и теней. Но лучше не смотреть, потому что в этой мешанине цветов можно увидеть чужие искаженные лица.
В эту фазу Хаос сам создал Упорядоченное – что поделаешь, мало кто идет к нему сам. Он с любопытством смотрел на причудливые конструкции, напоминающие гусениц, расходящиеся лучи конусов и сияющие прозрачные сферы.
Хаос не видел движения, только общую застывшую картину, единственно имеющую смысл суть.
Плавным движением он смел половину созданного. Чаще в субъективных мирах это занимало доли миллисекунды, но иногда – миллиарды лет. В несколько приемов он покончил с оставшимся Упорядоченным – все, теперь Хаос имел новый вид.
Для Хаоса не существовало понятия времени, лишь иногда забавы ради он считал фазы.
В этот раз Упорядоченное возникло само. Довольно редкий узор: нечто, напоминающее странные цветы, многоцветные бабочки-рыбы, сферы, присутствующие всегда, но на этот раз матовые, то ли сердца, то ли наконечники копья.
После этого Хаос на редкость удачно преобразился – мягкие бирюзовые волны шелка, алые расплывы, желтовато-зеленая рябь, плавно переходящие один в другой.
Странно, кто-то из его созданий иногда даже думал, что сдерживает Хаос. Глупость – то, чему они противостояли, было плоть от плоти их собственного мира. Все их старания Хаос сметал так же легко, как и основную массу картины.
В эту фазу в него вторглись вместо обычных пришельцев или егго созданий Щупальца Тьмы. Они преследовали свою жертву, что, впрочем, было их основным занятием, как для Хаоса – бесконечное преобразование себя. Щупальца мерзко извивались, пытаясь достичь жертвы, их изломанная поверхность, похожая на корни больного дерева, не внушала ничего, кроме отвращения. Добыча Щупалец Тьмы лавировала, пытаясь не коснуться жадно ищущих отростков.
Хаос с наслаждением обратил обоих в самое себя. Щупальцам Тьмы – в отличие от жертвы – ничего, они являясь частью единого целого, именно благодаря этому их сопротивление было слабо, хотя Хаосу пришлось сделать куда больше заходов, чем обычно. Впрочем, от Щупалец остался, словно в насмешку, на редкость неприятный рисунок: в болотистых зелено-коричневых и серых тонах, только кое-где сохранились остатки прошлого великолепия.
Надо было что-то предпринимать. Поэтому в следующую фазу Хаос создал большую зеленую пупырчатую пластину, а также несколько полупрозрачных сфер, похожих на жемчужины. Хаос смял их, обращая в волны себя. Теперь с болотно-серым узором было покончено, однако возникла иная проблема: в Хаосе даже после преобразования остались элементы Упорядоченного - большая его зона, вместо свободных переливов цветов и оттенков, была полностью зеленой, даже пупырышки сохранились.
Редкостная неудача.
Поэтому в последующую фазу Хаос заполнил картину, особенно на бывшей злополучной зеленой пластины, обилием мелких деталей: прозрачных темных сфер, причудливых лент и колец, стрелок, похожих на плохо елки, пузырчатых то ли тыкв, то ли мячей, ощетинившихся коричневых и серо-голубых игл, странных конструкций, похожих одновременно на детские покремушки и цепочки молекул…
Хаос не знал, когда все это началось, возможно, смысл был в бесконечности происходящего или еще в чем-то другом. Хаос не знал, когда все началось, и не хотел знать.
Это было неважно и почти не имело значения.
Хаос не знал, имеет ли предел лестница могущества, когда вышестоящий повелевает жизнью и смертью своего создания. Действительно ли он и всевозможные щупальца являются высшей инстанцией, или есть кто-то, находящийся над ними? Быть может, в этом вопросе смысл тоже в бесконечности?
По крайней мере, Хаос надеялся, что нет.
Сейчас попеременно смотрю то запись концерта Deep Purple, то Blind Guardian. Вот это ржач… Сначала для конспирации (ну слабо сразу сознаться маме, что потратила 150 р на DVD, когда Deep Purple раньше был, а она не слишком приглядывается, что там на мониторе), а потом для прикола. Впечатление – высший класс!
