Друг Сталина, крейсер, город и человек: кто такой Андрей Жданов:
Главный идеолог сталинизма Андрей Жданов, родившийся 130 лет назад 26 февраля, участвовал во всем, что пережила наша страна в самые трудные десятилетия XX века. Он руководил обширным Нижегородским краем, пропагандой и СМИ, Ленинградом в годы блокады, международной политикой государства на начальном этапе холодной войны. Он один из очень немногих, кого можно назвать другом Иосифа Сталина. Разрушившая СССР перестройка официально боролась и с его памятью в истории.

Учебники для Сталина
Из всех советских вождей только Андрей Жданов имел самое высокопоставленное происхождение. Нет, среди его предков не отыщутся князья и бароны — его аристократизм был иного рода, духовного. Все пращуры будущего члена Политбюро ЦК ВКП(б) были связаны с Русской православной церковью. По отцовской линии служили простыми сельскими священниками в Рязанской губернии, зато дед по материнской линии, Павел Горский-Платонов, профессор библейской археологии, был одним из руководителей Московской духовной академии и городским головой Сергиева-Посада. Там, в стенах знаменитой Лавры, и располагался главный религиозный вуз Российской империи.
Православие в царской России было не просто общепринятой религией большинства, но и являлось вполне официальной и закрепленной законами идеологией. А профессора Московской духовной академии по факту служили ее главными хранителями. Так что будущий идеолог сталинского СССР, при всех революционных парадоксах, имел вполне подходящее происхождение для разработки идейных доктрин.
Так вот Иосиф Джугашвили в православной семинарии учился по учебникам, составленным дедом и отцом Андрея Жданова. И уже став Сталиным, наверняка вспомнил этот факт, возможно, при первом же знакомстве с "товарищем Андрюшей", как звали юного большевика Жданова в годы Гражданской войны.
Будущий вождь СССР и его главный идеолог познакомились зимой 1919 года в разгар самых страшных поражений большевиков на колчаковском фронте. Более тесное знакомство состоялось спустя десятилетие, когда Сталин уже был первым лицом советской страны.
Жданов же к 1930 году руководил Нижегородским краем — той частью страны, которая сегодня является территорией шести субъектов РФ: Нижегородской, Кировской и Владимирской областями, республиками Удмуртия, Чувашия и Марий Эл. Под его управлением сложные процессы индустриализации и коллективизации на столь обширной территории прошли без эксцессов, избежали голода и репрессий, выгодно выделяясь на фоне иных регионов и союзных республик.
Сегодня у нас за рулем ездят почти все. А первое по-настоящему массовое производство легковых и грузовых автомобилей в нашей стране — знаменитый Горьковский автомобильный завод (ГАЗ) — организовывал именно Жданов.
В итоге потомок рязанских священников и сергиево-посадских профессоров оказался на вершинах кремлевской власти не потому, что был ушлым политиком, а потому, что являлся крепким хозяйственником и действительно эффективным менеджером.
"Сталин питал какую-то слабость к Жданову…"
Андрей Жданов был одним из немногих друзей Сталина — насколько вообще возможна дружба на самых вершинах власти. Как свидетельствуют архивные документы, Жданов, признавая безусловный авторитет вождя, даже мог спорить со Сталиным. К 1933 году их сблизила не только совместная работа, но и одинокие вечера — вождь СССР после самоубийства жены остался вдовцом, а от перешедшего на работу в Кремль нижегородского главы тогда ушла супруга.
У обоих вкусы совпадали не только в политике — внук профессора богословия имел хорошее музыкальное образование и слух, в годы Первой мировой войны, учась в Тифлисской школе прапорщиков, запомнил популярные грузинские мелодии и мог наиграть и напеть их Иосифу Сталину. Впрочем, на совместных посиделках сталинско-ждановский репертуар был обширен — от революционных песен до современного им шансона.

Из всего ближнего круга хозяина СССР только Жданов мог заночевать на подмосковной даче вождя (другие в подобном замечены не были). Сталин всегда спал в своей комнате на первом этаже, а Жданов в таком случае располагался в гостевой комнате на втором. Позднее там останавливались наиболее важные дипломатические гости Сталина — в 1944 году Уинстон Черчилль, в 1950 году Мао Цзэдун.
Жданов, возможно, просто побаивался в нетрезвом состоянии возвращаться к себе в кремлевскую квартиру — к середине 1930-х годов он вновь сошелся с женой, а Зинаида Жданова (в том числе следуя рекомендациям врачей — диагностировали больное сердце) запрещала мужу пить алкоголь. Так что, оставляя Жданова ночевать на своей даче, Сталин, можно сказать, покрывал приятеля.
Все члены сталинского ближнего круга, кто оставил мемуары, не без некоторой ревности отмечают особо приятельские отношения Жданова и вождя СССР. Анастас Микоян спустя многие десятилетия вспоминал: "Сталин питал какую-то слабость к Жданову…" Уже отставной пенсионер Никита Хрущев, вспоминая те самые ждановские ночевки на сталинской даче, рассказывал: "Когда Жданов стал вращаться в среде Политбюро, было видно, что Сталин к нему относится очень внимательно… Действительно, когда мы бывали у Сталина, то, бывало, Жданов бренчит на рояле и поет, а Сталин ему подпевает…" Вячеслав Молотов — в другую эпоху, брежневскую — отмечал те годы кратко: "Сталин Жданова больше всех ценил. Просто великолепно к Жданову относился".
"Под дубом Мамврийским…"
Летом 1934 года Сталин, Жданов и ленинградский глава Сергей Киров совместно проводили отпуск на сталинской даче в Сочи (где, впрочем, все же и работали над массой основополагающих документов советской эпохи). И вождь СССР прозвал росшее на дачном дворе раскидистое дерево "дубом Мамврийским" — в христианской традиции под этим библейским дубом праотцу Аврааму явился Бог в виде трех ангелов. Так в шутке бывшего семинариста Сталин, Киров и Жданов представали как те три ангела, причастные к сотворению нового мира и новой веры…
После гибели Кирова именно Жданов возглавил Ленинград и Ленинградскую область, которая в 30-е годы прошлого века охватывала практически весь северо-запад России. Помимо нынешней территории включала современные Новгородскую, Псковскую, Мурманскую и Вологодскую области.
Стоит отметить, что именно Жданов, в те годы ответственный среди прочего и за пропаганду, все советские СМИ, был создателем множества ключевых явлений советской культуры. От воспевания научного подвига, начавшегося с эпопеи челюскинцев, до культа Александра Пушкина, порожденного именно в ждановском Ленинграде в год 100-летия гибели поэта.
Согласно особому постановлению советского правительства Андрей Жданов тогда жил и работал десятидневками между двумя столицами — 10 дней в Москве, как член Политбюро и начальник Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б), и 10 дней в Ленинграде, как глава города и области. В качестве руководителя мегаполиса на Неве накануне Второй мировой войны Жданов занимался и созданием первых тяжелых танков, и программой развития советского флота.
Он же по факту осуществлял высшее государственное руководство в ходе советско-финской войны 1939–1940 годов. При штурме Выборга погиб его родной племянник, Антон Жданов, пулеметчик в добровольческом лыжном батальоне.
Все годы Великой Отечественной войны Андрей Жданов на северо-западе России фактически играл ту же роль, что и Сталин в масштабах всей страны. Как бессмысленны утверждения, что можно выиграть мировой конфликт при бездарном лидере или вопреки негодному главнокомандующему, так же бессмысленно отрицать роль Жданова в спасении блокадного Ленинграда. Именно он осуществлял там и тогда высшее государственное руководство, именно сформированная им в предвоенные годы команда (будущий премьер Алексей Косыгин и многие другие) руководила городом в самых тяжелых условиях той войны.
Все родившиеся в ходе горбачевской перестройки черные легенды о Жданове — варьирующиеся от объедания пирожными или персиками в голодающем городе до расстрела поваров за холодные блинчики — это даже не типичные городские легенды, а именно плоды безудержного очернительства. Реальные факты свидетельствуют, что Жданов и в мирное время был весьма скромен в быту, а в условиях блокады все было куда прозаичнее — руководители обороны города с голоду не умирали, но получали военный паек без каких-либо излишеств.
"Ждановщина" реальная и выдуманная
За время войны, не прекращая изнурительной работы, Андрей Жданов перенес на ногах два инфаркта. Отсюда, кстати, возможно, и одутловатость лица, которую передергивали и преподносили спустя десятилетия как чревоугодие во время блокады. Проблемы с сердцем были-то давно. Ленинградский руководитель после победы прожил всего три года.
Но даже за этот короткий период сумел многое — в сущности, именно он выиграл для СССР начальный этап идеологического противостояния в разгоравшейся холодной войне. С весны 1945 года и до смерти летом 1948-го Жданов руководил партийной внешней политикой, по факту заменяя существовавший до войны Коминтерн. Например, был прямо причастен к созданию Корейской Народно-Демократической Республики (КНДР).
Жданов первым среди высших руководителей СССР встретился с Ким Ир Сеном. Он же вместе со своим заместителем Терентием Штыковым (вскоре нашим первым послом в КНДР) редактировал подготовленный товарищем Кимом проект первой конституции республики. И этот (лишь один) пример куда более для нас значимый сегодня, чем многократно припоминаемая ему критика Анны Ахматовой и Михаила Зощенко.
Уже в середине XX века на Западе возникло целое направление в политологии и советологии, исследующее "ждановщину" и деятельность Жданова как государственного руководителя, который наиболее успешно противостоял западному идеологическому давлению. И совсем не случайно процессы распада СССР затронули и память об Андрее Жданове. Еще до краха Компартии и государства, 18 января 1989 года, появилось решение Михаила Горбачева "Об отмене правовых актов, связанных с увековечением памяти А.А. Жданова".

В течение того года в агонизирующем Советском Союзе демонтировали все памятники Жданову, сняли его имя со всех возможных объектов. Военный крейсер "Жданов" был исключен из состава флота, а в ноябре 1991-го — за месяц до официального сообщения о прекращении существования СССР — продан зарубежной фирме на металлолом. В угаре "разоблачения" в (еще) Ленинграде едва не переименовали Ждановскую набережную — не сразу вспомнили, что название существует с XVIII века и не имеет отношения к Андрею Жданову.
Отдельно стоит сказать про Мариуполь, именно там 130 лет назад, 26 февраля 1896 года, и родился будущий сталинский идеолог, там же инспектором народных училищ трудился его отец, уволенный из Московской духовной академии за вольнодумство. В 1948 году, сразу после смерти ближайшего соратника, Сталин переименовал Мариуполь — и следующие 40 лет город на берегу Азовского моря назывался Жданов.
Постсоветская судьба Мариуполя трагична и всем ныне известна. Существовавший в городе посвященный Жданову музей (располагался на улице Георгиевской в одноэтажном домике, где он родился) был ликвидирован накануне распада СССР. В 2023 году, вскоре после освобождения города от неонацистов, по поручению президента Российской Федерации началась подготовка к восстановлению мемориального музея Андрея Жданова. И в феврале 2024 года он начал работу как мариупольский филиал Государственного музея обороны и блокады Ленинграда...

Алексей Волынец