Исповедь диверсанта...
Моя мама 30 лет проработала в библиотеке и все постоянные читатели её знали и любили. Особенно пенсионеры.
1987-й год.
В читальный зал каждый день уже лет двадцать ходил Иван Иванович - старый заслуженный ветеран войны. В одно прекрасное утро, он как всегда пришёл самый первый, к самому открытию, поздоровался, мама ответила:
- Доброе утро Иван Иваныч, как ваше здоровье?
- Знаете что, Валюша, не называйте меня больше Иваном Ивановичем.
- ...?
- Просто я уже могу Вам рассказать об этом. До меня, старика, теперь уж нет никому, никакого дела – перестройка и гласность...
- Иван Иваныч, причём здесь перестройка? У Вас случилось что?
- Да нет, наоборот, как раз сейчас всё хорошо, а началось это, когда Вы ещё не родились - в самом начале войны. Я был капитаном, командиром диверсионной группы, мне поручали самые сложные и опасные задания. Имел ордена ещё за Испанию. Вызывает меня полковник - начальник разведки армии и приказывает:
- Товарищ капитан, Вам надлежит сегодня ночью отбыть на особо важное задание в тыл врага для обучения партизан диверсионному делу. С этой минуты, для всех Вы перестаете быть капитаном и становитесь лейтенантом-артиллеристом, вот Ваши новые документы, теперь Вы Смирнов Иван Иванович.
Желаю успеха, лейтенант...
Так я попал на Украину в партизанское соединение. Занимался диверсиями, командовал разведкой, заслужил там немало орденов и медалей, ну Вы же видели меня на праздник с наградами...
После освобождения Украины, прихожу в штаб армии, чтобы вернуть себе свое законное имя и звание. Докладываю:
- Так и так, вот мои документы, но я не Смирнов Иван Иванович, по моему вопросу необходимо связаться с моим непосредственным начальником полковником таким-то, я буду докладывать только ему лично.
Мне говорят:
- Хорошо, товарищ Смирнов, посидите у нас, пока мы всё не выясним.
Сутки продержали в одиночке, даже не кормили, а на утро приходит «смершевец» и заявляет, что мой полковник недавно расстрелян как враг народа, за шпионаж и попытку покушения на члена комитета обороны, а вместе с ним расстреляны ещё десятка два его подчинённых офицеров-заговорщиков... так как говорите Ваше настоящее имя?
Тут я понял, что сам себе подписал смертный приговор... Выбрал момент и кинулся с третьего этажа прямо через закрытое окно. Слава Богу, внизу была травка, так что приземлился и ушёл без последствий. Из окна в меня тоже не попали. Прибился к наступающей части и воевал с ней до Праги, пока не списали по ранению.
Никто меня даже не искал, видно «смершевцы» боялись признаться, что проворонили такого «матёрого шпиона»... С тех пор я так и остался Смирновым Иваном Ивановичем и больше не рисковал соваться за правдой... Ну, а спустя столько лет, моя правда никому уже и не нужна, даже жена умерла, так и не узнав моего настоящего имени.
А теперь, когда и бояться нечего, так вроде и рассказывать некому, один я остался... Вот Вам открылся сейчас и как-то полегчало, как будто бы с войны вернулся...
Валечка, мне будет очень приятно, если хоть Вы будете называть меня Марком Борисовичем.
Карточку читателя не трудитесь уже переписывать, но вообще моя фамилия Ройзман...
2011год.

Grubas