«Несмотря на то, что наиболее известен русский классик своей бессмертной комедией "Горе от ума", которая до сих пор часто ставится на театральных подмостках, значительная часть его жизни была посвящена дипломатической карьере, – говорится на портале МИД РФ, где отметили его юбилей...

«Большим подспорьем во время его службы в Коллегии иностранных дел стало прекрасное классическое образование и незаурядная лингвистическая подготовка, благодаря которой он блестяще владел целым рядом иностранных языков. А.С. Грибоедова дважды направляли по дипломатической линии в Каджарский Иран, где он проявил качества прекрасного дипломата и опытного государственного деятеля, работая над сближением Москвы с государствами Востока и отстаивая интересы Отечества за рубежом. Известно, например, что он принимал личное участие в важных переговорах и внес весомый вклад в подготовку Туркманчайского мирного договора», – отмечает портал. 

При исполнении своих служебных обязанностей дипломата Грибоедов (4 (15) января 1795,-30 января (11 февраля) 1829) и был убит в Тегеране «разъярённой толпой», которая ворвалась в посольство России, растерзала посла и всех остальных членов российской миссии. Уцелел только один – советник Мальцев. Как полагают исследователи, именно он и сочинил потом под давлением иранских властей фальшивую версию событий, которая пошла гулять по страницам исторических книг. Мол, Грибоедов был сам неосторожен, вел себя «вызывающе», вот почему «возмущенные фанатики» и убили российского посланника. 

Как же все было на самом деле? Сам поэт, будучи дипломатом, ехал в Тегеран из Петербурга с печальными предчувствиями. «Не поздравляйте меня с этим назначением, – сказал он своему другу Жандру. – Нас там всех перережут». 

Грибоедов был гениальным поэтом. Но он имел ещё и задатки талантливого композитора, был одним из самых образованных людей своего времени, прекрасно владел французским, английским, немецким, итальянским, греческим, позднее освоил арабский, персидский и турецкий языки. После службы в армии поселился в Петербурге, где поступил в Коллегию иностранных дел.

В Тегеране русского посланника встретили поначалу пышно. Но это было лукавое восточное гостеприимство. Грибоедов прибыл послом в Персию после заключения Туркманчайского мирного договора. Его основной задачей было добиться от шаха выполнения статей договора и, в частности, выплаты контрибуции по итогам русско-персидской войны.

За поражение в войне была вынуждена расплачиваться вся страна, что значительно усилило недовольство в персидском обществе.

Одним из пунктов договора обозначалась возможность свободного переселения армян в пределы России. Воспользоваться данной договором привилегией пожелал евнух шахского гарема, главный казначей и хранитель драгоценных камней шаха, армянин мирза Якуб Маркарьян, который хотел вернуться в Ереван. При известии о бегстве евнуха гневу шаха не было предела. Он потребовал выдать беглеца, на что российский посланник ответил отказом. Напряжённые отношения между шахом и Грибоедовым усугубились после того, как в русскую миссию пришли две армянки из гарема родственника шаха. Все это послужило причиной для возбуждения недовольства исламских фанатиков, которые начали будоражить умы людей на базарах и в мечетях. 

30 января 1829 года огромная возбужденная толпа напала на русское посольство в Тегеране. Конвой миссии из 35 казаков оказал мужественное сопротивление. Грибоедов тоже отбивался отчаянно. Он заперся в доме и ожесточенно отстреливался от озверевших нападавших, застрелив 18 из них. Но силы были не равны. 

«Он полагал, что причиною кровопролития будет смерть шаха и междоусобица его семидесяти сыновей, – вспоминал Пушкин. – Но престарелый шах ещё жив, а пророческие слова Грибоедова сбылись. Он погиб под кинжалами персиян, жертвой невежества и вероломства. Обезображенный труп его, бывший три дня игралищем тегеранской черни, узнан был только по руке, некогда простреленной пистолетною пулею…»

Из всего посольства спасся лишь секретарь миссии Мальцов. А тело Грибоедова – загадку его гибели вряд ли следует считать решённой – было перевезено в Российскую империю и захоронено в Тифлисе на горе Мтацминда.

Конечно, убийство посла и истребление почти всей дипмиссии (всего были убиты 37 человек), разгром посольства – беспрецедентное событие, неслыханное оскорбление для царя. Россия, как это делалось в те времена, должна была немедленно объявить Персии войну. Однако сделать этого она тогда не могла. Империя уже вела тяжёлую войну с Турцией и была не в состоянии развязать ещё один вооруженный конфликт на Востоке.

Иранский шах и его окружение сделали все, чтобы замять инцидент. Именно поэтому на уцелевшего Мальцева оказали давление, чтобы он представил версию о «толпе фанатиков». Мало того, персидский шах отправил в Петербург своего сына, который привез в подарок русскому императору уникальный алмаз «Шах» в 90 каратов, желтого цвета и необычайной прозрачности.

Таким образом, войны не случилось, а искусный дипломат, каким был Грибоедов, бескомпромиссно отстаивавший в Иране интересы России, был устранён. 

За кулисами трагедии довольно потирали руки те, кому смерть Грибоедова была выгоднее всего, – английские разведчики и дипломаты. Англия смертельно боялась усиления растущего влияния России на Востоке и делала всё, чтобы этому помешать.

В Иране бал правила могущественная Ост-Индская компания, которая ежегодно платила персидскому двору 800 тысяч золотом. Она же создала в Персии широкую сеть своих агентов, которые были способны спровоцировать любой конфликт. Вероятно, именно эти агенты и организовали «гнев толпы», атаковавшей посольство. Генерал Паскевич, например, без колебаний усматривал в расправе над Грибоедовым интригу Ост-Индской компании, представителем которой в Тегеране был сам английский посол.

Лорд-хранитель тайной печати Элленборо 30 октября 1828 года писал: «Наша политика в Европе и в Азии должна преследовать единую цель – всячески ограничивать русское влияние. В Персии, как и везде, надо создать предпосылки для того, чтобы при первой необходимости начать широкую вооружённую борьбу против России…»

А ведь именно Грибоедов был автором документа, формулировавшего российскую экспансию в Азию. По сути, это был план русской Ост-Индской компании. Создав такой документ Грибоедов стал смертельным врагом Британии, которого требовалось устранить.

Хуже всего было то, что англичане имели своих пособников и в России, в том числе и на самых верхах властной пирамиды империи. Среди них был, как теперь считают историки, и министр иностранных дел граф Карл Нессельроде. Немец по происхождению, он сумел втереться в доверие к царю и много лет возглавлял внешнеполитическое ведомство России, искусно интригуя и тайно вредя ее интересам. Историки считают, что благодаря его интригам была спровоцирована трагическая для русских Крымская кампания. «Графом Кисельвроде» назвал его позднее в одном из своих рассказов писатель Николай Лесков.

Великий русский поэт и сам выдающийся дипломат, как и Грибоедов, Фёдор Тютчев ненавидел Нессельроде, неустанно заявляя, что действия «графа Кисельвроде» направлены против России. Хорошо знакомый с хитросплетениями европейской политики, Тютчев понимал, что происки в Петербурге графа, так и не научившегося хорошо говорить по-русски, являются частью более широких действий международных противников Российской империи.

8 апреля 1854 года Тютчев записал: «Ну вот, мы в схватке со всей Европой, соединившейся против нас общим союзом. Союз, впрочем, неверное выражение, настоящее слово – заговор…».

Разоблачая Нессельроде, поэт-дипломат написал в стихах, которые не были опубликованы при его жизни:

Нет, карлик мой! трус беспримерный!
Ты, как ни жмись, как ни трусь,
Своей душою маловерной
Не соблазнишь Святую Русь…

добавив в конце стихотворения четверостишие, имея в виду всю «английскую партию» в Петербурге:

Венца и скиптра Византии
Вам не удастся нас лишить!
Всемирную судьбу России –
Нет, вам её не запрудить!

Генри Уиллок слыл в Лондоне одним из лучших знатоков Персии. Именно он, как стало известно из недавно опубликованных в Англии архивных документов, спровоцировал русско-персидскую войну 1826-1827 годов. В августе 1826 года, когда один из его ближайших покровителей стал премьер-министром Великобритании, Уиллок поспешил перебраться в Лондон с расчётом возглавить британский МИД. Эти надежды не оправдались и его вновь вернули в Персию. По дороге Уиллок остановился в Петербурге, где провёл с Нессельроде серию закрытых переговоров. Их содержание до сих пор остаётся тайной для историков. 

Грибоедов, которым восхищалась вся просвещённая Россия, не был в почёте у властной верхушки. Его бессмертное «Горе от ума» при жизни поэта в России не поставил ни один театр. Сановники возмущались его смелой сатирой. Некоторые историки считают, что Грибоедова отправили в Тегеран на верную смерть, только чтобы избавиться от талантливого вольнодумца. 

Жертвой интриг министра-шпиона стал не только Грибоедов. Графиня Нессельроде содержала в Петербурге влиятельный салон. Там было запрещено говорить по-русски и яростно ненавидели Пушкина. Современники считали, что именно графиня Нессельроде явилась закулисным организатором создания подметного «диплома» на звание рогоносца, который послужил причиной дуэли и трагической гибели великого поэта. Это подтверждает и тот факт, что Нессельроде был ближайшим другом барона Геккерна, а Дантес, убивший Пушкина, являлся его дальним родственником.

Поэтому сегодня многие считают, что убийство Грибоедова – это совсем не история про разъяренную толпу фанатиков-мусульман. Это было абсолютно политическое убийство, попытка помешать России укрепить свои позиции на Востоке, чего, кстати, усиленно добивается Запад и сегодня...