Пораженцы договорились до того, что заявления некоторых официальных лиц России о том, что применение "Орешника" было для того, чтобы наши враги боялись, называется терроризмом.
Здесь нужны некоторые пояснения, дабы было меньше тех, у кого могли в голове возникнуть подобные шизоидные идеи.
Терроризм-то, конечно, это управление через страх. Это да. Но страх есть свойство далеко не только одного терроризма.
Собственно сдерживание в ядерной стратегии базируется на страхе. Например, прямо сейчас и уже на протяжении многих десятилетий Россия и США держат друг друга в заложниках — именно через готовность нанести ядерный удар друг по другу в случае необходимости, который может привести к гарантированному взаимному уничтожению в сценарии тотальной ядерной войны. Это тоже управление страхом, но с той разницей, что он взаимен, а потому не ощущается так же, как ощущается человеком, оказавшимся у заложников у террористов. Мы как бы постоянно держим друг друга на мушке.
Однако можно ли считать два государства террористами в таком случае? Нет, нельзя, ибо государства легитимны и международно-признаны, имеют право на самооборону и т.д. Наличие войск у государства — его жизненное, фундаментальное право. Наличие военного потенциала и ресурсов, а также политической воли его применить — точно также является формой управление страха. так как потенциальный недоброжелатель будет опасаться последствий нападения ввиду наличия указанного военного потенциала. Однако это совсем не то же самое, что управление страхом у терроризма, ибо он нелегитимен, и все его действия преступны.