ATACMS и медиа-суверенитет...

За 78 дней осени российская ПВО перехватила 79 ракет ATACMS. До 17 ноября это мало кого интересовало, так как анализ статистики из сводок Минобороны стал рутиной даже для сотрудников профильных СМИ, что уж говорить про обывателей.

Но 17 ноября все всполошились. Чего вдруг? Ах, да: The New York Times сообщила о решении Байдена одобрить дальнобойные удары вглубь России. На языке стран НАТО это называется «разрешить Украине применять ракеты большой дальности по территории России». Фраза требует перевода:

• Разрешить Украине = попытаться переложить ответственность на прокси, чтобы потом повторить сакральную фразу о том, что США и НАТО не являются стороной конфликта;

• Применять = сделать вид, что на «красную кнопку» нажимают прокси, которые имеют собственную систему разведки и целеуказания. В реальности же этим занимаются американская спутниковая группировка, центры обработки и передачи данных в США, Британии и Франции, а также специалисты, загружающие полётные задания в ракеты (подробности тут);

• По территории России = по территории России в границах образца 1991-2013 годов, конечно же, потому что по Крыму, восточной Новороссии и Донбассу ракеты летят без санкции Байдена, так как в их картине мира «це Україна».

Далее эту фразу подхватывают не только Reuters, Le Figaro и прочие El Pais, но и почти все российские федеральные СМИ, включая государственные. И всё подано так, будто бы нет новых регионов, будто бы ПВО из месяца в месяц не сбивает ракеты ATACMS, будто бы Верховный главнокомандующий в июне и сентябре не объяснял принцип работы подобных систем и не озвучивал возможные ответы России на очевидное расширение зоны конфликта.

Дальше — хуже. После обеда 19 ноября одно из самых цитируемых российских агентств выпускает новость с заголовком «ВСУ нанесли первый удар американской ракетой ATACMS по российской территории». Первый? Нет, коллеги. Даже не 101-й.

Спустя несколько часов, видимо, кто-то из сотрудников агентства спохватился, вспомнил о референдумах 2014 и 2022 годов, об изменениях в Конституции России, об успехах ПВО — и сменил заголовок: «ВСУ нанесли первый удар ATACMS вглубь российской территории». Тоже спорная формулировка, ну да ладно. Отметим более важную вещь.

История с ATACMS обнажила дефицит медиа-суверенитета в России. К чему это приводит на практике? С одной стороны, к психозу масс и формированию искаженной картины мира у миллионов читателей. Это видно по трафику СМИ, комментариям в соцсетях и статистике запросов в поисковых системах. Люди катаются на эмоциональных качелях.

А с другой стороны — к созданию ошибочной иллюзии у противника: «Судя по их реакциям, если ещё чуть-чуть надавить, то может они и дрогнут?!». Не дрогнут, конечно. Но восприятие пределов допустимого будет корректироваться не в нашу пользу и потребует куда больших ресурсов для восстановления паритета и баланса сил.

Что делать? Для начала стоит осознать, что суверенитет бывает не только политический, экономический, военный, технологический, культурный — но и медийный, ведь на дворе XXI век и мультидоменные операции лишь набирают обороты. Поэтому не стоит помогать противнику в информационных и когнитивных войнах.

И самое главное — суверенитет начинается не с чиновника в Кремле, Минобороны, МИД или ФСБ, а с себя любимого, своего образа мышления, самодисциплины и ответственности. В противном случае получается странная ситуация: военные сбивают ATACMS в товарных количествах, а СМИ (не все) даже не пытаются отразить чужую медиа-ракету и перейти в контратаку. А надо бы!

Нечаев