Владимир Ермаков — о ядерной риторике Лондона, будущем СНВ-3 и оружии в космосе Глава департамента по вопросам нераспространения и контроля над вооружениями МИД РФ Владимир Ермаков в интервью ТАСС рассказал, когда будет возможен диалог с США по стратегической стабильности, предупредил Финляндию о последствиях ее политики после вступления в НАТО и оценил вероятность наращивания Великобританией ядерного потенциала.

— В СМИ сообщалось, что премьер-министр Финляндии Петтери Орпо может разрешить транзит ядерного оружия после того, как страна присоединилась к Североатлантическому альянсу. Ожидается, что политика Финляндии в отношении ядерного оружия будет определена к осени. Как Москва оценивает подобные намерения соседнего государства?

— Подобные намерения можно оценить с помощью библейской формулы: "не ведают, что творят". Любому здравомыслящему наблюдателю очевидно, что до вступления Финляндии в НАТО — сколь стремительного, столь же и бездумного — этой стране абсолютно ничего не угрожало с российского направления. У современной России не было к этому государству никаких серьезных вопросов в сфере безопасности.

Однако будучи затянутыми в общезападный водоворот оголтелой антироссийской политики, финские власти в одночасье решили отбросить то, что гарантировало спокойствие и стабильность их страны, а именно — военный нейтралитет. Более того, одного только вступления в НАТО Хельсинки, по-видимому, показалось мало: теперь там рассуждают и о возможности присоединения к практической деятельности стран блока по созданию угроз для России с задействованием ядерного оружия.

Что ж, если таков выбор финских властей, то им следует быть готовыми и к последствиям данного выбора. Приведенное выше библейское высказывание традиционно является синонимом милосердия и всепрощения. Однако во взаимоотношениях со странами НАТО такой подход, видимо, уже не работает: нашу сдержанность и долготерпение там, как правило, принимали за слабость и пытались эксплуатировать. Поэтому безотносительно того, ведают ли власти Финляндии, что они творят, им предстоит в полной мере столкнуться с российскими военно-техническими контрмерами.

Возникает вопрос: к чему в реальности ведут действия Хельсинки по якобы укреплению собственной безопасности? Вряд ли она повысится в результате появления на картах российского Генштаба пометок, которые означают внесение объектов на территории Финляндии в список легитимных целей для поражения в случае прямого военного столкновения нашей страны с НАТО. Похоже, это тот самый случай, когда можно сделать заключение: "за что боролись, на то и напоролись".

— Ядерная риторика усилилась и в заявлениях Лондона. Так, согласно докладу правительства Великобритании, угроза, связанная с применением ядерного оружия, выросла и может остаться на повышенном уровне в ближайшие два десятилетия. В Лондоне также заявляют, что Россия "пытается использовать безответственную ядерную риторику, чтобы вынудить другие страны прекратить оказание помощи" Киеву. Существует ли вероятность, что под видом этих утверждений Лондон сам может вести какую-то активность в области ядерных вооружений?

— Оценил бы такую вероятность как стопроцентную. И далеко ходить за конкретными примерами не придется. Достаточно вспомнить, что ранее Великобритания под надуманными предлогами заявляла о намерении нарастить свой ядерный арсенал. Практическая реализация этого намерения наверняка в полном разгаре. При этом нет никаких гарантий, что британцы остановятся на анонсированном ими потолке и не поднимут его еще выше.

Другой пример — факты, указывающие на подготовку к возвращению ядерного оружия США на территорию Великобритании. Модернизация и, похоже, расконсервация соответствующей инфраструктуры уже активно финансируются.

Не будем забывать об активных усилиях Лондона по обновлению своего ядерного потенциала. Есть все основания ожидать, что неудачи с испытательными пусками баллистических ракет подводных лодок (БРПЛ), в последние годы преследующие британцев, лишь дополнительно подстегнут их активность.

Разумеется, в Лондоне заинтересованы в отвлечении внимания общественности и мирового сообщества от указанных выше фактов, пропагандистски раскручивая тезис о "российской ядерной угрозе".

— Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш призывал Россию и США вернуться к выполнению Договора по сокращению стратегических наступательных вооружений (СНВ-3, ДСНВ). В США заявили, что Вашингтон готов вести с Москвой и Пекином двусторонние переговоры, посвященные контролю над вооружениями. В ответ на это в МИД России отмечали, что США занимаются "упражнениями в лицемерии и демагогии", предлагая диалог по контролю над вооружениями с Россией на своих условиях. Москва готова обсуждать данный вопрос только в едином комплексе. Поступали ли от США после этого конструктивные предложения? Каковы перспективы диалога по стратегической стабильности между Россией и США? Как вы считаете, успеют ли Москва и Вашингтон выработать соглашение на замену ДСНВ до истечения его срока?

Никаких принципиально новых идей относительно диалога по стратегической стабильности и контролю над вооружениями от США не поступало. Исходим из того, что в Вашингтоне начали осознавать твердость нашей позиции, исключающей разговор на эти темы без выполнения ряда принципиальных условий. К таковым относится предварительный отказ США от курса на подрыв безопасности России и демонстрация Вашингтоном реальной готовности к комплексной работе с акцентом на устранение первопричин созданных американцами фундаментальных противоречий, чреватых прямым военным столкновением наших стран.

Единственным дополнительным моментом стала переданная в СМИ самими же американцами информация о попытках Вашингтона втянуть нас в разговор по отдельно взятому сюжету о неразмещении ядерного оружия в космосе. Однако нет никаких шансов на наше серьезное отношение к данному заходу — он был предпринят в контексте абсолютно фейковых американских вбросов о якобы имевших место российских планах в этой сфере, а также на фоне новых действий США по эскалации украинского кризиса в расчете нанести-таки России "стратегическое поражение". Таким образом, ни основы, ни предмета для обсуждения по этому сюжету не было и нет. Дальнейшие шаги администрации [президента США] Джо Байдена, фонтанирующей пропагандистскими акциями и мертворожденными инициативами, лишь подтвердили нашу правоту.

Что касается судьбы Договора о СНВ и соглашения ему на замену, то рассуждать об этом на данном этапе так же бессмысленно, как и о перспективах урегулирования политико-дипломатическими методами любых других проблем, накопившихся в области стратегической стабильности. США по-прежнему не готовы ни к равноправному диалогу, ни к уважению коренных интересов России, ни к комплексной работе над снижением уровня конфликтности в отношениях двух крупнейших ядерных держав. Поэтому Вашингтону не стоит строить иллюзии насчет каких-либо новых соглашений в области контроля над вооружениями. Мы же не видим в этом трагедии и готовы к любым вариантам развития событий.

— Обсуждалась ли в контактах с США по дипломатическим каналам инициатива Китая о заключении ядерными странами договора о неприменении первыми ядерного оружия? Был ли получен от Вашингтона какой-то сигнал о готовности начать предметные консультации на этот счет? Высказывали ли другие члены ядерной "пятерки" готовность взять в проработку это предложение? Готовы ли мы совместно с Китаем развивать эту инициативу?

— У нас нет необходимости обсуждать с США упомянутую вами, да и любую другую инициативу Китая. Для этого не имеется ни малейшего основания. Нам прекрасно известна реакция США и их европейских союзников на подобные идеи: они категорически не устраивают западную ядерную "тройку", нацеленную на сохранение максимальной "свободы рук" в отношении условий применения ядерного оружия. Свое неприятие инициатив Пекина они прикрывают выражением скепсиса относительно искренности КНР, считая, что нет надежных оснований доверять доктринальным установкам Китая. Эта тактика апробирована ими не раз: Россия также неоднократно сталкивалась с западными небылицами о наших доктринальных подходах.

Что касается существа инициативы, то она традиционно звучит от представителей КНР в их выступлениях на различных международных форумах. Мы с уважением относимся к любым инициативам Китая в области безопасности, внимательно их изучаем. В данном случае речь об идее, которую необходимо рассматривать в общем контексте военно-политических реалий и во взаимосвязи с другими значимыми факторами, влияющими на международную безопасность и стратегическую стабильность. Этот подход представляется нам вдвойне оправданным на фоне резкого обострения отношений между странами ядерной "пятерки".

Как я уже отмечал, в качестве приоритетных мы предпочитаем рассматривать прежде всего те меры, которые нацелены на снижение конфронтационного потенциала между ядерными державами путем устранения коренных противоречий в области безопасности. В отсутствие предпосылок для совместных усилий такого рода будем действовать на данном этапе в одностороннем порядке — в частности, путем реализации поставленных президентом России Владимиром Путиным задач по денацификации и демилитаризации Украины, а также недопущению ее поглощения враждебным блоком НАТО.

— В последнее время активизировалась тема вероятного использования космического пространства в военных целях. Москва говорит о недопустимости развертывания оружия в космосе, но и небоевые спутники активно применяются в военных действиях против России — в частности, гигантская сеть спутников Starlink. Какие средства противодействия имеются у нашей страны, учитывая, что США не хотят присоединяться к российско-китайской инициативе по безопасности космоса? При каких обстоятельствах Москва будет считать применение спутников угрозой, которая потребует реакции?

— Россия рассматривает в качестве возрастающей угрозы использование коммерческих спутников и соответствующей наземной инфраструктуры, заявленных как системы гражданского назначения, для обеспечения боевых действий вооруженных сил и вмешательства во внутренние дела суверенных государств. Помимо неприемлемости данного вида деятельности в принципе, считаем также, что в результате нее неоправданным рискам подвергаются долгосрочная устойчивость космической деятельности и, как следствие, — многочисленные социально-экономические процессы, напрямую зависящие от применения космических технологий. Этот фактор затрагивает интересы большинства государств — членов ООН, в первую очередь развивающихся.

Россия последовательно привлекает внимание мирового сообщества к данной проблеме на профильных международных площадках, прежде всего в ООН. В качестве практического вклада в ее решение МИД России по согласованию с заинтересованными ведомствами подготовил проект резолюции 79-й сессии ГА ООН "Космические наука и технологии для продвижения мира". Документ внесен на рассмотрение Комитета ООН по космосу. О его поддержке уже заявили около 40 государств. Будем продолжать настойчиво продвигать эту тему на всех профильных международных и региональных площадках...

Арзу Пашаева