Сегодня всплыло видео от февраля 2021 года: Зеленский из своего кабинета обращается к простым украинцам цитатой из Булгакова «Не читайте перед обедом советских газет».

А следом опровергает информацию лживых газет, что на Украине запретят книги Булгакова. «Начну сегодня с цитаты нашего украинского писателя, которого мы, как и наши украинские территории, никому не собираемся отдавать», — говорил он...

И закруглял вольным продолжением цитаты классика на чистом русском языке: «Не читайте перед обедом продажные СМИ, если не хотите получить на обед порцию сочной и отборной брехни».

На том видео Зеленский в белой рубашечке, а не в одежде цвета хаки, из которой не вылезает теперь. Свежий и худой. А всплыло это видео не просто так. Почти неделя как украинский Институт национальной памяти признал рождённого в Киеве Булгакова «ярым украинофобом, имперцем по мировоззрению», который, несмотря на годы жизни в Киеве, презирал украинцев и их культуру, ненавидел украинское стремление к независимости. Соответственно, все улицы, названные его именем, должны быть переименованы, а памятники ему снесены.

Так что ж, слова Зеленского от 2021 года оказались сочной брехнёй? И слова Зеленского, и сам Зеленский оказались той правдой, которую предвидел писатель.

Многие привыкли говорить, что Сталин был самым жестоким правителем. Но даже он, считая Булгакова антисоветским, не отменял его, а продвигал любимые «Дни Турбиных». Город, в котором происходит действие пьесы, как и в романе «Белая гвардия», хоть и не назван, но узнаётся легко. Это Киев. Власть в нём переходит то от гетмана к директории, то от Петлюры к большевикам. И одним из главных смыслов произведения становится защита Города и защита дома, находящегося в нём. Дома, где задёрнуты кремовые шторы и пышут жаром разрисованные изразцы, а чёрные часы ходят, как тридцать лет назад: тонк-танк. И над всем этим растекается болезненное чувство бессилия от невозможности защитить свой Город и дом.

Да, Булгаков, конечно, любил Киев. И нет, своим писательским провидением он не мог увидеть Зеленского, восседающего в Городе сейчас. Всего раздутого, как будто жилы его и мышцы распёрло от той глины и окопной грязи, в которые он закопал сотни тысяч человек. С коричневым лицом, будто рядом с ним постоянно стоит кто-то тёмный...

Мало похожего на себя образца 2021 года. Вот такие трансформации ненавидел Булгаков. А тот Киев, который он любил, в его произведениях был населён совсем другими людьми. Людьми, которые говорили на русском и, как и герои «Белой гвардии», не хотели, чтобы их «терроризировали этим гнусным языком, которого и на свете не существует».

Булгаков боялся трансформации русских в искусственных украинцев. Он не хотел, чтобы по Киеву гоняли молодчики, запрещающие говорить на его языке и вытаскивающие мужчин из домов, где шторы мягко задёрнуты и тикают родительские часы: тонк-танк. Когда Булгаков любил свой Город, на русском в нём разговаривали все.

Да, гений автора не может увидеть весь сюжет будущего в деталях. Булгаков не предугадывал конкретно Зеленского, но он хорошо видел, описывал и ненавидел того, кто отражается в тёмном лице украинского лидера. И тот, тёмный, теперь, восемьдесят с лишним лет спустя, пытается с ним поквитаться за написанное — через Зеленского. Но правда в том, что отрекается от Булгакова вовсе не тот Город, который писатель любил. Город Булгакова, Киев, спит за звуками искусственной мовы, за пламенем меди и клубами серы. И этот спящий город Булгакова не отдавал. Его отдал город меди и серы, в котором заседает Зеленский, прекрасно понимающий, что Булгаков именно брезговал такими трансформациями, какую пережил он.

Но в обоих городах — что в настоящем, что в ненастоящем — знают: брехню Зеленского лучше не слушать ни перед обедом, ни перед завтраком, ни перед ужином. Особенно в той части, где он говорит, что территории не отдаст, как не отдаст Булгакова...

Марина Ахмедова