Каждый день на стол премьеру ложатся сводки цен на социально значимые товары. Недавно ФАС провела проверку ценообразования на куриное яйцо и мясо кур у 12 предприятий страны. Но выявить признаки нарушения антимонопольного законодательства или ещё хуже – картельного сговора – оказалось непросто, хотя механизмы сдерживания цен на продовольствие никто не отменял.

Так, например, птицеводы задрать цены без особых на то причин не могут. Порядка 70% отгрузок в торговые сети проходит по фиксированной цене, закреплённой в долгосрочных контрактах на полугодие. Она берётся не с потолка, а по результатам торгов. Но если себестоимость товарного яйца и мяса птицы растёт, то компенсировать её всё равно придётся. Вопрос в том, кто оплатит издержки – потребитель или государство.

Поводов для того, чтобы повысить цены, предостаточно. В течение 2023 года дорожали корма, транспортные расходы, комплектующие и само оборудование, тара и упаковочные материалы. Росли затраты на оплату труда и обслуживание кредитов. Всё это и привело к тому, что килограмм курицы в среднем подорожал за год почти на 30%. Чтобы возместить потери, птицефабрики стали больше курятины продавать за границу. Но в конце октября Минсельхоз побоялся, что прилавки магазинов опустеют и предложил временно запретить экспорт некоторых видов мяса птицы. Как скажется это на производителях, пока никто сказать не может.

Вице-премьер Виктория Абрамченко обещает, что рост цен на продовольствие не превысит 7,5% в 2023 году. В то время как мировая продовольственная инфляция сегодня в несколько раз выше. Похоже, что с производителями продовольствия чиновникам удаётся договориться.

В крупных торговых сетях цены на основные продукты питания сегодня и так довольно приемлемые. В магазинах сети «Верный» в Подмосковье в ноябре доводилось покупать картофель по 10 рублей 99 копеек за килограмм, упаковку свиного рагу – по 62 рубля, курицу по 185 рублей за килограмм, литр молока в мягком пакете по 35 рублей. Каждую неделю можно было приобрести товары по акции со скидкой. Зато в частном магазинчике килограмм белорусского сала стоит 800 (!) рублей. В Курске сало гораздо дешевле, зато картофель и куры – дороже, чем в Подмосковье. Разброс цен на продовольствие по стране значительный. Особенно ощущают его на своих кошельках те, кто не привык готовить дома и после работы в спешке покупают то, что попадётся под руку. Народу трудно объяснить, почему ВВП растёт, а жизнь дорожает. Полгода назад на тысячу рублей можно было купить гораздо больше, чем теперь.

Вот и Росстат фиксирует рост цен не только на большинство продовольственных товаров. Подорожали поездки в городском транспорте, стоимость обслуживания автомобилей, стройматериалы, комплектующие, машины, компьютеры, бытовая техника.

Цены растут высокими темпами, признаёт Центробанк в очередном квартальном докладе и тут же ухудшает прогноз по инфляции на конец года до 7–7,5%. В ответ на это каждая пятая крупная компания, по опросам РСПП, заявляет о планах повысить отпускные цены.

Примерно треть респондентов признаются в снижении интереса своих организаций к программам по импортозамещению, в то же время интерес к внедрению энергосберегающих технологий, напротив, растёт как никогда. Компании стараются больше экономить и повременить с развитием и техническим перевооружением. Решающую роль в третьем квартале сыграли ухудшение условий поставки сырья и комплектующих, проблемы с логистикой. Участники опроса жаловались на рост цен и вынужденный пересмотр существующих контрактов, невозможность оснастить производства новым оборудованием из-за ограничений на импорт. Вместе с издержками растёт себестоимость товаров.

Когда «Ашан» предложил поставщикам не повышать цены хотя бы до конца 2023 года, они посчитали это серьёзным вызовом. Ведь сдерживать цены им придётся за свой счет, чтобы не потерять оптового покупателя. Высокая зависимость производителей от крупных сетей заставляет их идти на уступки ритейлу. Но со временем повышать цены всё равно придётся. Надо же чем-то компенсировать рост затрат.

На желание компаний поднять цены сильнее всего повлияло ослабление курса рубля, полагает директор ИНП РАН Александр Широв. При этом, по словам экономиста, дело не в курсе самом по себе, а в том, что он начал влиять на цены, раскручивая инфляцию.

Кроме того, свой вклад в рост себестоимости внесло ужесточение денежно-кредитной политики Банком России: в связи с повышением ключевой ставки у компаний растут издержки на финансирование оборотного капитала. Им приходится ужимать расходы на сырьё, комплектующие, сокращать производство, а вместе с тем и персонал.

Пока у государства есть доходы от экспорта, многие проблемы решаемы. Но долгое время заливать экономику деньгами не получится. Придётся помогать лишь избранным, крупным холдингам, от работы которых зависит наполняемость прилавков магазинов, исполнение оборонных заказов и госпрограмм, имеющих особое значение. Государству готово занимать у населения и привлекать банки скупать ценные бумаги, которые напечатает Минфин.

Пока ситуация в экономике не стабилизируется, помогут дружественные государства, в первую очередь Китай. Сегодня на Ozone можно заказать всё, что нужно для дома и семьи по приемлемым ценам. Предприятиям, испытывающим трудности из-за санкций, готовы помочь коллеги из Поднебесной.

Чиновники убеждают народ, что ничего страшного не происходит. Ужесточение денежно-кредитной политики помогут пережить заблаговременно принятые меры. Правительство утвердило предельные индексы изменения размера платы за услуги ЖКХ. Минсельхоз готов поощрять импорт куриных яиц для роста птичьего поголовья, Минпромторг занимается работой по стимулированию производителей и торговых сетей. На индексацию пенсий в следующем году выделят без малого 600 млрд рублей. Но если инфляция вырастет ещё больше, то в будущем году правительство может повысить пенсии ещё раз. При этом, согласно статистике, людей, которые живут только на пенсию, не так уж и много – всего-то 10%. Остальные пенсионеры либо работают, либо получают поддержку родных и близких.

Уже сегодня рост оплаты труда в России, как свидетельствует Росстат, в два с лишним раза опережает инфляцию. С 1 января нового года МРОТ вырастет на 18,5%, а значит, придётся повышать зарплаты бюджетникам.

Учёные Финансового университета при правительстве РФ ожидают, что в первом полугодии 2024 года реальные зарплаты из-за повышенного спроса на трудовые ресурсы вырастут ещё на 5%. И на этом не остановятся.

А тем, кто боится за свои кровные, предлагаются самые разные способы сохранения и приумножения накоплений, включая банковские депозиты, покупку драгметаллов, ценных бумаг, недвижимости, криптовалюты. Кстати, вопреки объявленному правительством курсу на дедолларизацию больше всего выиграли владельцы вкладов в валюте (доход со сбережений в долларах за счёт курсовой разницы за последние 9 месяцев достиг 40%!). В этом году банки стали предлагать экзотические вклады. Сбер в тестовом режиме запустил вклады в дирхамах ОАЭ, курсы которых привязаны к доллару, с доходностью до 3,04% годовых. Всё более популярными становятся юани, потому что Китай остаётся для нас самым крупным торговым партнёром.

Многих россиян вполне устраивают выросшие проценты по банковским вкладам, как краткосрочным, так и долгосрочным, с хорошей перспективой. Можно положить деньги в банк под самый распространённый сегодня процент – 12-14% годовых или под 17%-18% на три месяца или полгода и получить ещё большую выгоду. Но при этом не стоит забывать, что Агентство по страхованию вкладов в случае банкротства кредитной организации по закону защитит суммы только до 1,4 млн рублей. Чтобы с меньшим риском сохранить более крупные суммы, придётся открывать вклады в разных банках. Можно ещё прикупить Облигации федерального займа (ОФЗ), как краткосрочные (от одного года), так и долгосрочные (на десять лет под 12%). Спрос на них уже превысил предложение.

Центробанк старается убрать из экономики «лишние деньги», которые мешают снизить инфляцию. Если не увидим «признаков охлаждения инфляционных ожиданий», как выразилась Эльвира Набиуллина в докладе о денежно-кредитной политике ЦБ, то ключевую ставку придётся вновь «поднимать ощутимыми шагами». Нынешняя инфляции, продолжает утверждать председатель Банка России, вызвана внутренней разбалансировкой спроса и предложения: «Спрос растёт, рост предложения упирается в ограничения, в результате рост цен ускоряется. При этом бюджетная политика на ближайшие три года остаётся стимулирующей». Это означает, по логике Набиуллиной, что денежно-кредитная политика должна быть более жёсткой.

Никто не хочет, чтобы инфляция у нас выросла до 60 с лишним процентов, как в Турции. Но и с нашим Центробанком согласны далеко не все. Возникает вопрос: почему цены растут, когда доллар падает?

Ведь жизнь заставляет по-прежнему ориентироваться на американскую валюту, какой бы токсичной она не была. Хватит ли у государства ресурсов, чтобы пережить трудное время, если цены на энергоносители упадут?

Вице-премьер Денис Мантуров, отвечающий в правительстве за импортозамещение, недоволен тем, что слишком высокая ключевая ставка подавляет всякое желание бизнеса инвестировать в экономику. Академик РАН Сергей Глазьев абсолютно уверен, что даже, несмотря на западные санкции, рубль вполне мог оставаться стабильным. Если торговый баланс положительный, приток валюты больше, чем отток, то, по словам академика, нужно было только прекратить нелегальную утечку капитала, и рубль автоматически укреплялся бы. Но крепкий рубль пока никому не нужен. Ведь страна богатеет за счёт экспорта. На мировых рынках жёсткая конкуренция, так что дорогие товары никто у нас не купит.

Профессор МГУ Елена Ведута замечает, что «Центральный банк часто гордо берёт на себя функцию макроэкономического регулятора развития страны», но не может её выполнить. Его политика не завязана на то, чтобы обеспечить производство необходимых дополнительных мощностей, машин, станков, сырья, чтобы завтра у нас было развитие. «Деньги, которые он даст, уйдут в инфляцию, поэтому он их не даёт, а просто держит при себе и манипулирует», – полагает учёная.

В Госдуме давно предлагают изменить статус Центробанка, чтобы он отвечал не только за инфляцию, но и за рост экономики и уровень доходов граждан.

Депутаты обычно рассуждают так: если у страны есть передовые по мировым меркам производства, но отсутствует суверенная денежная политика, то предприятия будут простаивать и деградировать. И, наоборот, при суверенном ЦБ, находясь даже на низком уровне технологического развития, экономика может совершенствоваться и развиваться. В качестве примера можно привести наш опыт тридцатых годов.

Несмотря на критику, Эльвира Набиуллина намерена продолжить жёсткую кредитно-денежную политику. Насколько она права, покажет время. Потерпеть осталось недолго: к лету, по прогнозам Центробанка, инфляцию вернут к заветной цели – 4% и жизнь простых людей и бизнеса, надо полагать, начнёт налаживаться.

Если этого не произойдёт, то под вопрос будет поставлен сам принцип действий регулятора. А спрос за инфляцию будет уже совсем другим...

Специально для «Столетия»