В Риме, на вершине холма Джаниколо, возвышается величественная конная статуя Джузеппе Гарибальди, «героя обоих полушарий», посвятившего свою жизнь объединению Италии. А чуть поодаль один из склонов холма украшает великолепный бронзовый монумент его любимой жены Аниты, в основании которого находятся останки героини, перенесенные сюда из Ниццы в 1932 году.

На вздыбленном коне, с маленьким сыном в одной руке и с пистолетом в другой. Такой предстает перед нами Анита, олицетворяющая собой женский идеал – верной подруги великого человека, разделявшей с ним его идеи и погибшей за свободу Италии. До сих пор образ этой незаурядной женщины очаровывает и заставляет восхищаться.

История Джузеппе и Аниты Гарибальди была короткой, но насыщенной грандиозными событиями. Анита (ее настоящее имя Ана Мария ди Жесус Рибейру) родилась 30 августа 1821 года предположительно в местечке Морриньюс рядом с городком Лагуна в бразильском штате Санта-Катарина. Ее предки были португальскими эмигрантами, переселившимися в XVIII веке с Азорских островов на западное побережье Латинской Америки. Отец Аниты был погонщиком скота, и она жила в полной свободе, рано научившись гарцевать на лошади, часто убегала из дому и проводила целые дни на восхитительных прибрежных песчаных пляжах.

Казалось бы, Джузеппе и Анита никогда не должны были встретиться – их жизненные пути такие разные, но судьба распорядилась иначе.

Плавая на торговых судах в Одессу, Таганрог, Константинополь и на Канарские острова, Гарибальди повстречался с теми, кто «заразил» его идеей необходимости освобождения родины от иностранной оккупации. Он стал членом подпольной организации «Молодая Италия» и принял участие в неудачной попытке военного переворота в Генуе. С того момента над ним тяготел смертный приговор, и ему не оставалось ничего иного, как под чужим именем покинуть страну. В Марселе он устроился моряком на корабль и вскоре отплыл к берегам Южной Америки, горя желанием сражаться за независимость недавно образовавшейся республики Риу-Гранди.

В Бразилии Гарибальди получил под свое командование корабль «Риу-Парду», на котором потерпел кораблекрушение у устья реки Арарангуа, во время которого погибли все его итальянские товарищи. С матросами, спасшимися при кораблекрушении, Гарибальди перешел на шхуну «Итапарика» и именно на ней появился летом 1839 года у берегов Лагуны. С палубы, обозревая в бинокль местность, он увидел на берегу девушку, и ее образ настолько завладел его воображением, что, сойдя на берег, он отправился искать ее. «Я повстречал местного жителя, с которым познакомился в первый момент нашего прибытия, – вспоминал Гарибальди. – Он пригласил меня зайти к нему в дом выпить кофе. Мы вошли, и первая, кого я увидел, была та, которая заставила меня сойти на берег...». После первых счастливых месяцев с Гарибальди в Лагуне восемнадцатилетняя Анита переселяется к нему на корабль.

Она, не колеблясь ни минуты, оставляет свой дом и родных, желая следовать за любимым повсюду, хотя он мог предложить ей только жизнь, полную лишений. Вскоре начинаются бои с имперскими войсками, в которых Анита показывает чудеса героизма. Ее храбрости и абсолютному презрению к какой-либо опасности могли позавидовать многие мужчины.

Во время одного из сражений Анита перевозит под огнем на лодке раненых с корабля, не обращая внимание на свистящие у нее над головой пули. В другой раз Гарибальди отправляет ее за подмогой (которая так и не пришла), и она возвращается на корабль, когда ситуация для республиканцев становится практически безнадежной, но благодаря ее хладнокровию удается спасти военное снаряжение. В битве у Куритибануса Анита попадает в плен, но ей удается бежать, и несколько дней спустя, преодолев пешком или на лошади значительное расстояние, воссоединиться с любимым.

После поражения республики Риу-Гранди супруги некоторое время прожили в Монтевидео. Семья постепенно росла, у них появилось четверо детей.

Однако оба они не были созданы для спокойной обывательской жизни, и вскоре Гарибальди завербовался в уругвайское войско, чтобы защищать страну от попыток захватить власть со стороны генерала Мануэля Орибе, хотя новости, доходившие до него из Италии, ускорили его возвращение на родину.

В 1848 году Неаполь и Палермо взбунтовались против господства испанских Бурбонов, север Италии восстал против власти австрийцев. В Риме либеральные реформы нового Папы Пия IX позволяли надеяться на создание гражданского общества. Первой в Ниццу прибыла Анита с детьми, и на пристани ее встречала ликующая толпа. Благодаря корреспонденции итальянских журналистов из Латинской Америки имя Гарибальди за время его отсутствия стало хорошо известно в Европе. Отважный воин, благородный человек, борющийся за свободу угнетенных и презирающий тиранов – таким был его образ в общественном сознании. Еще большее очарование ему придавало то, что повсюду его сопровождала необыкновенная женщина, бесстрашная амазонка и верная подруга, сражавшаяся с ним бок о бок и не терявшая присутствия духа в самых безнадежных ситуациях.

Наконец в июне 1848 года Гарибальди появляется со своими солдатами в Ницце и сразу же отправляется на помощь повстанцам – в Милан, во Флоренцию, Болонью, Равенну, на Лаго Маджиоре.

В ноябре в Риме вспыхивает восстание: провозглашена Римская республика, которая оставляет Папе лишь духовное руководство паствой. Но Пий IX бежит в Гаету и просит помощи у других государств. Рим осаждают французские и неаполитанские войска, и Гарибальди, находившийся в тот момент в Риети, спешит в Вечный Город.

Начинаются бои за Рим со значительно превосходящими силами противника. На защиту республики встают многие римляне – от интеллигенции и представителей высших аристократических кругов до ремесленников квартала Трастевере и даже иностранных художников, приехавших в Вечный Город изучать античность.

Чем хуже идут дела в Риме, тем выше моральный подъем его защитников. В те месяцы, которые Гарибальди провел в Италии, Анита, оставляя детей на попечение друзей, всегда находила время, чтобы увидеться с мужем, побыть немного рядом и помочь ему в его борьбе.

В Рим она приезжает дважды – в последний раз, как свойственно ей, в тот момент, когда ситуация уже безнадежна, и она, несмотря на то, что ожидает ребенка, становится «еще одним солдатом» его войска.

Однако продолжать оборону бессмысленно, и Гарибальди вынужден покинуть Рим. На площади перед собором святого Петра он произносит речь, в которой призывает следовать за ним тех, кто хочет сражаться за независимость Италии. Вечером его видят у церкви Сан Джованни ин Латерано, где он собирает свое войско. Рядом с ним на лошади Анита, коротко остриженная, в мужском костюме. Несмотря на то, что она находится на пятом месяце беременности, она решает следовать за мужем. С этой площади начинается ее последний поход...

Гарибальдийцы выходят из Вечного Города, запутывая следы. По мере продвижения на север войско Гарибальди редеет, а здоровье Аниты ухудшается. Они находят приют в Сан-Марино, но вскоре вынуждены покинуть его, поскольку австрийцы требуют выдачи Гарибальди, грозя вооруженным нападением. Не желая подвергать опасности жизнь обитателей маленькой республики, ночью он уходит вместе с немногими оставшимися ему верными людьми. Среди них – больная Анита, которую никакие уговоры, никакие просьбы не способны заставить покинуть своего мужа.

Их цель – добраться до Венецианской республики, единственной не потерявшей свободу, но вечером 4 августа 1849 года в местечке Мандриоле недалеко от Равенны Анита Гарибальди умирает в возрасте неполных 28-и лет.

Известный итальянский журналист Индро Монтанелли заметил, что Анита вовсе не была Жанной Д’Арк, воодушевленной какой-либо идеей, но она разделила с мужем его идеалы, считая их святыми только потому, что такими они были для него.

«Анита пожертвовала своей жизнью и умерла за своего мужа, – писал Мино Милани, один из гарибальдийцев. – Ее единственным идеалом была семья или, точнее, супружеская любовь, и надо признать, что речь идет о ценностях, на сегодняшний день утраченных...»

Позднее в жизни Гарибальди были и другие женщины, оставившие более или менее заметный след в его биографии. Но ни одна из них не заняла в его сердце места Аниты, и ни одну потомки не назвали «героиней обоих полушарий».

Специально для «Столетия»