Итак, Царь-пушка — это бомбарда, предназначенная для стрельбы каменными ядрами. Вес каменного ядра Царь-пушки составлял около 50 пудов (819 кг), а чугунное ядро такого калибра весит 120 пудов (1,97 т). В качестве же дробовика Царь-пушка была крайне неэффективна. По стоимости затрат вместо нее можно было изготовить 20 малых дробовиков, на заряжание которых нужно гораздо меньше времени — не сутки, а всего 1−2 минуты. Замечу, что в официальной описи «При Московском арсенале состоящей артиллерии» на 1730 год числилось 40 медных и 15 чугунных дробовиков. Обратим внимание на их калибры: 1500 фунтов — 1 (это и есть Царь-пушка), а затем следуют калибры: 25 фунтов — 2, 22 фунта — 1, 21 фунт — 3 и т. д. Наибольшее число дробовиков, 11, приходится на 2-фунтовый калибр.

Кто же и почему записал Царь-пушку в дробовики? Дело в том, что в России все старые орудия, находившиеся в крепостях, за исключением мортир, со временем автоматически перечислялись в дробовики, то есть в случае осады крепости они должны были стрелять дробью (каменной), а позже — чугунной картечью по пехоте, идущей на штурм. Использовать старые орудия для стрельбы ядрами или бомбами было нецелесообразно: а вдруг разнесет ствол, да и у новых пушек баллистические данные были куда лучше. Так Царь-пушка была записана в дробовики, в конце XIX — начале ХХ веков о порядках в гладкоствольной крепостной артиллерии военные забыли, а гражданские историки вообще не знали и по названию «дробовик» решили, что Царь-пушка должна была использоваться исключительно в качестве противоштурмового орудия для стрельбы «каменным дробом».

Точку в споре, стреляла ли Царь-пушка, поставили в 1980 году специалисты из Академии им. Дзержинского. Они исследовали канал орудия и по ряду признаков, в том числе по наличию частиц сгоревшего пороха сделали вывод, что из Царь-пушки стреляли, по крайней мере, один раз. После того, как Царь-пушку отлили и отделали на Пушечном дворе, ее перетащили к Спасскому мосту и уложили на землю рядом с пушкой «Павлин».# Чтобы передвинуть орудие, к восьми скобам на его стволе привязывали веревки, в эти веревки впрягали одновременно 200 лошадей, и те катили пушку, лежащую на огромных бревнах — катках.