Министерство иностранных дел Израиля резко выступило против принятых в Польше законодательных поправок, которые ограничат возможность подачи исков евреев, переживших Холокост, по поводу возврата своей собственности или получения компенсации за неё. «Польский закон, который, по сути, блокирует возвращение еврейской собственности или компенсацию за неё пережившим Холокост и их потомкам, является ужасной несправедливостью и позором. Это совершенно немыслимый шаг», – заявили в израильском МИДе.

При этом в Израиле напоминают, что поляки и сами активно участвовали в Холокосте – причём убийства евреев в Польше продолжались даже после изгнания оттуда нацистов.

Обиду израильтян понять можно – Холокост в Польше действительно приобрел гигантский размах. На начало сентября 1939 года в стране проживали 3,3 млн евреев. Во время войны погибло 2,8 млн из них. К слову, сейчас в Польше насчитывается не более 7 500 представителей этого народа. Конечно, основное большинство жертв – на совести немецких нацистов. Но определённую помощь в деле проведения геноцида оказали немцам и местные «добровольцы». Первый погром из тех, к которому приложили руку этнические поляки, произошёл в сентябре 1939-го в городе Щучин – вскоре после того, как туда вступили немецкие войска. Потом город уступили СССР, и вторичный погром там случился уже в июне 1941-го – после нового пришествия немцев. И снова основную роль играли поляки.

А одним из главных символов польского участия в Холокосте стали события 10 июля 1941 года, случившиеся в городке Едвабне. Этот населённый пункт входил в Белостокскую область, присоединённую в 1939-м решением руководства Советского Союза к Белорусской ССР, а ближе к концу войны переданную обратно Польше. Вскоре после захвата городка нацистами здесь состоялся погром, в ходе которого было уничтожено, по некоторым данным, до 1600 евреев. Первоначально это преступление относили на счёт немцев, но поздние исследования выявили, что основная доля вины лежит на поляках.

Дело в том, что поляки были обозлены на евреев: те, в отличие от прочих жителей, с энтузиазмом восприняли приход советской власти. За это с ними при первом удобном случае и посчитались. Кстати, по этой же причине происходило уничтожение евреев руками местного населения в соседних Литве и Латвии.

Сохранились воспоминания очевидцев бойни в Едвабне. Многое, например, рассказал Шмуль Васерштайн, которому посчастливилось уцелеть во время устроенного польскими националистами 10 июля 1941 года погрома. «Двое из этих бандитов, Боровский Вацек со своим братом Метеком, врываясь в еврейские квартиры вместе с другими бандитами, играли на гармони и кларнете, чтобы заглушить крики еврейских женщин и детей. Я собственными глазами видел, как они убили Хайку Васерштайн, 53-ти лет, Якуба Каца, 73-ти лет, и Кравецкого Элиаша. Якуба Каца они забили кирпичами, а Кравецкого закололи ножами, потом выкололи ему глаза и отрезали язык. Он терпел нечеловеческие муки в течение 12 часов, пока не испустил дух», – поведал свидетель.

Чуть позже в тот же самый день Васерштайн в ужасе созерцал и другое зрелище подобного рода. «Кубжанская Хая, 28 лет, и Бинштайн Бася, 26 лет, обе с младенцами на руках, видя, что творится, пошли к пруду, предпочитая утопиться вместе с детьми, нежели попасть в руки бандитов. Они бросили детей в воду и собственными руками утопили, потом туда прыгнула Баська Бинштайн, которая сразу пошла на дно, в то время как Хая Кубжанская мучилась несколько часов. Собравшиеся погромщики устроили из этого посмешище: они советовали ей лечь лицом на воду, тогда ей скорее удастся утопиться, а она, видя, что дети уже утонули, энергичнее бросилась в воду и там нашла свою смерть», – рассказывает уцелевший.

Несколько лет назад в Польше вышла нашумевшая книга американского социолога Яна Томаша Гросса «Золотой урожай», в которой рассказывается, как польские крестьяне во время войны в поисках золота и драгоценностей выкапывали останки евреев из братских могил рядом с Треблинкой.

В другой своей книге «Соседи. История уничтожения еврейского местечка» Гросс коснулся и событий в Едвабне. Он тоже пишет, что в этом городке, прежде чем убить, евреев зачастую унижали. Так, документ из архивного дела Болеслава Рамотовского и его товарищей гласит: «Я видел, как Собута и Василевский отобрали человек пятнадцать евреев и издевательским образом заставляли их делать гимнастические упражнения. Их группами выводили на кладбище, где уже убивали всех подряд».

В том же деле приводится и другой факт: «Отобрали самых сильных мужчин, загнали на кладбище и приказали им выкопать ров; после того, как они его выкопали, взяли их и поубивали. Били кто чем: кто железкой, кто ножом, кто палкой». А вот один из множества подобных фактов, приводимый в свидетельских показаниях, собранных Еврейской исторической комиссией в Белостоке в 1945 году: «Шелява Станислав убивал железным крюком, ножом в животы. Свидетель прятался в кустах. Слышал, как они кричат. Там, в одном месте, было убито 28 мужчин, причём самых сильных. Шелява схватил одного еврея. Язык ему отрезали. Потом долгая тишина».

Гекатомб, подобных той, что имела место в Едвабне, произошло в Польше около тридцати.

Ян Томаш Гросс насчитал, что всего поляки могли убить не менее 200 тысяч евреев. Польская исследовательница Алина Скибиньска настаивает на том, что цифру Гросса нужно снизить примерно раз в десять. Впрочем, и она вынуждена признать, что даже если провести всесторонний анализ, то установить точное число евреев, погибших от рук поляков, вряд ли получится.

«Это будет лишь минимальная цифра. Ведь не от всех убийств остался какой-то след. Убийства могли происходить в каких-то глухих безлюдных местах. Преступник или преступники закапывали тело и свою тайну хранили до гроба. В таких случаях историки бессильны», – разъясняет Скибиньска.

Как разъясняет эксперт, больше всего убийств совершалось в 1943 году, т.е. когда евреи уже достаточно давно скрывались у поляков. «Во многих случаев люди, которые вначале соглашались помочь евреям, после некоторого времени от этой помощи отказывались. Евреев выбрасывали из убежищ, а иногда даже убивали», – пишет исследовательница. Как отмечает женщина-историк, первоначально поляки прятали у себя евреев, так как надеялись, что оккупантов скоро выгонят и война завершится. «Однако она продолжалась, и вместе с ней всё больше усиливался стресс, связанный с возможностью доноса и страхом перед немецкими репрессиями. Люди начинали жалеть. Кроме того, у евреев кончались их материальные запасы и они для тех, кто их прятал, становились всё большей обузой», – говорит Алина Скибиньска. Она обнаружила в архивах трёх судов одного только Келецкого воеводства свыше 450 дел, относящихся к убийствам евреев и доносам на них. 70% убийств произошло в сельской местности, и речь идет о нескольких тысячах жертв – зачастую на тот свет одновременно отправляли сразу по несколько человек.

Что характерно, некоторые случаи убийств евреев в Польше были зафиксированы и после изгнания немцев. Причины были всё те же: коммунистическая власть в Польше особой популярностью не пользовалась, а её самыми верными сторонниками считали евреев. Коммунисты, как известно, запрещали антисемитскую пропаганду.

Кроме того, многие поляки в годы войны погрели руки на расхищении еврейского имущества – и не желали возвращать его вернувшимся родственникам жертв. Если верить документам, на территории Польши с ноября 1944-го по декабрь 1945 года был убит по меньшей мере 351 еврей – погибали или люди, уцелевшие в нацистских концлагерях, или бывшие партизаны. В частности, в Кракове погром начался 11 августа 1945 года после того, как отдельные личности стали бросать камни в синагогу – а потом собравшаяся толпа атаковала дома и общежития, где жили евреи. Чтобы остановить расправу, пришлось спешно вызывать части регулярной армии.

Страшное событие случилось в начале июля 1946-го в небольшом городе Кельце (в 170 километрах к югу от Варшавы). Тогда там насчитывалось около двухсот евреев – главным образом, бывших узников концлагерей. Трагедия началась с того, что пропадавший два дня неизвестно где 8-летний Генрик Блашчик якобы рассказал родителям, что был украден евреями, намеревавшимися его убить. Эту байку выдумал отец мальчика, но разбираться в ситуации никто не захотел – жители Кельце устремились на улицу Планты, где жили евреи. Кое-кто потом рассказывал, что погромщики кричали: «Смерть убийцам наших детей!», «Смерть евреям!», «Закончим работу Гитлера!». Преступники взломали двери, ставни и проникли в жилища, расправляясь со всеми, кто им попадался. Убили, по разным данным, от 40 до 47 евреев, в том числе детей и беременных женщин. Свыше 40 человек получили ранения и увечья.

В числе погибших оказались трое солдат-евреев, освобождавших Польшу, и даже двое этнических поляков, которых приняли за евреев. Отдельные представители католической церкви обвинили в этой бойне самих… евреев. В частности, примас Польши Август Хлонд заявил, что в антисемитизме виноваты те евреи, которые заняли после войны ведущие посты в правительстве.

После данных событий уцелевшие евреи начали массово оставлять Польшу. «Положение оставшихся в живых евреев Польши ухудшалось со дня на день. Сообщения о сильнейшем антисемитизме, о нападениях и убийствах евреев приходили со всех концов страны. В среде евреев шли дискуссии, следует ли снова организовать жизнь общины на руинах и могилах или как можно быстрее оставить Польшу и репатриироваться в Израиль. Коммунисты и бундовцы, придерживаясь своей идеологической линии, считали, что надо остаться на месте, поддерживать возвращение оставшихся живых евреев из лагерей и всем вместе включиться в строительство новой, народной Польши. Сионисты всеми своими течениями стояли за репатриацию в страну Израиля», – пишет в своих мемуарах бывший еврейский партизан Ицхак Арад. В итоге, по его словам, возобладала вторая точка зрения – и евреи начали покидать Польшу всеми доступными способами.

Как отмечает Арад, сначала уезжало достаточно небольшое число евреев, но достаточно скоро исход превратился на настоящий большой поток. «Руководители разных сионистских движений в Люблине, возглавившие это "бегство", создали объединенный "координационный" штаб, в котором было представлено большинство сионистских групп. Штаб готовил фальшивые документы, организовывал выездные группы, определял проводников, создавал промежуточные стоянки по маршруту. Все, готовящиеся в путь, снабжались документами, подтверждающими, что они румынские, болгарские или югославские евреи, спасшиеся из концлагерей и возвращающиеся на родину. С конца января по конец апреля 1945 в Румынию прибыло в рамках "бегства" около трёх тысяч польских евреев, спасшихся из Катастрофы. Часть сумела приехать в Израиль законным образом. Большинство же застряло в Румынии. Англичане не выдавали больше сертификатов, согласно политике "Белой книги", ограничившей репатриацию евреев в Израиль. В начале мая руководители "бегства" в Польше и застрявшие в Румынии, решили, что нет смысла везти туда людей, и надо искать другой путь этому потоку», – отмечает свидетель.

В итоге евреям в Польше удалось наладить контакт с соплеменниками из Израиля, служившими в одной из частей британской армии (в ту пору Великобритания контролировала израильскую землю) и временно расквартированными в Италии. Группы беглецов, используя фальшивые документы, устремились в Италию – и здесь им помог царивший в послевоенной Европе хаос, поскольку на тот момент на континенте ещё не успели отладить системы пограничного контроля и эффективной проверки документов. «Солдаты еврейской бригады сумели обхитрить британцев и привезти в Италию тысячи еврейских беженцев на грузовиках еврейских интендантских подразделений британской армии. Число кандидатов на репатриацию было огромным. Труднее всего было найти корабли для их перевозки к берегам Израиля», – вспоминает Арад. Впрочем, и этот вопрос успешно решался. Еврейские солдаты британской армии, создавшие штаб движения репатриации, помогали бежавшим из Польши единоверцам фрахтовать в Италии корабли, на которых те нелегально добирались до Израиля.

Естественно, нынешние израильтяне, памятуя о страданиях своих бабушек и дедушек, испытывают к Польше, мягко говоря, сложные чувства. Масла в огонь подлил тот факт, что в начале 2018 года в Польше приняли закон, по которому было запрещено обвинять жителей этой страны в пособничестве Холокосту.

Сей акт предусматривал лишение свободы на срок до трёх лет – за высказывания, которые можно было интерпретировать, как попытку выставить поляков соучастниками нацистских преступлений. Данный закон, принятый по инициативе правящей правоконсервативной партии «Право и Справедливость», на редкость испортил отношения Польши с Израилем и вызвал суровую критику со стороны международного сообщества. Под общим давлением Варшаве пришлось отменить скандальный акт через пять месяцев после его принятия.

Спору нет – действительно, многие поляки не убивали, а, напротив, старались спасти евреев. По разным оценкам, в этой деятельности участвовали в той или иной мере не менее 350 тысяч поляков, причем 5 тысяч были за это казнены. Они оказали помощь 120 тысячам гонимых людей, по пятам за которыми шла смерть. Не менее 6 620 человек признаны в Израиле за спасение евреев Праведниками мира. Но у медали была и другая сторона…

И сейчас израильтяне крайне недовольны принятием нового польского закона, который ограничивает права уцелевших в Холокосте на реституцию отнятого у них имущества. Ведь, согласно принятым поправкам, по истечении тридцати лет с момента вынесения административного решения о праве собственности на имущество, оспорить его в Польше отныне уже невозможно.

«Этот аморальный закон нанесёт большой ущерб отношениям между нашими государствами. Мы со всей серьёзностью относимся к попытке предотвратить возвращение законным владельцам собственности, украденной у евреев нацистами и их пособниками в период Холокоста в странах Европы. Никакой закон не изменит историю, и этот позорный акт не сотрёт ужас Холокоста и память о нём», – отмечает израильский министр иностранных дел Яир Лапид...

Специально для «Столетия»