Поразительные парадоксы наблюдаются в массовом сознании жителей незалежной. Иные украинцы порой напоминают героя Евгения Леонова из «Джентльменов удачи»: «В поезде я с полки упал, башкой ударился. Тут помню, тут...ничего». В частности, когда речь идет об исследовании, организованном за счет посольства королевства Нидерланды фондом «Демократические инициативы» имени Илька Кучерова.

41% опрошенных фондом украинцев заявили, что Украина должна праздновать как День Победы над нацизмом 9 мая, так и «незалежное новшество» – «День памяти и примирения» 8 мая. 31% готовы отмечать только традиционный День Победы, а 9% – только «День памяти и примирения». 20% – не определились с ответом, или заявили, что им все равно. Причем отношение к праздникам напрямую зависит от региона, в котором проживают опрашиваемые. На Юго-Востоке уверенно лидируют те, кто хотят праздновать только 9 мая, а значительное количество жителей Западной Украины (22%) уверены, что им нужен исключительно придуманный постмайданной властью «День памяти».

48% опрошенных заявили, что поддерживают тезис о том, что Вторая мировая война якобы началась из-за «сговора» Адольфа Гитлера и Иосифа Сталина, выразившимся в подписании «пакта Молотова-Риббентропа». 29% не согласны с данным утверждением, а 23% – затруднились с ответом или не захотели раскрывать свою позицию. И снова – региональные отличия. На Востоке Украины лидируют несогласные с тезисом о «сговоре», зато 68% населения Западной – верят в него.

46% согласились с тем, что СССР якобы не смог бы победить нацистов без помощи западных союзников, 35% украинцев считают, что Советский Союз справился бы с гитлеровцами без США и Великобритании, 19% – не готовы дать ответ на этот вопрос. Региональная специфика снова дает о себе знать. Большинство жителей Востока незалежной не верят в решающее значение помощи союзников, зато на Западной Украине в нее верят 63% опрошенных.

46% поддерживают курс официального Киева на признание УПА (запрещена в РФ) «борцами за независимость Украины», 29% – выступают против, 25% – не дали ответа на этот вопрос или заявили, что им все равно. На Юго-Востоке с большим отрывом лидируют противники бандеровцев, а на Западной Украине 80% симпатизируют так называемым украинским повстанцам.

43% участников исследования заявили, что поддерживают запрет георгиевской ленточки, 29% – осудили его, еще 29% – отказались отвечать на вопрос или сказали, что их это не касается. И опять жители разных регионов показали кардинальное отличие в отношении к политике Киева. Большинство жителей Юго-Востока осуждают запрет георгиевской символики (поддерживают его только около четверти жителей исторической Новороссии), зато на Западной Украине о своем негативном отношении к одному из символов Победы заявили сразу 64% опрошенных.

Любопытно, что деятельность Степана Бандеры сугубо позитивной для Украины назвали всего 32% участников опроса, примерно столько же считают ее негативной, и в равной степени негативной и позитивной. Причем на Юго-Востоке к Бандере хорошо относятся только 11% населения.

При всем при этом 37% опрошенных назвали Победу в Великой Отечественной войне – победой советского народа, 25% – победой антигитлеровской коалиции, а 25% – не дали никакого ответа организаторам исследования.

Практически одновременно с «Деминициативами» провела опрос, несколько иначе сформулировав предложенные его участникам тезисы, «Украинская социологическая группа».

Более 60% собеседников УСГ называли войну Великой Отечественной и только 35% – Второй мировой. 66% опрошенных заявили, что украинцы воевали за свою землю и за свои интересы, не согласны с данным утверждением менее 22%.

52% собеседников УСГ заявили, что отмечать нужно 9 мая, 30% – что праздновать нужно и 8, и 9 мая, а 16% – что только 8-ое.

Сразу бросается в глаза, что результаты исследований за «европейские» и собственные деньги у украинских социологов ощутимо отличаются. Вряд ли «Деминициативы» взяли свои ответы просто с потолка, а вот поманипулировать с вопросами так, чтобы сделать западным спонсорам приятно, конечно, могли.

Однако в любом случае мы видим, что значительное количество украинцев дают противоречивые ответы на «пересекающиеся» вопросы. Так, например, 14% опрошенных умудряются одновременно поддерживать УПА (запрещена в РФ), но не поддерживают при этом Бандеру, который для «повстанцев»-коллаборационистов был идейным лидером.

Около 20% – это те, кто считают войну Отечественной, но при этом верят в «сговор» Сталина с Гитлером, поддерживают запрет георгиевской ленточки (хотя в аналогичных цветах оформлена колодка медали «За победу над Германией») и симпатизируют той самой УПА (запрещена в РФ), которая стреляла в спину советским солдатам.

Это указывает на то, что молодежь и жители центральной части Украины (в их ответах содержится как раз больше всего противоречий) в значительной степени дезориентированы. То, что они слышали с детства от своих бабушек и дедушек, смешалось с тем, что они сегодня видят по телевизору и в роликах на Ютюбе, в причудливую мозаику.

Если таких людей попросить объяснить, почему они хорошо относятся к УПА или плохо – к георгиевской ленточке, то они вообще ничего не смогут толком сказать. Максимум – выдадут что-то, основанное на примитивных пропагандистских клише. Это касается и вопроса о начале Второй мировой войны, и о том, как оно связано с Договором о ненападении между СССР и Германией. Опять же – «тут помню, тут не помню». В целом же, население Украины сегодня условно поделено на три примерно равновеликие группы. Первая – это осознанные противники всего советского и русского. Они с колоссальным отрывом преобладают на Западе Украины. Немало ее представителей и в Центре страны, особенно в Киеве. Главная проблема ее представителей заключается даже не столько в искаженном представлении об исторических процессах, сколько в своем субъективном отношении к ним. Например, в этой социальной группе многие совершенно осознанно симпатизируют нацистской идеологии и поддерживают идеи коллаборационизма. Они прекрасно знают, что гитлеровцы и их бандеровские пособники массово убивали мирное население на оккупированных территориях, но не видят в этом ничего предосудительного.

Вторая большая группа, преобладающая уже на Юго-Востоке, – это те, кого официальный Киев называет «пророссийскими гражданами», а наци в соцсетях – «ватниками» и «колорадами». Это люди, адекватно оценивающие историческое прошлое, и, да, с симпатией относящиеся к России.

Третья группа – это те, о ком мы уже говорили выше — дезориентированные люди, не имеющие представления об исторической правде, и пока что верящие киевским властям на слово потому, что те обещают им «светлое европейское будущее».

Западные пропагандисты развернули сегодня настоящую войну за умы и сердца этой самой третьей категории. Поэтому США, ЕС, соросовские структуры бросают огромные силы и средства на популяризацию исторических мифов.

К примеру, финансирование медиаконсорциума «Украинская правда», активно продвигающего русофобское видение истории, идет одновременно из бюджетов Европейского союза, НАТО и конгресса США. Помимо СМИ, пропагандисты эффективно используют социальные сети, распространяя саркастичные коллажи и короткие псевдоисторические «документалки». Причем конечной целью всей этой деятельности являются не только украинцы, но и россияне, и Россия.

Огромную угрозу для самой Украины и для всех соседних стран представляет проводимая командой Владимира Зеленского политика заигрывания с ультраправыми. Подогревая шовинистические настроения неонацистов, киевский режим, во-первых, вызывает к себе антипатию у жителей Юго-Востока (который, несмотря на уход Крыма и фактический уход Донбасса, все равно составляет примерно треть населения страны), а, во-вторых, осложняет отношения с большинством соседей – от России и Белоруссии до Польши и Венгрии. Учитывая тот факт, что официальный Киев ничего не может толком сделать с урегулированием социально-экономической ситуации (на днях появилась информация о том, что падение ВВП Незалежной продолжается), национальные и исторические проблемы могут дать повод для начала нового этапа противостояния, уже далеко от нынешних его очагов.

Пока что, как показывают результаты социологических исследований, в целом ситуация на Украине (за исключением, Западной и, скорее всего, Киева) еще вполне обратима. Однако, учитывая активность, с которой пропагандисты обрабатывают украинскую молодежь, через некоторое время сонмище разрозненных и бессистемных мифов может трансформироваться в массовом сознании в «гармоничную» виртуальную реальность.

Поэтому поиск мер по донесению исторической истины до «потерявшейся» части украинского общества, и, особенно, до молодежи, является вопросом стратегической важности для всего евразийского пространства...

Специально для «Столетия»