Воистину, портреты Тропинина — это украшение русских музеев. А «по точности отбора социальных типажей русского общества середины XIX века и глубине их воссоздания не имеют себе аналогий в отечественном искусстве своего времени». Кто не помнит «Девушку с розами», «Кружевницу», «Гитариста», «Портрет сына художника» и, конечно же, знаменитый портрет Пушкина. Известно более полутысячи полотен Василия Андреевича Тропинина.

В портретах Тропинина современники отмечали его умение передать «характерность» каждого жизненного типа. Мастер стоял у истоков целого самостоятельного направления в русском искусстве, связанного с внимательным анализом народного характера. Искусствоведы утверждают: будучи «последним сыном XVIII века», в конце жизни Тропинин уловил основные тенденции середины XIX века — верность натуре, аналитический взгляд на мир — и вплотную подошел к критическому реализму второй половины столетия. Это направление потом подхватят передвижники.

Художник и исследователь изобразительного искусства А.Н. Бенуа писал: «Что дает Тропинину особенно почетное место в истории русской живописи, это то, что он посеял семена того реализма, на котором вырос и окреп впоследствии чисто московский протест против чужого и холодного, академического, петербургского искусства. Все его "девушки-садовницы", "кружевницы", "швеи", "молочницы", "гитаристы" и прочие предвещали своими "жанровыми" ужимками, почти анекдотическим заигрыванием последующее блуждание москвичей в "типах" и "рассказиках" и являлись прямой параллелью той непосредственности взгляда на природу, которая была драгоценнейшей чертой, например, в венециановском творчестве».

Будущий художник родился 245 лет назад, 30 марта по нов. ст. 1776 г. в селе Карпово Новгородской губернии. Его родители были крепостными крестьянами графа Миниха. Отец за хорошую службу получил вольную, но остальные члены семьи оставались «в крепости».

С детства Василий много рисовал. Искусствовед А. Амшинская рассказывает: «По семейным преданиям потомков Минихов ... известно, что рисунки дворового мальчика забавляли господских детей, были своего рода курьезом для взрослых. Однако никто никакой пользы в них не видел». Начальное образование художник получил в народном училище в Новгороде. После учебы вернулся в родное село, которое уже перешло в собственность к зятю Миниха — графу Моркову.

Граф отправил Тропинина в Санкт-Петербург учиться на кондитера. В свободное время будущий живописец посещал Императорскую Академию художеств — изучал анатомию и копировал гравюры. Двоюродный брат Моркова узнал об увлечении Тропинина и за свой счет определил его в Академию. С 1799 г. Василий стал в ней вольнослушателем, студентом мастерской портретиста Степана Щукина, посещал занятия Григория Угрюмова, Иоганна Лампи-младшего и Габриэля Дуайена.

В 1804 г. картина Тропинина «Мальчик, тоскующий об умершей своей птичке» была выставлена рядом с картинами уже знаменитых Ореста Кипренского и Владимира Боровиковского. Выставку посетила Императрица Мария Федоровна. Картину высоко оценили критики, и за сходство с гравюрами французского художника Жана-Батиста Грёза прозвали Тропинина «русским Грёзом».

Однако в сентябре того же года граф отозвал живописца и велел переехать в свое имение в селе Кукавка. Как писали в журнале «Искусство в Южной России» за 1913 г., «возвращенный в дом графа Тропинин занял место среднее между поваром-кондитером и личным лакеем графа Моркова. И если бы Тропинин проявил хотя бы малейшее стремление к независимости своего положения и таланта, после того когда талант получил правильное, хотя и незаконченное воспитание, то он рисковал бы потерять окончательно всякую возможность заниматься живописью».

По приказу графа Тропинин построил в селе церковь и расписал ее. Написал «Портрет мужчины в польском костюме», скопировал несколько картин Рембрандта. Представляется, что влияние великого голландца ощутимо в тропининских полотнах.

В Кукавке молодой художник познакомился с вольной поселенкой Анной Катиной, с которой в 1807 г. обвенчался, и после свадьбы молодая супруга тоже стала графской крепостной. В 1809 г. у пары родился сын Арсений.

С началом Отечественной войны вместе с семьей графа Тропинин переехал в Москву. В московском пожаре 1812 г. погибли многие из его ранних работ.

После окончания войны мастер писал портреты московских дворян, в том числе писателей Николая Карамзина и Ивана Дмитриева.

Написал Тропинин и семейный портрет Морковых.

Живописец стал широко известен в Москве. Журнал «Отечественные записки» про него писал: «Тропинин, крепостной человек графа Моркова. Он также учился в Академии художеств и имеет счастливое дарование и склонность к живописи. Колорит его похож на Тицианов».

В 1821 г. Тропинин продолжил работу над «народными образами» — портретами украинских крестьян. Написал «Девушку с прялкой» и «Мальчика с дудкой».

Почитатели творчества Тропинина требовали у Моркова дать мастеру вольную. Друг живописца Михаил Дмитриев даже предлагал графу простить крупный карточный долг за освобождение. Вольную художник получил только в 1823 г. Но его семья осталась в крепостных.

Вскоре за картины «Кружевница», «Старик нищий» и «Портрет художника Скотникова» Тропинину было присвоено звание «назначенного в академики». «Кружевницу» и «Старика нищего» в свою коллекцию «Музеум» купил писатель и журналист Павел Свиньин, который писал о «Кружевнице»: «И знатоки и не знатоки приходят в восхищение при взгляде на сию картину, соединяющую поистине все красоты живописного искусства: приятность кисти, правильное, счастливое освещение, колорит ясный, естественный, сверх того в сем портрете обнаруживается душа Красавицы и тот лукавый взгляд любопытства, который брошен ею на кого-то, вошедшего в ту минуту».

И о полотне «Старик нищий»: «Мастерская, свободная кисть, сильный правильный тушь, широкие тени, эффект поразительный — вот главные достоинства сей картины».

В статье «Мастер русского портрета» искусствовед М. Петрова пишет: «Наиболее ярко и сам жанр как новое явление в русском искусстве, и позиция самого художника, его отношение, его понимание цели и задач жанра проявились в одной из самых первых работ этого рода живописи — знаменитой "Кружевнице" (1823). Природа жанра определила и сам характер композиции. Мы как бы вместе с художником заглянули туда, где трудится эта красивая молодая девушка. И она на наш неожиданный визит, словно на мгновение, отвлеклась от своих коклюшек и внимательно, как это и присуще портретам Тропинина, смотрит на нас. Но в ее взгляде нет ни кокетства, ни любопытства. Напротив. В этих широко открытых глазах — какой-то свой потаенный мир, какая-то полнота чувств и мыслей, которые тесно переплелись в ее душе, как это тонкое, прозрачное кружево, что не выставлено на показ, как свидетельство ее труда, а виднеется маленьким фрагментом, теряющимся в широких складках белой ткани — основы. Эта картина не о социальной характеристике труда, а о его творческом начале, рождающем красоту, обогащая окружающий нас мир. Тонкий нос, красивые очертания припухлых губ, мелкие завитки волос, выбивающиеся из-за ушей, и какой-то глубоко сокрытый темперамент, сила жизни в этих глазах и в этом взгляде. И сама эта девушка — вся как бы соткана из ощущения красоты, которую художник привнес и в живопись ее лица, и в этот плавный, изысканный изгиб ее руки, эти пальцы, легко, изящно перебирающие коклюшки, и в эту ткань, ниспадающую красивыми изломами. И лицо девушки, тронутое нежным румянцем, и фисташковый отлив ее платья, красиво гармонирующий с кисейным платком, будто сотканным из солнечных лучей, и руки, тонко прописанные прозрачной лессировкой, да и сам предмет ее труда — все это залито здесь светом. Им, можно сказать, живет, дышит портрет, обнаруживая, как писал тогдашний критик, "чистую, невинную душу"».

Осенью 1824 г. художнику было присвоено звание академика. Остаться преподавателем в Академии художеств он отказался и до конца жизни жил и работал в Москве, где стал одним из самых популярных портретистов, написал картины «Гитарист», «Каменщик», «Дама в зеленом платье».

Скульптор Николай Рамазанов писал о нем: «Все обидное переносил с высоким терпением и посреди всех художественных занятий совершенно забывал все окружавшее его неприятное и трудился до упаду; случалось, где работал, там и засыпал».

Портрет Елены Щепкиной, жены крепостного актера Михаила Щепкина, женщины с удивительной судьбой — один из лучших портретов художника, притягивающий, заставляющий остановиться, будто изображенная на портрете женщина своим теплым взглядом зовет нас, чтобы успокоить.

На портрете Елене Дмитриевне 37 лет. Благородный и светлый лик, от которого исходит тепло и умиротворение — так мастер запечатлел ее. Глядя на портрет Щепкиной, мы видим особое душевное расположение автора к своей модели. Великий художник обессмертил эту прекрасную женскую душу.

В квартире с мастерской в доме на углу улиц Ленивки и Волхонки мастер проработал большую часть жизни. Именно сюда зимой 1826–1827 гг. приходил позировать Пушкин.

1820–1830-е годы — время творческого расцвета Тропинина. «Художник сумел выразить некоторые специфические черты умонастроения московского общества, противопоставлявшего свободный стиль общения официальной регламентированности петербургской жизни. Портреты 1820-х годов — Н.А. Майкова, П.А. Булахова и особенно Пушкина — отличаются романтической воодушевленностью, внутренней динамикой, яркой эмоциональностью цветового строя. Тропинин мастерски передавал индивидуальность моделей».

Критики считали Тропинина создателем особого жанра живописи — «домашнего» или «халатного» портрета. Художник изображал своих героев в простой одежде и непринужденной обстановке. Василий Андреевич изобрел этот полюбившийся москвичам «халатный жанр», и нередко, заказывая портрет для семейной галереи, местные дворяне просили изобразить их непременно в халате.

В этом стиле Тропинин создал портрет А.С. Пушкина по заказу поэта Сергея Соболевского.

Художник Николай Щекотов писал о портрете Пушкина: «Голубые глаза поэта здесь исполнены особенного блеска, поворот головы быстр, и черты лица выразительны и подвижны. Несомненно, здесь уловлены подлинные черты Пушкина, которые по отдельности мы встречаем в том или другом из дошедших до нас портретов. Остается недоумевать, почему этот прелестный этюд не удостоился должного внимания издателей и ценителей поэта».

Обратим внимание, что в 1827 г. были написаны сразу два портрета «солнца русской поэзии», которые стали по-настоящему каноничными, несмотря на большое различие в интонациях.

А. Сидельникова замечает: «Портреты Кипренского и Тропинина не похожи так, как не похожи Петербург и Москва. Официальный, мундирный, застегнутый на все пуговицы, гордый, величественный, погруженный в свои мысли, торжественный — это Пушкин столичного художника Кипренского. Домашний, взлохмаченный, порывистый, трогательный, мечтательный и собранный, но при этом все равно величественный и торжественный в своем домашнем халате — это Пушкин москвича Тропинина. Портрет Тропинин писал с натуры — и в первый же день знакомства создал очень живой этюд к будущей работе, по первому впечатлению. Он слабее в живописном, колористическом, композиционном решении, но гораздо ценнее для литературоведов и читателей, которым важно увидеть настоящего Пушкина. С готовой же картиной случилась запутанная и почти детективная история — по пути к Соболевскому ее подменили подделкой, а подлинник нашелся случайно только спустя 30 лет в меняльной лавке. 80-летний старик Тропинин его опознал, почистил и вскрыл новым слоем лака, но наотрез отказался подновлять то, что создал в молодости и при личной встрече.

Современники признавали поразительное сходство портрета с натурой. И домашний халат на Пушкине не выглядит пошло, это, говорят искусствоведы, скорее римская царственная тога, это скорее свободная одежда свободного человека. Очень важный смысл в те годы для обоих — для вернувшегося из ссылки поэта и получившего вольную художника».

Тропинин изобразил Пушкина другом каждого из нас, прикоснулся к чему-то личному. Портрет полно передает и внешность, и духовную сущность поэта. Своеобразный итог творчества Тропинина и его неразрывная связь с Москвой выражены в «Автопортрете на фоне Кремля».

В 1833 г. Тропинин был приглашен преподавать в недавно созданном публичном художественном классе (позднее — Московское училище живописи, ваяния и зодчества). Создатели этого заведения хотели обучать живописи представителей малоимущих сословий — небогатых мещан, крестьян. Спустя десять лет преподавания Тропинин был избран почетным членом Московского художественного общества — за то, что он «без всякой обязанности, из особого усердия постоянно посещал класс и содействовал своими советами в его успехах». Его ученик И. Тучнин вспоминал: «Какой прекрасный человек, отец милосердный к ученикам, портретист великий, натуралист неподражаемый; авторитет, всеми любимый. Мы приходили к нему, он нас, учеников, принимал, как отец принимает детей».

В 1840-х Тропинин создал серию портретов небогатых московских горожан из низших слоев общества. Он изображал ямщиков, цыган, куртизанок. В картинах из этой серии художник стремился реалистично передать их быт, акцентировать внимание на социальной проблематике.

В 1855 г. скончалась супруга Тропинина. Художник тяжело переживал утрату, часто болел. Купил окруженный фруктовым садом маленький домик на Большой Полянке (не сохранился). В том же году переехал в собственный дом в Замоскворечье, где жил до своей смерти.

Н. Рамазанов вспоминал в журнале «Русский вестник» в 1861 г.: «Было много цветов и деревьев, в клетках чирикали и пели птички, поскакивая с жердочки на жердочку; в просторных и уютных комнатах, украшенных сверху донизу произведениями кисти славного художника, все имели спокойный, веселый вид. Я заметил это Василию Андреевичу, но он, тяжело вздохнув, сказал мне: "Нет, не говорите этого; вот старуха моя умерла…", и что хотя птички все-таки хорошо поют, но его уже более не занимают».

Спустя два года, 15 мая 1857 г., Василий Тропинин ушел из жизни. Похоронили художника на Ваганьковском кладбище в Москве.

В 1969 г. в Москве был открыт музей Василия Тропинина и московских художников его времени. Основой экспозиции стало собрание купца и коллекционера Феликса Вишневского. В музее представлена большая часть картин Тропинина, в том числе «Портрет на фоне Москвы» и «Кружевница».

Работы художника также хранятся в Третьяковской галерее, Русском музее, других музеях страны...

Специально для «Столетия»