Знаменитый сицилийский писатель Джузеппе Томазиди Лампедуза в своем известном романе «Иль Гаттопардо» писал: «Если мы хотим, чтобы все оставалось как есть, все должно измениться». Формирование нового правительства Италии в очередной раз следует этой, типично итальянской формуле поведения. Новое правительство приступило к работе 13 февраля, его возглавил Марио Драги (на фото), бывший президент ЕЦБ (Европейского центрального банка).

Путь к этому не был усеян розами: череда предательств, постоянная смена союзов…Впрочем, это происходит с итальянской политикой каждый раз, когда она переживает поворотные моменты своего развития. Те, что не скупились на оскорбления в адрес друг друга, теперь делают вид, что ничего такого не было, – только бы удержаться у власти или вновь стать у руля…Как всегда, персонажи наших итальянских мелодрам напрочь лишены двух ценнейших качеств, это – достоинство и верность слову.

Первая реакция на появление нового правительства была, скорее, положительная: это ведь был конец фатального желто-красного правительственного альянса Движения пяти звезд и Демократической партии, который оценивался многими, как наихудший вариант Кабмина в истории Итальянской республики.

Однако вызывает беспокойство технократически-авторитарный дрейф, который сейчас становится все более очевидным на всех уровнях в Италии, когда воля народа третируется все в большей степени или не учитывается вовсе.

Напомним, что в первой статье итальянской Конституции (то есть в самом начале) четко сказано: «Италия – демократическая республика, основанная на труде. Суверенитет принадлежит народу, который осуществляет его в формах и в рамках Конституции».

Не будем подвергать сомнению основополагающий принцип демократического народовластия, отметим только, что, похоже, он больше не находит отражения в итальянской политике...

Новый премьер-министр Марио Драги никогда не избирался кем-либо, и в очередной раз итальянский народ оказался во власти премьера, который стал таковым в результате внутриполитических интриг.

Такое случается у нас слишком часто, чтобы считать этопростой случайностью на извилистом путиитальянской демократии.

Напомним: ни Марио Монти в 2011-м, ни Маттео Ренци в 2014 году не были избраны, как и нынешний Марио Драги. Во всех трех случаях этот выбор осуществлял президент республики. Это чисто итальянское явление, которое было бы немыслимо ни в одной другой западной стране, да и в той же Италии, скажем, несколько десятилетий назад.

Но сейчас об этом не принято говорить публично. Поэтому итальянская Конституция, которая дает власть людям и в то же время отнимает ее у них– удивительное явление!

Необходимость смены правительства просто витала в воздухе, все чувствовали, что это рано или поздно произойдет. И все делалось для того, чтобы уличить «второе правительство Конте» в его неадекватности и некомпетентности, и тем самым оправдать назначение Драги, который, безусловно, более заметный персонаж по сравнению с его предшественниками.

К тому же, как и в 2019 году при падении «первого правительства Конте», президент Италии Серджо Маттарелла, несмотря на то, что парламент больше не отражал волю народа, решил не позволить людям голосовать, мотивируя свое решение защитой их от пандемии.

Такое решение выглядит, мягко говоря, странным на фоне календаря выборов в Европе на 2021 год: двойные выборы в Болгарии – парламентские 28 марта и президентские осенью; выборы канцлера в Германии 26 сентября; парламентские выборы в Голландии 17 марта; то же самое в Албании 25 апреля. Кроме того, 6 мая пройдут выборы в Соединенном Королевстве: Шотландии, Уэльсе и в Лондоне; в Чехии – парламентские выборы 8–9 октября, на Кипре – 23 мая, а также в Норвегии, в Российской Федерации и в Исландии –13-го, 19-го и 25 сентября соответственно. И это только в Европе. Неужели президенты или лидеры всех этих стран настолько безответственны?

Очевидно, что выбор президента Маттареллы – явно политический, он не продиктован никакими другими обстоятельствами. «Высокопоставленные» правительства, как их обычно называют, являются полностью политическими правительствами. Другими словами, кабинет Драги не должен решать два или три вопроса, которые считаются срочными и согласованы с новым большинством, а затем как можно скорее идти на новые выборы. Это не «временное», и даже не «целевое», а реальное законодательное правительство с полными политическими полномочиями.

Появление у власти такой авторитетной фигуры, как Марио Драги, красноречиво свидетельствует о том, что это назначение никоим образом не было импровизацией, а является частью вполне продуманной и спланированной политической акции.

Чтобы не «побивать камнями» одного только Маттареллу, следует особо подчеркнуть: когда такая страна, как Италия, десятилетиями настолько серьезно страдает от культурной и моральной деградации, наряду с упадком политической культуры – технократические дрейфы неизбежны, и демократия, основанная на чувстве долга и ответственности за управление общественными благами, становится просто невозможной…

Итоги выборов 2018 года, которые породили «первое правительство Конте» с альянсом партий Лига Севера и Движение пяти звезд, подтвердили, что в Италии люди ориентированы на «суверенные»национальные интересы и скептически относятся к Европейскому союзу. Однако воля народа была проигнорирована вначале в связи с уходом Сальвини (Лига Севера) из правительства в 2019 году, а затем – союзом Движения пяти звезд с Демократической партией, которая является самой проевропейской политической партией Италии.

И что теперь прикажете делать правительству Драги с патриотическими чувствами итальянцев, представленных суверенными партиями, такими как Лига Севера или «Братья Италии»?

На последних политических выборах, где проголосовало около 74% итальянцев, их предпочтения были выражены более чем вразумительно. Как мы можем теперь критиковать валюту евро или политику ЕС, имея премьер-министра в правительстве, который является давнишним представителем сугубо европейских интересов?!

Парадокс в том, что мы живем в эпоху, когда всё решают интересы глобалистов и финансовой элиты. И во главе правительственных структур мы видим не избранников народа, а выдвиженцев внешних финансовых кругов. То, что мы называем демократией, на самом деле является просто самоуправлением этих финансовых элит.

Конечно, время от времени народу предоставляется возможность выразить свою волю и проголосовать, но только при том условии, что решение людей будет совпадать с выбором, уже сделанным правящими элитами. В противном случае, с помощью определенных, в том числе силовых, манипуляций этот выбор народа даже не будет услышан.

Чтобы набрать достаточно голосов для правительственного большинства, Марио Драги буквально следовал «Руководству Ченчелли» (по имени его создателя), которое на практике означает «разделение властей», и на протяжении десятилетий было пособием для тех, кто намерен успешно «разделять и властвовать».

Драги на основе собственного выбора создал правительственную команду, удовлетворяющую все партии, желающие войти в правительство, с соблюдением необходимого баланса.На первом заседании исполнительной власти Драги обратился к министрам с призывом: «Давайте работать вместе, чтобы взять новый старт для страны».

После того, как он создал правительство, в котором, чтобы рассчитывать на большинство, он раздал всем по «бонусу», ему каждый раз необходимо будет находить устраивающую всех пресловутую квадратуру круга. Для Марио Драгиэто будет очень трудная задача.

Тем более что в самих партиях уже произошли первые конфликты и нервные срывы.Движение пяти звезд дезориентировано и распадается. Демократическая партия все еще потрясена вынужденным союзом с Лигой Севера, наиболее ненавистными ее врагами,и ищет новые формы риторики, чтобы оправдать это сосуществование. Лига Севера Маттео Сальвини после фиаско 2019 года пытается восстановить свои позиции в новом правительстве.

Партия «Вперёд, Италия» Сильвио Берлускони следует своему извечному прагматизму в новом правительстве, потому что и с правыми, и с левыми, в конце концов, ничего не меняется. Идеологии больше нет, осталась только жажда власти.

С другой стороны,партия «Братья Италии», уважая ценностные ориентиры своего электората, решила остаться в оппозиции и не присоединяться к этой большой, разномастной коалиции.

Любопытно, что новое правительство «большой коалиции» сохранило некоторую преемственность по отношению к Кабинету Конте. Во главе важных министерств: внутренних дел, обороны, иностранных дел и здравоохранения Марио Драги оставил прежних министров.

Поэтому не стоит ожидать значительных перемен на уже проторенном пути: постоянная чрезвычайная ситуация в области здравоохранения с привычными рестрикциями, уничтожающими итальянскую экономику; твердый воинственный атлантизм; защита окружающей среды, которая все более становится не наукой, а идеологией, а также сплошная цифровизация и компьютеризация, применяемая для управления населением, что, по сути, полностью отвечает рекомендациям Европейской комиссии.

Да, конечно, рано или поздно итальянскому народу будет разрешено голосовать, но только после того, как игра закончится, и будут проведены реформы, которые в основном влияют на международные финансы. Следовательно,если вернуться к цитате из романа Томазиди Лампедузы, возникает ощущение, что никакие перемены ничего не изменят в принципе...

И приходится с горечью констатировать: патриотизма больше нет! Действительно, голос того, кто хочет говорить о своей Родине, немедленно заглушается!

Слишком часто итальянские политики действовали по принципу: «Брюссель с нас спрашивает, Вашингтон с нас спрашивает, НАТО с нас спрашивает, кто-то с нас спрашивает…», a итальянцам всегда доставались в итоге лишь слезы и кровь...

Ну а разве можно любить свою страну и служить ей, преследуя при этом лишь иностранные интересы?!

Специально для «Столетия»