Знаменитый лондонский Музей карикатуры планирует сократить свою экспозицию британских художников-сатириков из-за… «доминирования белых мужчин, уверенных в своей половой принадлежности». Историю искусства пытаются исковеркать в угоду активистам Black Lives Matter и их кукловодам из глобальных элит.

Руководство музея заявило о том, что готовится отказаться от части своей экспозиции. В разговоре с журналистами кураторы лондонского заведения культуры признались в том, что пересматривают сейчас коллекцию музея, состоящую примерно из 6000 карикатур и комиксов, дабы ликвидировать «врожденную предвзятость», которая якобы была свойственна некоторым карикатуристам.

Аудит коллекции был назначен после протестов BLM с целью определения «современных и разнообразных» работ для показа в галерее.

«Взгляды BLM открыли глаза лицам, ответственным за принятие решений в музеях, на определенную общественным интересом необходимость правильного пересмотра наших коллекций», — цитирует «Дейли Телеграф» слова директора музея Джо Салливана.

Он утверждает, что в коллекции музея сейчас «слишком много» работ белых мужчин, уверенных в своей половой принадлежности (их авторы материала называют «цисгендерами»).

Под прицелом у борцов за толерантность – работы таких знаменитых мастеров карикатуры, как Генри Майо Бейтмен, Джеймс Гилрей и Уильям Хогарт.

«Наша обязанность – признать предубеждения, связанные с тем, что исторически определенные группы имели больше возможностей в области создания и коллекционирования значимых предметов искусства», — утверждает Салливан.

Сотрудники музея аккуратно говорят о том, что не собираются полностью исключать работы художников вроде Хогарта из своей коллекции, но видят экспозицию более «сбалансированной».

Происходящее в музее – это частное проявление тотальной исторической лжи, охватившей в последнее время современный Запад на всех уровнях – от бульварной прессы до авторитетных научных учреждений.

Пусть, например, Британия XVIII-XIX столетий была далеко не идеальным местом с не самыми высокоморальными общественными отношениями. Но она была такой, как была, и пытаться изменять этот факт задним числом – на первый взгляд, просто глупо.

Казалось бы, чисто статистически вероятность появления в Британии эпохи наполеоновских войн такого же количества темнокожих карикатуристок, как и белых художников-мужчин, была практически нулевой. Кроме того, названные Салливаном художники как раз изобличали пороки британского общества своего времени. Под огнем сатирической критики Хогарта находилось общественное лицемерие, пошлость в массовой культуре, распущенность, колониализм, предвыборная ложь. По мнению искусствоведов, аккуратно критиковал он и расизм.

Джеймс Гилрей считается одним из родоначальников политической карикатуры, как таковой. С ним во многом можно не соглашаться, но отрицать его роль в истории искусства, ровно как и в истории политики – неразумно.

Но кого сегодня интересует здравый смысл?

Ясно, что личности художников, как и реальный исторический контекст, в котором они действовали, не имеют никакого отношения к заявлениям руководства лондонского музея.

Неолиберальные элиты продолжают агрессивную политику стирания массовой исторической памяти. В каком-то смысле ревизия коллекций музея карикатуры в Лондоне, запрет курса истории искусства Возрождения в Йеле и жестокое перевирание событий Второй мировой войны – явления одного порядка.

Группы профессиональных лжецов моделируют фейковую реальность в глобальных масштабах. Для сравнения, даже во времена Холодной войны на академическом уровне советские марксисты и их западные оппоненты могли давать разные трактовки одних и тех же событий, по-разному расставлять акценты, но всё же редко опускались до откровенного вранья (хотя оно и присутствовало порой в американских или европейских «агитках», рассчитанных на массовую аудиторию). Теперь же историческая ложь создается и распространяется на уровне учреждений, проводящих самостоятельную научную работу – музеев и университетов, что может иметь фатальные последствия для всей мировой науки.

Звучит странно, но факт: теперь даже обычные непредвзятые исследователи истории искусства превращаются в бойцов информационного фронта. Чтобы говорить правду, сегодня на Западе нужно иметь большое гражданское мужество...

Специально для «Столетия»