Не то чтобы картины Аньоло Бронзино внушали трепет и будили страхи об оживших портретах – нет, и все же нельзя не согласиться с тем, что созданные им образы, лица производят сильное впечатление. Как будто застыв на мгновение, не жалуясь и не тревожа своими переживаниями зрителя, изучающего эти картины, они кажутся удивительно живыми, несмотря на то, что уже более четырех веков назад покинули этот мир. Иногда становится возможным узнать о судьбе, обычно несчастливой, тех, кого писал Бронзино, и удивительным образом как будто предугаданной на портретах.

От фресок к портретам

Почти вся жизнь Аньоло Бронзино, возможно, получившего такое прозвище благодаря смуглому цвету кожи или же рыжим волосам, прошла во Флоренции. Он родился в 1503 году, поступил в обучение к художнику Раффаэллино, а затем – к Якопо Понтормо, одному из основоположников маньеризма. Бронзино был любимым учеником Понтормо, и в двадцатые годы XVI века они совместно трудились над росписью стен церквей, создавали алтарные картины и произведения религиозного и мифологического характера. Бронзино, разумеется, воспроизводил манеру учителя, поэтому в ряде случаев искусствоведы даже затрудняются с точной атрибуцией произведений.

А в 1532 году Аньоло Бронзино довелось написать портрет урбинского герцога Франческо I делла Ровере, и с этого времени художник работал главным образом как портретист. Вскоре выработался и стал узнаваемым его стиль: лица на портретах сохраняли особенное, отстраненное выражение, но, тем не менее, оставляли возможность увидеть характер, за внешней холодностью разглядеть тревогу, отчаяние, твердость или обреченность.

А. Бронзино. Портрет герцога Козимо I Медичи

В конце тридцатых художник уже состоял на службе у герцога Козимо I Медичи, на десятилетия не только оказавшись связанным рабочими и творческими отношениями с его домом, но и погрузившись в интриги, тайны и драмы флорентийской аристократии, что нашло свое отражение и на портретах. Из-под кисти Бронзино выходили один за другим изображения членов семьи Медичи и приближенных герцога. Удивительно, но несмотря на то, что живописные образы аристократов создавались по заказу, Бронзино не покидали музы и вдохновение при написании этих картин: по всей видимости, сама жизнь при дворе создавала благоприятную творческую атмосферу. Достаточно сказать, что многие члены правящего семейства и приближенные к нему отправлялись на тот свет по причинам никак от них не зависящим и зачастую преждевременно. Создавая портреты, художник как будто пытался угадать судьбу своей модели – и, судя по всему, ему это удавалось.

«Живые» и безмолвные портреты

А. Бронзино. Портрет Лукреции Панчатики

Уже около 1540 года, вскоре после получения звания придворного портретиста, Бронзино создал парные изображения одного из высокопоставленных чиновников и его жены. Лукреция Панчатики, супруга посла герцога во Франции, производит впечатление твердой и решительной женщины, не склонной, впрочем, раскрывать свои тайны. Поза модели напряженная, а в выражении ее лица видны даже следы некоторой одержимости. Шею украшает медальон с надписью на французском языке, гласящей «Любовь длится бесконечно».
Супруги Панчатики, живя во Франции, поменяли свое отношение к христианскому вероисповеданию и стали гугенотами. В Италии ничего хорошего их не ждало, чету подвергла преследованию Святая инквизиция. В итоге Панчатики публично отреклись от своей новой веры.

А. Бронзино. Портрет Элеоноры Толедской с сыном

В мастерской Бронзино неоднократно создавались портреты жены и детей Медичи. Одним из самых трогательных стал, пожалуй, портрет Элеоноры Толедской с ее сыном Джованни. Элеонора, дочь Неаполитанского вице-короля, стала женой Козимо I Медичи и родила в браке с ним одиннадцать детей. Джованни, второй сын, изображен на портрете рядом с матерью, она обнимает ребенка, но видно, что мальчику это не приносит чувства безопасности.
На Элеоноре – украшения из ее любимого жемчуга, платье из тяжелой и дорогой ткани, украшенное причудливой вышивкой. Насчет этого платья среди искусствоведов развернулась целая дискуссия – одни утверждали, что после появления на свет портрета герцогиня особенно полюбила этот наряд и даже распорядилась похоронить ее в этом одеянии, а по другому мнению, Бронзино выдумал и платье, и узор, добившись такой потрясающей достоверности лишь благодаря своему непревзойденному умению быть точным в деталях.

Лицо Элеоноры выглядит спокойным – как и все модели на холстах художника, но не ошибется тот, кто заметит в ее глазах тревогу и напряженность. Элеоноре было суждено потерять сына и самой умереть вскоре после него. Эти скоропостижные кончины породили разные слухи – та эпоха была веком ядов и политических интриг, однако современные исследования позволили установить, что мать и сын умерли о малярии. Странно, но на портрете, написанном задолго до этого печального события, задний фон украшает болото.

Взгляды с портретов

А. Бронзино. Портрет Лукреции Медичи

Бронзино любил писать портреты детей и подростков, в первую очередь, сыновей и дочерей герцога Медичи, которому служил. В период с 1555 по 1565 годы был создан портрет Лукреции. После смерти ее старшей сестры, убитой, как считается, отцом в припадке ярости, она получила от той «в наследство» помолвку с герцогом Альфонсо II д’Эсте, за которого и вышла замуж в тринадцать лет. Спустя три года Лукреция умерла, скончавшись не то от яда, не то от туберкулеза.
Создается впечатление, что жизнь вообще была сурова с членами этого аристократического семейства, особенно с детьми. Младшая сестра Изабеллы была задушена ревнивым мужем, а брат, в свою очередь, сам расправился с неверной или же оклеветанной женой. Интересно, что ответственность за расправу никто не понес, Франческо I, новый герцог, объявил, что в обоих случаях наказание было заслуженным.

А. Бронзино. Биа Медичи

В 1545 году Бронзино написал портрет еще одной дочери Медичи, внебрачной и незаконной, по имени Биа (Бьянка). Она была рождена еще до брака, а кто была мать, так и осталось неизвестным. Девочка прожила всего пять лет и тоже скоропостижно скончалась. Бронзино получил заказ написать портрет Бьянки уже после ее смерти. На картине изображен драгоценный медальон с портретом в профиль отца девочки – герцога Козимо I Медичи.
Помимо портретов в их классическом виде, Аньоло Бронзино создавал и множество аллегорических образов тех, кому служил, и тех, кем вдохновлялся и восхищался. Ориентиром для художника было творчество Микеланджело – это прослеживается в работах Бронзино, в частности, в знаменитом «Святом семействе с младенцем Иоанном Крестителем», где образы Девы Марии, Иосифа и Христа написаны с явным стремлением показать их сходство с семьей герцога.

А. Бронзино. Портрет Данте

Портреты кисти Бронзино замечательны тем, что лица на них как будто сами предлагают или даже просят увидеть их историю. Иногда, как в случае с известными представителями аристократии, это сделать нетрудно, иногда же все остается на совести зрителя, которому открывается широкий простор для догадок и предположений.
Аньоло Бронзино снискал славу выдающегося художника и блестящего портретиста еще при жизни; он стал одним из основателей Флорентийской академии искусств. Последние годы жизни он провел в доме своего племянника и любимого ученика Алессандро Аллори, тоже великолепного портретиста.

Алессандро Аллори. Автопортрет

О титанах Высокого Возрождения: здесь.

Культурология