С предложением президента закрепить в Конституции страны необходимость ежегодной дотации пенсий вышел казус. Вначале было озвучено, что дотировать станут все пенсии, в том числе и пособия работающим пенсионерам, потом выяснилось, что эта строка в Конституции противоречит иным законам, которые оказались почему-то выше Основного закона страны.

Ну, сказали бы сразу: нет денег! И всем было бы понятно. Нет, выкручиваются.

Вот и меня обокрали. Не кто-нибудь, а родной Пенсионный фонд. Дело было так. В августе 2019 года на мою пенсионную карточку пришла сумма почти на две тысячи меньшая, чем за предыдущий месяц. Она не дотягивала даже до той, которую мне выплачивали год назад.

В ту пору я был далеко от своего отделения Пенсионного фонда, и о причинах столь радикальных изменений оставалось только догадываться. Может, думал, убрали из стажа какие-то годы. Такое бывает. Или по какой-либо причине приписали к работающим пенсионерам. А, может, приняли некий подзаконный акт, о существовании которого я не догадываюсь, и резанули по живому.

Ведь все, что делается с нашими пенсиями, делается втихую.

Вот, например, почему в работающие записали моего товарища – поэта, которому однажды из какого-то провинциального журнала пришел гонорар в 1 тысячу рублей за перепечатанное из сборника стихотворение? Одну тысячу за весь год! А его лишили по дотации значительно большей суммы. Ну, должна же быть какая-то соразмерность! Его наказали, как и человека, ежемесячно получающего за свою работу полную заработную плату. Как и чиновника или депутата, кои зарабатывают в месяц от сотен тысяч до миллиона рублей.

А меня нынешняя январская дотация поставила даже ниже тех, кому по причине их минимальной пенсии идет доплата из городского бюджета.

За разъяснениями я пошел в Останкинское отделение Пенсионного фонда в Москве. Оказалось, что летом-2019 обмелела река денежных поступлений в Пенсионный фонд, и денег на пенсии стало не хватать, поэтому, дескать, и провели секвестирование моих законных пенсионных выплат.

Почему именно мне и сколько нас таких оказалось в черном списке Пенсионного фонда? По каким таким признакам шел отбор на это секвестирование? Чем, каким правом руководствовались чиновники Пенсионного фонда, решая уменьшить и без того скудное мое существование? А главное, как теперь намереваются исправлять содеянное?

Увы, ничего этого объяснено не было.

Конечно, что такое две тысячи? Для Дмитрия Медведева, чей оклад на новом месте озвучен и составляет 618 тысяч рублей и который в определенной степени находится на государственном обеспечении, может и пустяк. Забери их у него, он, может, и не заметит. А если забрать 60 тысяч? Это в процентном отношении то же, что для меня 2 тысячи. И забирать так из месяца в месяц? И потом не вернуть?

Воля ваша, что-то здесь не так. Почему с высоких трибун говорится одно, а делается совершенно противоположное.

Вот, скажем, Министерство труда и соцзащиты предложило за четвертый квартал 2019 года по сравнению с третьим сократить прожиточный минимум для народонаселения России на 3,7% и установить его в размере 10,6 тысячи рублей на человека. Якобы осенью подешевели картофель, капуста, морковь и другие овощи, а также сахар.

Но, господа чиновники, спросите любого картофелевода, он скажет, что по осени картофель действительно дешев, и продает он его в небольших объемах лишь для того, чтобы рассчитаться с рабочими и кредитами, основной же урожай убирает в хранилище, потому как по весне цены на него вырастут. То же и с капустой и морковью. А сахар взлетает в цене летом, в сезон созревания ягод, когда добропорядочные хозяйки варят варенья.

Можно было бы подумать, что предложение это готовилось еще при прежнем министре Максиме Топилине, который, кстати, из нынешнего правительства вылетел, но благополучно влетел в кресло председателя Пенсионного фонда. Новый министр, по логике, такой непопулярный документ должен бы отозвать. Тем более после президентского Послания, главной линией которого было повышение благосостояния народа, борьба с бедностью.

Не отозвал. Скандальное предложение перекочевало и в 2020 год.

И если дело пойдет дальше, нам целый год, а может и больше, предстоит жить еще беднее. Потому что на базе прожиточного минимума рассчитываются минимальный размер оплаты труда, а также пенсии, стипендии, различные пособия и другие социальные выплаты.

Что, правая рука не знает, что делает левая? А если знает, что ж получается? Повышаем будущий уровень жизни народа за счет снижения его нынешнего уровня? Шизофрения какая-то. Тогда зачем же было увольнять саратовского министра занятости, труда и миграции Наталью Соколову, предложившую народу жить на 3500 рублей в месяц? Не увольнять ее следовало, а отправить на повышение. В то же Министерство труда.

Но есть и другое мнение. Обеднение населения ведет к росту спроса на базовые продукты питания и, как следствие, к их удорожанию. В первую очередь это касается хлеба, выпечки, яиц, овощей, фруктов. Директор центра агропродовольственной политики РАНХиГС Наталья Шагайда предупредила, что подорожать могут овощи открытого грунта — картофель, морковь, лук, свекла. Как раз то, что сегодня дает повод Министерству труда говорить о снижении прожиточного минимума. И еще пояснила, что изменение доходов населения серьезно влияет на ценообразование. Кинутся от бедности своей скупать впрок макарошки, они тут же и вздорожают.

По осени много было разговоров о детях войны. Что люди, родившиеся с 1923 по 1945 годы, будут приравнены к ветеранам войны, обеспечены льготными лекарствами, им обещали ежемесячные денежные доплаты к пенсиям.

Большинство моих родственников не дожили до этого благодатного времени. Разве что тетушка по отцовской линии. Она и своего отца потеряла на фронте, и лиха хватила. Побиралась в войну по добрым людям в поисках куска хлеба. В школу некогда было ходить. Даже писать и читать не выучилась.

Теперь считаю, что хорошо, что не дожили. Не претерпели унижений. Те, кто дожил, в январе осаждали собесы и администрации. И что?

Оказалось, что статус «дети войны» так и не получил официального определения, а доплата к пенсии не урегулирована федеральным законодателем. Несколько раз законопроекты, предусматривающие доплаты детям войны, вносились в Госдуму, но постоянно отклонялись.

А в регионах прямо говорили: денег нет, и не будет. В Москве, правда, обещали и дали. Но лучше бы не давали.

Первоначально говорили, что с 1 января москвичам, родившимся в период с 1 января 1928 года по 3 сентября 1945 года, будет выплачена надбавка к пенсии в размере 1584 рубля. После Нового года старики ломанулись в службы социальной защиты. Оказалось, зря. Выплачивали тем, кто не имеет других доплат. Скажем, по инвалидности. А кто в таком возрасте не имеет инвалидности? Или по достижении 80-летнего возраста. Или за звание «Ветеран труда».

Это какой-то позор, сказал бы булгаковский Швондер. Но вот интересно, намеренно это делается, или хотели как лучше?

…А украденные деньги Пенсионный фонд мне так и не вернул. За более чем полгода набежало, по моим подсчетам, около 14 тысяч. Даже не восстановил в прежнем объеме честно заработанную мною пенсию...

Специально для «Столетия»