Александр родился в семье, насквозь пропитанной воинской службы: его отец-дворянин, один из первых в России самолётостроителей, мечтал сделать своего сына настоящим человеком и отправил его учиться сначала в морской кадетский корпус, а потом в Севастопольскую лётную школу. Со многими сложностями Александр становится военным лётчиком и совершает свои боевые вылеты сначала на двухместной летающей лодке FBA, а затем в составе истребительной морской авиации на "Ньюпоре", нанося бомбовые удары по немецким позициям в годы первой мировой войны. Именно бомба стала причиной получения серьёзного ранения: во время очередного вылета на FBA, неожиданно, произошёл самопроизвольный взрыв бомбы. Её осколки тяжело ранили пилота в ногу и нанесли смертельные ранения механику. В госпитале Александр потребовал от врачей провести ампутацию ниже колена, чтобы иметь возможность вернуться в строй. Врачи на свой страх и риск сделали операцию и тем самым помогли отважному лётчику снова встать в строй. Благодаря активным тренировкам он мог совершать многокилометровые марши, танцевать. И, наконец, снова летать. Такую возможность предоставил ему царь, который наложил соответствующую резолюцию на рапорте авиатора, который просил направить его в действующую армию. Итак, Александр снова летал. О его уникальной методике обнаружения противника («я всегда вижу немца первым») ходили легенды, его боялись неприятельские самолёты, избегая встреч с «Ньюпортом, на котором летал Александр, которому исполнилось в это время 23 года!

Однажды его ранило в руку, но и после выздоровления он снова летал. В одном из полётов был вынужден совершить экстренную посадку и прошёл на своём протезе несколько десятков километров по глухим трущобам, чтобы потом выйти к своим.

Революционный большевистский прорыв, гражданская война привели к тому, что Александр решил эмигрировать. По пути следования их поезда, красноармейцы неоднократно проверяли его документы, а однажды чуть не случилось непоправимое. На одном полустанке Александра решили расстрелять как представителя знати. Но его узнал один из красноармейцев, который отстоял жизнь лётчику, рассказав о том, что его, красноармейца, в своё время спас самолёт Прокофьева-Северского, отогнав от их окопов в годы Первой мировой вражеские роты, которые уже окружали обессиленные долгими атаками русские немногочисленные роты.

Всё закончилось благополучно: судьба позволила Александр добраться до Америки, создать там несколько новейших моделей самолётов, стать ведущим военным аналитиком, крупным бизнесменом, писателем. Его жизненный путь, начавшийся в России, закончился в Америке: он стал выдающимся военным деятелем, к мнению которого прислушивались ведущие специалисты во всём мире.

И ещё один пример стойкости и мужества. О Юрии Гильшере написано много, но есть ключевые моменты, на которые хотелось бы обратить внимание. Он начинал свою воинскую службу в кавалерии. Красавец, обаятельный, очень нравился женщинам. Но ему нравилась авиация и всё, что с ней связано. Эта любовь привела его в первую Гатчинскую школу пилотов, которую он окончил и стал одним из ведущих пилотов, которым доверили охрану Царской резиденции. Своё первое ранение Юрий получил как-то нелепо: просто по чистой случайности при запуске мотора для прогрева самолёта — рукоятка сработала, а лётчик неосторожно вошёл в опасную зону, не успел вовремя убрать руку и получил сложнейший перелом руки: было сломано две кости. Но молодой организм смог победить эти раны, впрочем, как и другие, сложнейшие операции, которые пришлось пережить Юрию после того, как он вернулся в строй и в одном из разведывательных полётов из-за поломки системы управления элеронов сорваться в штопор на своём самолёте. Лётчики чудом остались в живых. У Юрия была разбита голова, а на месте ноги было кровавое месиво из висевших на лоскутке кожи костей и сухожилий. И снова госпиталь, операции, белые халаты. И снова Юрий становится в строй русских истребителей, чтобы, сбив десяток вражеских самолётов, самому совершить свой последний подвиг и остаться в памяти народа героем войны в 22 года.

Интересно, что именно об этом лётчике идёт речь в повести «О настоящем человеке», именно его пример вдохновил Маресьева на долгий путь душевной и физической реабилитации. Так русские лётчики Первой мировой войны давали жизненные силы лётчикам второй мировой войны.

Почему сегодня возникает вопрос: о Маресьеве так много пишут, а вот о других забыли? Нет, не забыли. А для популяризации в то время нужны были кристальные подвиги, без плена и без компромата, что бывало нередко на войне: человеческие судьбы непредсказуемо изменялись под влиянием целого перечня факторов, независимо от самого человека.



Левицкий Михаил Николаевич

Михаил Левицкий получил свою заслуженную награду лишь спустя четыре года после окончания войны. Был сбит и ранен в ногу в 1942 г. Никаких наград он не получал и лишь в 1949 году Курганский городской военкомат обратился с наградным листом, согласно которому он получил орден Отечественной войны II степени.

Но всё это пересказ общеизвестных фактов, для полноты картины необходимо изучить официальные документы. В наградном листе на Левицкого содержится информация следующего характера: «Товарищ Левицкий Михаил Николаевич принимал непосредственное участие в Великой Отечественной войне против немецко-фашистских захватчиков на Калининском фронте. Будучи пилотом третьего отдельного авиаполка ГВФ, выполнив боевое задание по доставлению боеприпасов 39-ой армии, находившейся в окружении в районе г. Белое, в пути на свой аэродром был сбит прямым попаданием зенитного снаряда, которым оторвало левую ногу. Тяжело раненый находился в деревне Мищелево БССР. Будучи тяжело раненым (оторвана левая нога) попал в плен и направлен в лагерь инвалидов в городе Дорогобуч. Освобождён Советской Армией 26 июля 1944 года. После излечения в эвакогоспитале «2788» прошёл государственную проверку и был восстановлен в звании «лейтенант».

В настоящее время товарищ Левицкий является инвалидом 2-ой группы. Работает штурманом 228-го авиаотряда ГФВ, с работой справляется хорошо. Наградной материал представляется с опозданием, так как товарищ Левицкий ранее проживал в Свердловске и своевременно наградного материала не оформил. Как активный участник Великой Отечественной войны против немецко-фашистских захватчиков и как получивший тяжёлое ранение по защите Советской Родины товарищ Левицкий М.Н. достоин представления к правительственной награде, ордену Отечественной войны II степени».

Леонид Георгиевич Белоусов

В Отечественной войне он участвовал с первых дней в должности командира авиационной эскадрильи на полуострове Ханко. Несмотря на сильные ожоги лица, полученные в одном из боевых вылетов, продолжал водить свою эскадрилью в бой, совершив 25 успешных боевых вылетов.

«В 1942 году ввиду осложнений от ожогов заболел гангреной и отправлен в тыл на лечение, где ему ампутировали обе ноги. 426 дней провел Белоусов в госпиталях, а в 1944 году вернулся в строй.

Впоследствии он напишет книгу («Военные литература», Мемуары. «Я должен летать!»): «Ночь прошла без сна. Я мучительно думал о будущем. Представлял себя с деревяшкой вместо ноги, на костылях... Под утро вспомнил, что на Черноморском флоте есть один летчик, который летает без одной ноги. Значит, и безногому воевать можно. На душе полегчало. И я мысленно ответил дочке на ее письмо: да, милая, ты права — советских воинов ничем не сломишь, ничем! Враги еще не раз почувствуют силу моих ударов.

Операцию перенес хорошо. Быстро пошел на поправку. И вот, когда уже подходил день выписки из госпиталя, на меня обрушилось еще более страшное несчастье. На левой ноге, чуть ниже колена, появилась и быстро разрасталась новая язва. С каждым днем она становилась все больше. Снова разговор с Сызгановым — о самом тяжелом. Как говорят на войне, обстановка стала предельно ясной, и я согласился на вторую операцию, поставив лишь одно условие:

— Постарайтесь ампутировать ногу ниже колена. Мне нужно, понимаете, совершенно необходимо, чтобы хоть одна нога могла сгибаться.

Профессор, конечно, не знал, да и не мог, по-моему, в то время даже предполагать, почему я настойчиво прошу его выполнить операцию так, чтобы после нее нога могла сгибаться. И он ответил:

— Не волнуйтесь, нога после этой операции, безусловно, будет сгибаться в колене.

Пришел назначенный час, и меня, молчаливого и притихшего, опять повезли в операционную».

А ему было в это время только 32 года.

Конечно, медицинская комиссия его даже близко не хотела пускать на фронт: нет двух ног, причём одна отнята по самый пах, вторая тоже на протезе, хоть и отнята по колено. Но Белоусов совершает крайне неординарный поступок: холодной осенью он подошёл к балкону, распахнул его, спрыгнул на первый снег и переплыл ледяной пруд, а потом в мокрой одежде вернулся обратно, и, ошарашенные врачи только и смогли ему пожелать снова подняться в небо, поражённые его мужеством и стремлением оказаться в небе.

Как свидетельствуют наградные документы, Белоусов «после тяжёлой болезни, лишённый ног, прибыл добровольно с тыла и выявил желание начать боевую работу на самолёте. Благодаря своему настойчивому желанию громить ненавистного врага, товарищ Белоусов преодолевает свой физический недостаток, вылетает на Як-1 и Ла-5, начав боевую работу. За короткий период до демобилизации успел совершить десять боевых вылетов и провёл два воздушных боя. Его патриотический порыв на разгром врага воодушевил весь лётный состав дивизии и вызвал большой подъём среди них и только благодаря усугубившемуся состоянию здоровья товарищ Белоусов не имел возможности до конца войны находиться в строю боевых лётчиков».

Будучи без ног, он сбил два самолёта противника.

Жаль, что в официальных документах не сохранилось свидетельство о том, что лицо героя было сожжено, обезображено ранами, а пластическая хирургия того времени могла сделать лишь «заплатки» из кожи. Делались такие операции так: надо было пересадить кусок кожи и недостающую «заплатку» вырезали из тела и заставляли по много часов Белоусова держать этот кусочек на лице, чтобы он смог прижиться. Страшные испытания пришлось перенести этому человеку. Но он всегда опирался на поддержку своих родных и однополчан. Он помногу раз перед очередной операцией перечитывал письмо своей дочери-подростка, в котором она просит отца беречь своё здоровье и громить немцев. Белоусов впоследствии вспоминает, как, услышав лёгкие шаги в своей палате, он сразу же понял, что к нему приехала жена в госпиталь. Она не будет отходить от него ни днём, ни ночью. Эту верность он ценил превыше всего и было до слёз проникновенно описано им ту неизъяснимую благодарность, всего лишь в нескольких строчках, которую он всегда испытывал к жене. Она его стала надёжным тылом и таким же воином, как и он. Правда, ей пришлось пережить намного больше. Ведь каждый день нужно было поддерживать мужа, вернувшегося с фронта, помогать ему и словом, и делом. И так — каждый день. Но и он, Белоусов стал для неё той могучей глыбой, защитой, к которой всегда стремятся женщины, во все времена они будут искать для себя эту мужскую защиту человека-воина, не сломленного испытаниями.

После войны Белоусов тоже встал в строй, поднимая разрушенную страну, а уже когда был совсем пожилым человеком, всегда откликался на просьбы о выступлении. Его выступления, по воспоминаниям очевидцев, производили неизгладимое впечатление. Он никогда не говорил о себе, он всегда рассказывал о подвигах своих товарищей-лётчиков, прикрывающих Ленинградскую дорогу жизни.

Он говорил страстно, увлечённо и в какой-то момент мог сорвать чёрные очки, которые закрывали его половину лица. Эффект был неожиданным — некоторые люди падали в обморок, настолько были потрясены увиденным. А он с этим жил долгие годы.

Захар Артёмович Сорокин — автор 15 книг, но писал ли он о войне и своей судьбе? Да, писал. Вот его отрывок из книги «Поединок в снежной пустыне»: «Я шёл уже несколько часов. Стараясь не терять направление, карабкался на сопки, на вершине отдыхал и двигался дальше, спотыкался, падал, поднимался. «Надо идти, надо идти! Вот дойду до того валуна, спрячусь за ним от ветра и отдохну... А теперь буду шагать к той берёзке... На пути к ней снежные сугробы. Ну что ж, как-нибудь доберусь... Поднялось бледное полярное солнце. Оно висело над самым горизонтом. Кажется, наступили шестые сутки моего пути.

Услышал отдалённый звук сирены. Из последних сил стал подниматься на сопку. Срываясь и снова карабкаясь, забрался на вершину.

… Комок подступил к горлу. Вижу: берег, тёмная полоса Кольского залива, дымки кораблей...

Немного успокоившись, рассмотрел на берегу избушку, а рядом с ней человека. Спустился с сопки, вынул пистолет и, зажав его в руке, пополз... Возле самого домика попытался подняться. Человек в полушубке повернулся в мою сторону, вскинул автомат...

— Стой! Кто идёт?

Я сорвал с головы шарф и через застилавший глаза туман увидел под башлыком часового бескозырку».



Маликов Илья Антонович

И вот ещё одна удивительная судьба, опалённая ранним взрослением и ранним становление как человека, настоящего человеком. Как и многие подростки, он стремился быстрее встать на свои собственные «ноги», стать опорой для своих родителей, познавших нужду в Рязанской области, в небольшой деревне Истобное. Чтобы получить начальное и среднее образование, Илье приходилось ходить пешком за несколько километров в соседнее село. Так он окончил семь классов и пошёл учиться в ФЗУ, которое открылось на базе завода «Электросталь» в Московской области. Небо тогда многих привлекало, но не многие решились связать с ним свою жизнь, а Илья решился: в 1939 году он закончил Ногинский аэроклуб и пошёл служить в армию. Где, увидев стремление солдата летать в небе, послали его на учёбу в военную лётную школу, располагающуюся в Кировабаде.

В банке данных «Подвиг народа» можно найти представление на получение звания Героя Советского Союза, которое было оформлено 5 февраля 1945 года. Поэтому статистика боевых вылетов здесь приводится несколько иная, чем итоговая: ведь война ещё не закончилась и лётчики продолжали выполнять боевые вылеты.

Находясь на фронтах Отечественной войны с июля 1942 года, произвёл 57 успешных боевых вылетов на самолёте Пе-2. Все боевые вылеты производил на бомбометание военных объектов, опорных пунктов, аэродромов и огневых точек противника.

За успешное выполнение 30-ти боевых вылетов правительство наградило его орденом «Красное Знамя» в 1942 году. Воодушевлённой Правительственной наградой, накапливая свой боевой опыт, совершенствуя своё лётное мастерство и умение бить врага, товарищ Маликов, не щадя сил, иногда подвергаясь смертельной опасности, с ещё большей силой продолжает громить немецких захватчиков. Летает в облаках и сложных метеорологических условиях, водит самолёт на цель с предельной бомбовой нагрузкой. В эксплуатации материальной части и лётной дисциплине является примером. В бою ведёт себя храбро и мужественно. Грамотно маневрирует в зенитном огне противника. Благодаря отличной групповой слётанности, создаёт мощный огневой кулак группы. Боевые задания выполняет настойчиво с отличным и хорошим результатами.

В течение трёх дней — 26, 27, 28 апреля 1942 года — в составе своего звена произвёл три боевых вылета в районе Ржевского плацдарма на бомбардирование сильно укреплённых огневых точек противника. Все задания были выполнены, при этом уничтожены: 33 автомашины с военным грузом и 60-ти человек пехоты противника. Этот факт подтверждается фотоснимками.

31 апреля в исключительно сложных метеоусловиях бомбардировал войска и артиллерию противника в районе города Ржева. За отличное выполнение боевого задания получил благодарность командующего ВВС Красной Армии.

В начале июня 1942 года в том же район бомбил скопление войск противника, в результате чего был взорван склад с боеприпасами (это подтверждено фотоснимками).

А 17 июня бомбил железнодорожную станцию «Ржев-южный» в составе девяти советских самолётов. Было разрушено железнодорожное полотно, подожжен эшелон с боеприпасами, несколько складов и станционных построек. За этот вылет был оценён командующим третьей армией.

На следующий день, 18 июня в составе девяти самолётов снова бомбил эту же самую цель, где был взорван склад с боеприпасами, уничтожено до 35 вагонов, разрушено до 25 метров железнодорожного полотна.

29 июня 1942 года. Этот день стал в военной судьбе Ильи Маликова переломным. Согласно официальным документам, в это день он получил очередное боевое задание и вылетел на бомбометание противника в районе Ржевского плацдарма. На боевом курсе прямым попаданием зенитного снаряда у Ильи была перебита правая нога выше колена. Но он держал курс до тех пор, пока штурман не сбросил бомбы на цель. Превозмогая боль в ноге, Илья повёл самолёт домой, перетянул через линию фронта, произвёл посадку с убранным шасси на своей территории и сразу же потерял сознание. Только исключительное самообладание, непреклонная сила воли Ильи Маликова спасли жизнь экипажу, а его самолёт был восстановлен через несколько дней.

Но в это время Маликова везли в госпиталь, где ему ампутировали правую ногу. После выздоровления, с протезом на правой ноге, он возвратился в полк с единственной просьбой: допустить его вновь к лётной работе на боевом самолёте ПЕ-2.

Он лишился ноги, но смог вернуться в строй и уничтожить живую и материальную силу противнику, долетев до Берлина на освоенном им новом самолёте ПЕ-2, совершив в конечном итоге 86 боевых вылетов. Он стал Героем Советского Союза.

Но сначала его к полётам не смогли допустить, а решили опробовать его силы на самолёте связи ПО-2, выполняя специальные задания командования по доставке важных донесений, боеприпасов, продовольствия и медикаментов. Таких перелётов было им совершено около 100. Но это не могло успокоить душу Ильи: он хотел сражаться. Летая на ПО-2, он неоднократно писал рапорты командованию с одной-единственной просьбой: допустить его к боевой работе на ПЕ-2. Наконец, последний рапорт получил «добро» и, после проведения соответствующих тренировок и проверок, он был допущен к боевой работе на ПЕ-2.

Его первый вылет состоялся 6 октября 1943 года: ведущим звена в составе эскадрильи бомбардировал с пикирования железнодорожный узел Гомель. Было уничтожено шесть вагонов, две автомашины, пассажирское здание, пакгаузы, депо. Лётчики наблюдали много очагов пожара в городе.

Много работы было и в 1944 году. Вылеты следовали один за другим. Например, 24 июня ведущим звена Маликов бомбардировал пункт Тихиничи. Уничтожено: две автомашины, две огневых пулемётных точки, отмечено 10 прямых попаданий в траншеи. На следующий день, 25 июня в составе группы Маликов разрушил четыре жилых дома в селе Старцы, отмечены прямые попадания в завод и склад. Вторым вылетом в этот же день в составе группы девяти самолётов успешно бомбардировал пункт Великие Ляды: уничтожено два орудия и прислуга артиллерийской батареи.

Через день, 27 июня ведущим звена бомбардировал восточную окраину города Бобруйска: уничтожена одна автомашина, разрушено пять жилых домов.
17 января 1945 года ведущим девятки с горизонтального полёта с двух заходов бомбардировал скопление эшелонов на железнодорожной станции Лодзь. Отмечены прямые попадания в железнодорожные эшелоны. А через день, 19 января 1945 года одиночными экипажами при сильном противодействии зенитной артиллерии противника, с пикирования, с двух заходов бомбардировал железнодорожный мост на реке Висла в районе Плоцка. Отмечено три разрыва на входе на железнодорожный мост, два прямых попадания в мост, уничтожена одна огневая точка.

«Скромный, дисциплинированный командир-лётчик, обладающей исключительной силой воли, до конца преданный делу партии Ленина-Сталина — таковы характерные черты этого неутомимого патриота своей Родины, который и впредь будет грозой для немецких фашистов.

За 86 успешно совершённых боевых вылета, из них 22 с пикирования, несмотря на протез, за мужество, отвагу и героизм, проявленные в боях с немецко-фашистским захватчиками, за мастерство и умение бить врага достоин звания Героя Советского Союза», — говорится в наградном листе, подписанном Героем Советского Союза Воронковым, командиром 128-го бомбардировочного авиационного Калининского полка.

Май. Маресьев

Ничего нет в этом мире случайного. В этом убеждаюсь каждый раз. Руководитель регионального отделения ДОСААФ в Ростовской области Александр Красников, Герой России, в ходе открытия месячника военно-патриотической работы в ростовском Доме пионеров рассказал о том, что в этом году исполняется 100 лет со дня рождения Маресьева. Май для Маресьева стал символическим месяцем: 20 мая 1916 года он родился, 9 мая 1945 года он праздновал Победу, а 20 мая 2001 года его не стало.

Для многих людей он стал родным. И для меня тоже потому, что как и тысячи моих сверстников и всех других людей, которые прочли книгу «Повесть о настоящем человеке» — это всё навечно врезалось в память о необычайной силе духа человеческого. И очень хорошо, что это был наш, русский дух.

Я до сих по не могу понять, откуда все эти люди брали душевные силы, почему они стойче, чем мы?

Жаль, что сегодня, по сути дела, память о Маресьеве не становится всеобъемлющей. Лишь 20 мая, один день будут проходить мероприятия по всей России, а весь год только Волгоградская область решила чтить его память с помощью разных мероприятий. Уж не предаём ли мы его второй раз? Он не любил вспоминать, как после того, как его сбили, ему пришлось много дней и ночей идти, а потом ползти до своих людей. И когда, наконец, он услышал русскую речь — его спросили: «Ты немец?» — он не смог откликнуться от слабости. А люди, это тоже были советские люди, побоялись даже подойти поближе к нему. Это были взрослый отец и его малолетний сын. И только двое мальчиков подобрались к нему и приволокли в деревню, Алексей смог, наконец, перевести дух и впал в забытьё. Правда, этот эпизод в книгу Полевого не вошёл, он стал известен только после скрупулёзного расследования. До сих пор неизвестен и маршрут движения раненого лётчика. Не найден и его самолёт...