«Великих» в отечественной истории немало. Кто-то оказался «великим» просто в силу своей родословной (одних только великих князей не счесть). Кто-то из государей стал великим лишь потому, что этот титул ему преподнес льстивый ближний круг. Однако первым подлинно «великим» из российских правителей стал Иван III (1462-1505). Собственно мы и сегодня живем в государстве, созданном именно этим человеком. И хотя у многих из нас есть к нашему государству весьма серьезные вопросы, это уже не его вина – фундамент Иван заложил основательный. Все вопросы к его последователям, многие из которых действительно катастрофически не поспевали за временем.

Карамзин ставил его даже выше Петра I, ибо Иван III сделал великое государственное дело, не прибегая к насилию над народом. Некоторое преувеличение в таком утверждении, конечно, есть. Созидать государство в белых перчатках не дано никому. Вот и Иван III, чтобы присоединить к остальным русским землям своевольный Новгород, не раз ходил на него с мечом. Но в целом мысль Карамзина справедлива, поскольку не насилие было главным инструментом государственного строительства во времена Ивана III. Кого-то он побеждал дипломатически, а кое-что по-хозяйски прикупил, например, ростовские земли. Поэтому в целом его смело можно причислить к эволюционерам.

Для начала, чтобы оживить память, несколько коротких исторических штрихов. Это Иван стал первым именовать себя «государем всея Руси». Причем, по праву, поскольку именно он собрал в единый кулак русские земли, составившие ядро нового национального государства. Это при Иване произошло знаменитое стояние на Угре, которое поставило точку на притязаниях Орды диктовать Москве свою волю.

Это после женитьбы Ивана на Софье Палеолог государственным гербом русских стал двуглавый орел, благополучно долетевший до нынешних времен.
 

Это при Иване преобразился московский Кремль, перестроенный итальянскими зодчими.
 

Белый город. Аполлинарий Васнецов

Успенский собор, Грановитая палата и многое другое как раз из того времени. Это в ту эпоху появилось знаменитое «Хождение за три моря» Афанасия Никитина. Это при Иване появился Судебник – уникальный по тем временам свод законов, который и сцементировал новое государство.

«Иван III разрывает ханскую грамоту и басту перед татарскими послами». Кившенко Алексей Данилович

При Иване Великом появилась и русская внешняя политика.

«Боролись Москва с Тверью, Рязанью, теперь борются Русь с Польшей, со Швецией, с немцами. Прежние войны Москвы – это усобицы русских князей – теперь это борьба народов. Внешние отношения Москвы к иноплеменным соседям получают одинаковое общее значение для всего великорусского народа. Они не разъединяли, а сближали его местные части в сознании общих интересов и опасностей и поселяли мысль, что Москва – общий сторожевой пост, откуда следят за интересами и опасностями, одинаково близкими и для москвича, и для тверича, для всякого русского». Тогда же, само собой, родилась и наша дипломатия, сразу же завязавшая отношения с западноевропейскими государствами. И в первую очередь с Литвой, Польшей, германским императором, Тевтонским и Ливонским орденами».

Наконец, ощущение прибывающей силы, заставило русских именно в ту пору вспомнить о болезненных потерях прошлого. И открыто заявить, что это уже не только воспоминание, но и притязание, право русских вернуть утерянные когда-то ими земли. Когда литовский князь Александр стал жаловаться Ивану, что русские не возвращают ему захваченные литовские земли, то получил следующий ответ: «А мне разве не жаль своей вотчины, Русской земли, которая за Литвой: Киева, Смоленска и других городов?» Именно Иван и поставил задачу: вернуть свое. При этом русские честно предупредили: пока своего не вернем, мира не будет, возможны лишь временные перемирия. Здесь, полагаю, и следует искать корни начала русского противостояния с Западом: Смоленск был все-таки на западе, а не на востоке.

К Ивану III тянутся корни и доктрины «Москва – Третий Рим». Разумеется, к этой доктрине можно относиться по-разному, однако, в данном случае важна не столько ее суть, сколько сам факт появления подобной идеи в русской голове. Ни Москва, ни Тверь, ни Суздаль в отдельности не могли даже помыслить о том, чтобы сравнивать себя с Римом. А вот государство, созданное Иваном III, почувствовав в себе немалые силы, оказалось уже способно ставить перед собой крупнейшие задачи. Как политические, так и идеологические.

Не случайно, озадачившись после смерти первой жены, выбором новой супруги, Иван отдал предпочтение племяннице последнего византийского императора Софье Палеолог. Это был политический и религиозный выбор. Однако, если с политикой все ясно – родство с императором власть русского государя, безусловно, укрепляло, то с религией все обстояло куда сложнее. Хотя по незнанию большинство об этом у нас даже не догадывается: раз православная Византия, то какие тут могут быть сложности. Между тем, на самом деле Иван серьезно колебался и решение о браке с Софьей Палеолог далось ему не просто. Ключевский пишет даже о «религиозной брезгливости», поскольку православное наследие Царьграда, по мнению русских, к тому времени себя изрядно запятнало. А потому не вполне «чистой» казалась и сама Софья.

Как мудрый политик, Иван III прекрасно знал, где надо проявить жесткость, а где гибкость. Составляя для себя новую родословную, достойную царя, он ее вывел от Августа. Как утверждалось, Рюрик (а Иван III был, разумеется, Рюриковичем) это потомок брата римского императора Пруса в четырнадцатом колене. На ход мысли тогдашних политтехнологов стоит обратить внимание. При всем уважении к Царьграду, Иван III счел необходимым связать себя пуповиной с Римом, то есть, с Западом. Думается, причина не только в желании добавить несколько веков к родословной. Можно было убежденно верить в превосходство православия над католицизмом, однако отдавать себе при этом отчет в том, что Запад во многом ушел вперед по сравнению с Русью. Не способная пока еще перебросить мостик в будущее, чтобы догнать Европу (это произошло только в эпоху Петра Великого), Москва выстроила мостик в прошлое. Чтобы хотя бы породниться с Западом. И это могло оказаться полезным.

«Несмотря на то, что греки со времени Флорентийской унии сильно уронили себя в русских православных глазах, несмотря на то, что Софья жила так близко к ненавистному папе, в таком подозрительном церковном обществе, Иван III, одолев свою религиозную брезгливость, выписал царевну из Италии».

Кстати, кроме прозвища «Великий», у Ивана III было и два других: «Грозный» и «Правосуд». Под именем Грозного русская история, правда, запомнила другого - его внука Ивана IV (тоже Ивана Васильевича). Это понятно, тот подобное прозвище заслужил больше. А вот «Правосуд» Ивану III подходит вполне. Судебник, созданный в его эпоху, сыграл в российской жизни немалую роль. Параллельно с появлением на Руси новой политической системы, возникла, поддерживая ее, и новая правовая система. Судебник не только обобщил существовавшие ранее судебные акты, но и включил в себя нормы, не имевшие аналогов в предшествующем законодательстве. Изменилась Русь, изменилось и законодательство. В упрек многим последователям Ивана III можно заметить, что, в отличие от него, другие Рюриковичи, а затем и Романовы за переменами в реальной жизни не успевали. Отсюда и столь частый в нашей истории законодательный хаос. Однако это не о временах Ивана Правосуда.
 

Вечевой колокол увозят из Новгорода в Москву по приказу Ивана III.

Единственным «черным пятном» в правлении Ивана III обычно называют то, что при нем начинается и история крепостного права, которое стало серьезнейшей проблемой для России на многие века. Ну что тут скажешь? Демократом и либералом Иван Васильевич точно не был. Однако в те далекие века подобных политиков не было и в Западной Европе. А по ту сторону океана еще приносили человеческие жертвы: Колумб открыл Америку только в 1492 году. Так что здесь Ивана III за «политическую безграмотность» придется все же простить.

А в остальном спасибо ему за Россию. Действительно великий был государь.

ссылка