Верней, уже почти сегодня - всего через 10 часов. Я буду сидеть на первых в своей жизни ГОСах. Верней, ГОСы это будут вторые, но первые - в качестве преподавателя-принимателя.

Перед нашим ГОСам мы сидели в комнате общаги большой группой, и пересказывали друг другу конспекты. Один наш сокурсник - поэтический мальчик с романтической бородкой, шарфом на тонкой шее и гитарой за узкими плечами, - привёз маму отпраздновать окончание института. И вот примерно в пол-первого ночи к нам вошла его мама с круглыми от ужаса глазами: "Девочки, он не учит! Он пишет стихи!"

А на следующее утро все пришли к дверям института. Мы с подругой сдавали в третьей группе. Как оказалось, нам повезло. Один из преподавателей как раз к третьему дню успел оправиться от своего дня рождения, и похмелье уже не мучило; а на первых двух группах он реально свирепствовал. От другого однокурсника потребовал читать стихи Тютчева; тот прочитал четыре, пять... семь... поднапрягся и вспомнил девятое... десятое и двенадцатое рассказал во фрагментах... "Ладно, - говорит преподаватель, - конечно, этого слишком мало, но я вас отпускаю". А ещё один однокашник - мой хорошй друг, замечательнейший человек - замордовал его Есениным. Знал про него всё, вплоть до малоизвестных стихов!

А мне от этого преподавателя не досталось. Это я его сама подстерегла и начала донимать Сумароковым. Он фанат Сумарокова, вот я и начала ему говорить, что в "Димитрии Самозванце" Сумароков реально перетолмачил монолог Ричарда Третьего. Преподаватель послушал меня и согласился.

Дополнительный вопрос мне достался по любимой моей эстетике. Преподаватель нарисовал иероглиф и спросил, что это - знак или символ? Ах, как люблю эту науку...

Вот сижу и думаю: будут мои завтрашние студенты так же вспоминать через несколько лет меня?

Настроение сейчас - романтичневское

В колонках играет - проклятый футбол