Закончив ХАИ, я получил распределение в НПО "Молния", в КБ Лозино-Лозинского в Москву. Оно находилось в Тушино, но мест в общежитии для молодых специалистов у них не было. В разгаре шло проектирование советского аэро-космического многоразовика. Это был наш ответ американскому "Щатлу". Рабочее название его было "Байкал" потом он станет "Бураном". Вообще-то это был целый космический комплекс. Могучий водородно-кислородный носитель "Энергия", выносил на около земную орбиту 100 тонн. Для справки, знаменитый "Союз" весил от двух до четырёх тонн, в зависимости от модификации. Наш отечественный космолёт немного отличался от "Шатла", на нём не было многоразовой маршевой установки, но зато были подруливающие турбо-реактивные  двигатели (от ТУ-134), которые позволяли ему довольно комфортно выбирать место посадки, а не сыпаться как большой планёр туда, где есть большущая полоса, ибо второй попытки не предусматривалось. Обычно "Шатл" садился на дне сухого озера в Роджерс-Драй-Лейк. В министерстве Союзного Авиапрома, выслушав мой фак-ап, вошли в моё положение и послали на ту же работу, но в соседнее Подмосковье, в КБ Мясищева, делать кабину "Бурана" и самолёт 3МТ "Атлант", для доставки самого космолёта и его огромных баков, на Байконур. Это было лето 1980 года.

Меня благополучно вселили в общежитие ИТРов города Жуковский и... в ожидании допуска к государственным секретам, нужно было "убить" месяц. Чё делать? Зам по кадрам завода Н.Кузнецов, послал меня на месяц в подшефный (как тогда называли) совхоз Авдеевский, что был на краю Рязанской области и славился тем , что совхоз был - миллионером. Он два миллиона рублей был должен государству. Там я вставал в 4 утра, ходил на ферму за молоком для всей бригады, за одно меня там обучили доению коров, для конспирации повязывая женский платок.  Потом, взяв краюху хлеба и бутылку свежего молока, в тумане утренней зорьки, мы косили с хлопцами сено до полуденной жары. Наскоро пообедав мы ворошили вчерашний покос и складывали его в стога. Всё. По вечерам выпивали и, после танцев на выходные... портили местных девок, иногда дрались с местными. Мне всё это быстро осточертело и, на выходные я сел в Рязани на электричку и через каких-то трёх часов, был в столице нашей Родины, городе Москва. на Казанском вокзале. Шел, как я уже заметил, 1980 год, Хрущев правда обещал к тому времени нам коммунизм, но Брежнев осилил только Олимпиаду. Время было летнее, неожиданно умирают два наших кумира: француз Джо Дассен и Владимир Высоцкий. Всех бомжей и лиц безответственного социального поведения, высылают за 101 километр. Вся советская милиция, аккурат на период проведения Олимпиады, одевает ослепительно белые рубашки. Столица вся ухожена.

А у меня, купленная за бешеные деньги (230 рублей) после последней практики на Свердловском (ракетном) заводе имени Калинина, фотокамера "Киев - 15", с удивительно четко отъюстированном объективом "Юпитер-8". Я уже лет как пять, был увлечен фотографией и, купив десяток катушек черно-белой фото плёнки, чувствительностью 65 единиц, еду в хорошо мне знакомый город, ибо у дедушки с бабушкой по отцовской линии, я  все свои летние каникулы сидел не в Сухуми, где жил с родителями, а в столичном Кунцево. Что снимать в Москве? В запасе часа три-четыре, плюс потом пошел дождь. Я не нашел ничего лучшего, чем закольцевать маршрут от Казанского вокзала, через Красную площадь и Новый Арбат, что ещё могло прийти в голову 22-х летнему юноше? Я людей люблю снимать.

11.