Жила-была одна девочка, страдающая страстью к накоплению и коллекционированию. Она собирала марки, фантики, монеты, купюры, пробки, автомобили, мужиков, винтики, книги, репродукции. Машины она собирала, наверное, на продажу, из того что попадалось под руку. Так бы и жила она спокойно, потом померла, конечно, тогда никакой истории не получилось. Если бы не её страсть к коллекционированию. Достаточно скоро ей просто стало негде жить. Спала она на альбомах с марками, укрываясь журналами с репродукциями, это было ещё нормально. Но когда она хотела сварить кофе, из банки вперемешку с порошком начинали сыпаться монеты, когда она хотела поесть, выяснялось что всю еду сожрали её мужики и разбрелись кто куда. Из-за этого она мучилась расстройствами желудка и психики.
Захотела она, было, выбросить всё накопленное, но поздно было. Вещи, собранные ею, уже жили своей жизнью, вытесняя девочку из её жизненного пространства. Да и жалко было выбрасывать.
Пошла тогда девочка, куда глаза глядят. А глаза её глядели внутрь себя. Долго ли коротко ли шла она, совсем поизносилась и опаршивела, но однажды в сумерках своего помутившегося разума встретила она страшную и умную химеру, которая рассказала девочке, что ей надо сделать.
Начала девочка собирать в свои мечты и надежды, свои амбиции и желания. Когда же собрала, свалила всё в одну большую кучу и подожгла.
- Этот костёр теперь всю твою жизнь гореть будет. - Сказала ей умная и страшная химера. - Ты можешь вернуться, теперь всё будет хорошо.
- Знаешь, страшная и умная химера, а мне и здесь неплохо. - Ответила ей девочка. - Здесь тепло и поговорить есть с кем. Там не так уж много умных собеседников.
Так они и остались сидеть у большого костра.
Разговаривать.

Гарри Поттер имел неосторожность широко зевнуть, водя своей небритой челюстью в разнообразных направлениях.
- Ты так только в метро не делай, а не то какая-нибудь дама может тебя испугаться! - явно подлизываясь, Хобот причудливо изогнул свою шею и преданно смотрел на Гарри откуда-то почти с уровня асфальта. - Представляешь, стоит такой пришибленный даун с взглядом похуиста и вдруг начинает вертеть во все стороны своей небритой челюстью. Она же, натурально, в обмороке окочурится, на том же месте где стояла и воздух испортит от испуга!
- Эта... челюсти, как его? Мышцы, эта... скрипят. - С трудом произнёс, непривычно долгую для него тираду Поттер. Как обычно, к чему он это сказал, понять было невозможно.
- У меня есть знакомая девочка, - вспомнил я, - она когда разговаривает у неё как-будто челюсть немного заедает. Кстати, это ей придаёт какое-то дополнительное очарование. Красивая девушка.
- Интересно, а как же она... - Хобот гаденько заулыбался, по его пухлой мордашке стремительно расползалось что-то очень похотливое и, похоже, с извращениями. Во взгляде его маленьких глаз отчётливо читался слишком долгий, для простого смертного, недотрах.
- Хобот, - удивился я, - а при чём тут челюсть?
- Нет, ну как же! - Воскликнул он в ответ крайне возмущённо. - Челюсть в таком деле - первейший инструмент! Без челюсти никак невозможно обойтись! Я тебе точно говорю!

В мой мозг, тихо как средневековые ниндзя, начали закрадываться смутные подозрения...

На самом краю, у зловеще тёмного моря, сидел старик и смотрел в никуда. Когда-то он был молод и удал, закидывал сети, ловил рыбу, попалась однажды и золотая. Желания три, всё как положено. Загадал первые два: жену-красаву из соседней деревни, жить там, где хорошо и бессмертие.
Так и оказался он с женой на самом краю, там хорошо, никого нет, никто не раздражает... кроме жены, а её соответственно раздражает он.
Красава она, это конечно хорошо, но течения времени никто не отменял, все стареют и красоту свою утрачивают.
В общем, придушил он её, когда совсем достала.
Кстати и сам он старел. Бессмертие - бессмертием, но старел. Плоть его гнить начала, отваливаться потихоньку.
На самом краю сидел почти скелет старика и смотрел в никуда пустыми глазницами.

Хобот встает из-за рабочего стола и начинает перетоптываться на месте, с этакой ухмылочкой хитро поглядывая по сторонам.
- Ты курить? - Спрашивают его.
- Ага, - важно надувши и без того немаленькие щёки, отвечает он.
- А топчешся зачем? - Интересуются любопытные.
- Разминаюсь, - гордо подбоченясь и приняв ещё более важный вид, говорит Хобот.
Немного позже спрашиваю его:
- Хобот, а разреши поинтересоваться...
- Разрешаю! - Почти лопаясь от осознания собственной значимости в происхождении всех природных и прочих процессов в этом мире, ответствует он вальяжным тоном.
- Ты вот когда так топчешся, ты что именно себе разминаешь?

Когда-то здесь был город-сад. В нём жили добрые улыбчивые люди, они никогда ни на кого не повышали голос, всегда и во всём друг-другу помогали. Жили дружно и счастливо.
Однажды в их город пришёл грязный, вонючий подлец.
Теперь на месте этого города нет ничего.
Осталась лишь автобусная остановка посреди пустыне. На автобусной остановке на лавочке сидит последний добрый улыбчивый человек. Он смотрит вдаль, чему-то загадочно улыбается, изредка зачёрпывает половником из огромного чана, который стоит рядом, пьёт.
В чане он сварил бульон из грязного, вонючего подлеца.
Мерзкий бульон, но надо же кому-то его есть.

На одинокой, возвышающейся посреди чёрного непролазного леса, лысой горе Кудактотам жили две престарелые горгульи Суседка и Сосётка. Ночами они расправляли свои выцветшие морщинистые крылья и отправлялись на охоту, испить человеческого страха и огненной водицы, подпортить человеческой кровушки и нервов, насытиться слезами младенцев и негативом, неиссякаемо источаемым психически неуравновешенными обитателями окрестностей. Почему психически неуравновешенными? Так кто спокойным и умиротворённым останется с такими соседями как две престарелые горгульи?
Был у них в услужении один трёхцветный козёл, да не козёл то был на самом деле, а принц заморский, неприлично по случайности заколдованный принцессой Испанская Пусть, которая некстати объелась дурман-гороха, когда тот к ней свататься явился. Он обслуживал горгулий, готовил им пищу, в том числе для размышления о тщете всего ссущего, и убирал обильно вываливающиеся из престарелых горгулий, дурно пахнущие экскременты.
Жили бы они так мирно и счастливо дальше, кабы трехцветный козёл не накосячил по-крупному. Загадал он однажды престарелым горгульям загадку:

- В деревне только один парикмахер, но он бреет тех, и только тех жителей своей деревни, которые не бреются сами, должен ли он брить самого себя?

Суседка ответила трёхцветному козлу:
- Если он себя не бреет, то он относится к тем жителям деревни, которых он должен брить. Значит, он должен себя брить. Если же он себя бреет, то он не относится к тем жителям своей своей деревни, которых он должен брить. Значит, он должен себя брить. Если же он себя бреет, то он не относится к тем жителям своей деревни, которых он должен брить. Значит, он не должен себя брить. Вот и весь ответ на твой вопрос.
А Сосётка возразила:
- Как же так?! Если парикмахер себя не бреет, то он должен брить, а если он себя бреет, то не должен брить?
Поругались престарелые горгульи, драться начали, визг на весь чёрный лес подняли. Когда же подустали, на козла бедного накинулись, отметелили его, так что белый свет ему стал с копеечку, а копеечку козёл пошёл и пропил в трактире "Выхуйхоль", где его и прирезали в пьяной драке за карточный долг. Прирезав же приготовили и съели, только призрак от козла трехцветного остался, бродит теперь он по чёрному лесу и наводит ужас на случайных путников, да охотников на приведений, своими дурацкими вопросами.
Горгульи же потеряли покой и сон, не умея разгадать загадку покойного... Совсем от них житья не стало.
Беспокойство и хаос воцарились в чёрном лесу.
Санитары же привычно отмечали Новый Год.
Подходил к концу февраль месяц.

Наверное это диагноз поколения, выросшего на обломках союза. Помню, как в течении долгого времени у нас в школе не преподавался английский язык, не было преподавателя, а предмет был. Нас, на эти сорок минут, запирали в пионерской комнате. Пионерии уже не то чтобы официально не было, но де-факто она уже почила в бозе. Вполне естесственно, что мы, молодые охламоны, разносили эту пафосную комнату в щепки. Какое же удивление пополам с восторгом мы испытали найдя личные дела, заведённые на каждого пионера! Мы читали друг про друга, ржали и выкидывали порванные бумажки в распахнутое окно.
А теперь со светлой грустью вспоминаем то время. Ностальгируем.
Однако, сейчас я что-то не вижу чтобы кто-нибудь из моих сверстников состоял в какой-то организации или партии. Да, конечно, многие состоят, но что-то видится, только из-за каких-либо материальных благ, которые они научились из этой организации добывать. Большинство же этим успело наиграться ещё в отрочестве, кто-то побывал в РНЕ, кто-то в НБП, лично я ухитрился выпендриться и побывать членом одной известной экстримистской секты, ни на одно сборище которой я, надо заметить, так и не явился, хотя зазывали упорно.
Также явно моё поколение критикует власть. Мне кажется, что всё равно кто будет там, у руля нашей страны, на орехи достанется любому. Особенно активно ругаемся на всяких "идущих вместо", "нашистов" или там "молодогвардейцев" (кстати, кто-нибудь объяснит чем все они отличаются друг от друга?). Дескать новый комсомол, снова-здорова! При этом всем абсолютно понятно - организованной толпой проще управлять, так что велосипеда никто не изобрёл.
А ещё этот пресловутый "корпоративный дух", которым нас кормят на работе. Один приятель, работающий психологом, сам проводит всякие американизированные тренинги в крупных компаниях, на вопрос о морально-этической специфике своей работы говорит: "Конечно говно, но деньги не пахнут!".
А вот думаю, с чего это мы себя считаем самыми умными.
А может так оно и есть?

Она никогда не мечтала стать рыцарским конём или рыцарем, ей было вполне достаточно спокойной жизни и горячего чая с медовыми пряниками. Всяческие неожиданности, пусть даже радостные, выбивали её из колеи и страшно раздражали.
Однажды утром, проснувшись со страшной похмелюги, она долго пыталась сообразить, где находится. Голова раскалывалась, глаза не желали открываться, на ощупь она обнаружила свои сигареты, также прикурила с третьего раза, попав язычком огня куда следует, только после этого она нашла в себе силы оглядеться.
Вокруг, на сколько хватало взгляда, простиралась, нестерпимо блестевшая алмазной крошкой пустыня, она же сидела на крышке унитаза, гордо возвышавшегося в своей стерильной белизне, на вершине одной из сопок. У её ног лежала початая бутылка с этикеткой "Самогон №14. Не пей меня, овечкой станешь".
Позже она частенько вспоминала это утро, но даже не с грустью, а с тихой радостью осознания того что всё сделала правильно.
Самогон оказался вполне вкусный, возвращающий к жизни, а жизнь овечки ничуть не хуже любой другой жизни.
Только в страшных снах к ней иногда забредал Жестокий Мясник, с огромным тесаком в окровавленных руках.
Однако, наутро, проснувшись, она не помнила своего кошмара. Только некая горечь во рту немного беспокоила. Впрочем, от такой напасти замечательно спасали сладкий чай и медовые пряники.
Она брела босиком по алмазной крошке, изрезав в кровь ступни, изредка прикладываясь к заветной бутылке. Сигареты давно кончились, а конца и края алмазной пустыни всё не было.
- Теперь так будет всегда! - Оповестил её шипящий голос пустыни. - Если...
- Если что? - Она замерла, пошатываясь в своё хмельное безветрие.
- Если ты загадаешь мне несколько интересных загадок! - ответила ей пустыня.

1.Как-то утром, солдат, который перед этим был в ночном карауле, подошел к центуриону и сказал, что этой ночью он видел во сне как варвары сегодня вечером будут атаковать крепость с севера. Центурион не очень поверил в этот сон, но меры все-таки принял. Тем же вечером варвары действительно напали на крепость, но благодаря принятым мерам их атака была отбита. После боя центурион поблагодарил солдата за предупреждение, а затем приказал взять его под стражу. Почему?

2.Сказочному гному каждую ночь требуется новая свеча, которой он освещает себе дорогу, бродя по городу. Он может сделать 1 новую свечу из 5 свечных огарков. Если у него наберется 25 огарков, то на сколько ночей ему хватит запаса новых свечей?

3.Поезд длиной в 1км. едет с максимальной скоростью 60км/ч. Он въезжает в лес протяженностью в 1км. Сколько времени потребуется поезду, чтобы миновать этот лес?

4.Вам дали это, это и сейчас принадлежит вам. Вы его никогда никому не передавали, но им пользуются все ваши знакомые. Что это такое?

5.Отец говорит своим сыновьям, седлайте своих лошадей, и скачите из одного города в другой. Чья лошадь придет к финишу ПОСЛЕДНЕЙ тот получит награду. Сыновья сели на лошадей и еле-еле плетутся. Навстречу мудрец, спрашивает в чем дело, почему они так медленно едут. Те рассказывают. Он им сказал всего два слова и они поскакали к финишу изо всех сил. Что он им сказал?

Поганыч жил на острове Зимней Стужи в бане. Он любил гулять по утрам, вокруг своего жилища, босиком. Под его горячими пятками таял снег, а потом застывал коркой льда, поэтому изловить Поганыча не представлялось возможным, всякий, поставивший перед собой такую задачу, неминуемо подскальзывался на его следах и падал, расквашивая себе нос до кровавой юшки о следующий след Поганыча. Если же кто-нибудь, особо ловкий и оказывался в опастной близости, то Поганыч начинал смачно плеваться в верткого нахала. На лету плевки застывали и приобретали аэродинамическую форму капли, острым своим концом направленной на нечестивца. Это было самое страшное оружие Поганыча, к которому, однако, он прибегал лишь в самом крайнем случае.
Вообще Поганыч был натурой тонкой душевной интерпритации и даже сочинял стихи про любовь. Например такие:
Люблю картошку я в мундире,
Сегодня буду я картошкой!
Сегодня буду я в трактире,
Не обойдусь одной я плошкой!

или такие:
Люблю я холод, стужу, море
Замерзнут гадкие людишки!
А я один не знаю горя,
Лелея праздные мыслишки.

Вообщем лирикой увлекался.
Ещё Поганыч любил, сидя подолгу в сортире, рисовать карикатуры на ненавистного ему обитателя Чёрного Леса, дальнего своего родственника, Хоббата.
Например такие:

Не далее как год назад, я возвращался с какого-то празднества из пригорода. Было раннее утро, самое начало ноября и холодный ветер приятно освежал мою, разгорячённую алкоголем, голову. Когда я стоял и ждал электричку, на абсолютно пустой платформе посреди чистого поля меня вдруг окликнул резкий, каркающий голос. Я огляделся - ни души, только на ограждении сидел большой чёрный ворон и, склонив голову, хитро смотрел на меня своим чёрным глазом:

-Кар! Кар! Закурить-то дай! - обратился он ко мне.

Я конечно же удивился, но достал пачку папирос, прикурил одну, прикрывая огонь спички от ветра, и вставил ворону в клюв ароматно дымящую папиросу. Покурив же ворон в благодарность поведал мне такую историю:

Как появился "Летучий Голландец"? Однажды, первого ноября, вся команда корабля напилась до бесчувствия и выпала из реальности, а так как в этот день грань между мирами особенно тонкая, то они там и остались, почти целиком за гранью. Поэтому трезвому человеку их увидеть и нереально. Если хотите пообщаться с матросами или капитаном "Летучего Голландца" дело за малым. Для начала надо его найти, а как обнаружили - тут же напивайтесь до бесчувствия, общение гарантировано.

За долгие века пребывания одновременно в двух мирах команда этого корабля преисполнилась поистине нечеловеческой мудростью, а отвыкнув от общения с гостями, наверняка соблаговолит поделиться ей с вами.

Правда тут есть два ньюанса: во-первых, когда вы придёте в себя вы не будете ничего помнить, во-вторых не следует так поступать первого ноября, а не то сильно рискуете пополнить команду корабля-призрака. Вообще на поиски "Летучего Голландца" лучше отправляться уже смертельно пьяным, тогда ваша траектория поиска с большей вероятностью будет повторять курс этого легендарного корабля, если же вы приложите ещё немного усилий, вы обязательно его догоните!

Можно начинать прямо сейчас.

Пятница - хороший день для начала такого путешествия.

Счастливого плаванья!

Жил да был не так давно начальник голубиной почты Подшлемников. Обитал на двадцать четвёртом этаже многоэтажки в Ясенево. В его квартире не было окон, но были голуби и книги. Каждую ночь он писал письма на тонкой рисовой бумаге иероглифами, утром же привязывал своим породистым голубям к лапкам маленькие свитки и выпускал по одному из окошка. Голуби, покружив над домом, разлетались в разные стороны. Вечером возвращались. Подшлемников отвязывал свитки и внимательно их изучал, а после всю ночь писал ответы.
Просто Подшлемников был очень одиноким и очень самодостаточным человеком.
Однажды днём он умер во сне, тогда голуби растерзали его на тысячи маленьких кусочков и разнесли по всему миру.
Как будто никогда и не жил на свете начальник голубиной почты Подшлемников.

Находясь в дороге, там где приходится перемещаться пешком, я всегда стараюсь выдерживать максимальный темп.
Обгоняю тех кто передвигается медленно или тех кто начинает вдруг беспорядочно оглядываться по сторонам.
Они, конечно же несколько раздражают, являясь помехой моему движению. Наверное таких как я, перемещающихся
быстро, не от того что куда-то опаздывают, а единственно в погоне за ускальзающим временем много, но я просто не
успеваю их замечать. Я вообще многого не успеваю замечать. Наверное специально для таких как я придуманы
"тормозные бабки", которых не так уж просто обойти. В те секунды вынужденного торможения начинаю обращать
внимание на красоту осенних луж в которых отражаются печальные деревья с поникшей разноцветной листвой,
на мерцающий снежок несешно падающий в свете вечерних фонарей, на прелестных девушек, чьи короткие летние
юбочки дают вволю насладиться взгляду видом стройных ножек, на весеннюю слякоть и мусор, выползающий из под
растаявших сугробов. Всё это производит неизгладимое впечатление на моё искревлённое воображение.
Предполагаю что именно те кто передвигается медленно или те кто начинает вдруг беспорядочно оглядываться
по сторонам всё это замечают если не постоянно, то уж наверняка намного чаще меня. Вне всякого сомнения, такие
субъекты вроде меня, вечно куда-то спешащие вызывают у них особенное раздражение. Но вот что интересно, насколько
им интереснее, насколько больше они испытывают от всех тех повседневных картинок которые лишь изредка
доступны моему вниманию?

- Вот говорят: "должен быть снег!", а кому он должен? Вот этим людям, спешащим куда-то или этому городу? Может быть дворникам, они, наверное, соскучились по снегу! - Так ворчливо думала крыска, у которой было забот по горло. Следовало хорошенько подготовиться к февральскому празднованию китайского нового года имени её. Ей снег как раз помешал бы, поэтому она, пользуясь могуществом, которое уже потихоньку переходило к ней от свиньи, отменила снегопад. Крыска, она же маленькая, серая, ей в сугробах затеряться как нечего делать.
Собственно именно эта мысль и оказалась последней в её жизни. Она была безжалостно затоптана, даже не заметившим её потоком людей, хлынувших к выходу из метро "Щёлковская". Люди торопились, толкались. Кому-то надо было на автовокзал, чтобы успеть уехать к своим родным во Фрязино, Иваново или ещё куда, кто-то торопился докупить последние подарки или поздравить тех кого не сможет увидеть в новогоднюю ночь.
Было тридцать первое декабря.
На сам Новый Год люди дарили друг-другу сувениры с крыой, поздравляли друг-друга с наступившим годом крысы, совершенно забыв о том что он должен был наступить только седьмого февраля.
Но уже не наступит.
Ближе к вечеру дворничиха заметила маленький трупик и замела его в совок.
- Развелось этих тварей, - недовольно проворчала она себе под нос.

Когда он проснулся было 31 декабря 7 часов утра. Первое что он увидел это был кто-то в чёрном костюмчике, белой рубашке с синим галстуком и крыльями за спиной рядом с его кроватью.
- Ты потерпеть немного не мог? - Обратился к нему неизвестный. - Вот доделал бы всё, а теперь возиться с тобой... Вообщем, смысл в том, что к нам тебе нельзя пока всё не запланированое на сегодня не исполнишь! А потом WELLCOME, ждем-с.
И ушел.
Немного поразмышляв на тему крыльев он пришёл к выводу что это был ангел, ангелов видишь после смерти и следовательно он умер.
Оставалось поздравить одну девушку, не так уж много осталось незавершённых дел, он как знал что всё пора заканчивать. По дороге, выйдя из метро он купил большой букет цветов и красивую вазу: "Наверное это будет выглядеть красиво" - подумал он.
А ещё он подумал что всё в его жизни могло бы быть иначе, но раз всё случилось именно так, наверное это тоже вариант.
- Как здорово что ты пришёл! - воскликнула девушка открыв дверь. - Спасибо огромное! Мы, если честно не ожидали что ты будешь, сейчас тарелку поставлю!
Он не стал возражать, есть не хотелось, но и бессмысленность еды доказывать тоже. Сев в уголке он с улыбкой наблюдал как веселятся гости.
После поздравления президента он как и все чокнулся шампанским, выпил, съел дольку мандарина и загадал чтоб у девушки всё хорошо сложилось в новом году.
Потом он ушел домой, не оставляя следов на свежевыпавшем снеге.

В 23:59 случилось настоящее чудо, к каждому пришёл Дед Мороз и предложил загадать желание, которое обязательно сбудется.
- Зуб даю, век Снегурку не видать, сбудется! - Обещал он.
И люди верили. Но желание должно было быть только одно.
На выбор желания давалась ровно одна минута.
Как много у людей желаний?
Кто-то захотел славы.
Кто-то захотел богатства.
Кто-то захотел любви.
Ну ещё по-мелочам было много всякого, это конечно Дед Мороз вообще сразу обеспечил.
А особо одарённые захотели вечной жизни, им-то и досталось по-полной:
Тем кто хотел славы, они ваяли памятники, о них сочиняли легенды и прочую литературу, их они воспевали.
Тех кто хотел богатства хоронили в деньгах и золоте, в брилиантах и почёте, изливавшегося непрерывным потоком от всех вечноживых.
Тем кто хотел любви пришлось особенно тяжко, хотя им было уже всё-равно.
А вечноживые больше никогда не отмечали Новый Год. Они бы поубивали давно друг-друга или самих себя, да не получалось.
Вечная жизнь это такая штука. Выхода нет, жизнь в одном дне, который никогда не закончится.

Большую часть времени она проводила на подоконнике, наблюдая за жизнью во дворе-колодце и вот однажды проснувшись, совершенно не узнала мир за окном. Вроде всё было то же, но чем-то неуловимо удобнее. Подпрыгнула на форточку, от туда на широкий карниз (раньше он был заметно уже и местами повреждён, того гляди свалишся). На улице были самые разнообразные кошки и коты, кто-то просто грелся на солнышке, кто-то спешил по своим ужасно важным кошачим делам.
Казалось и мир, и город, всё обустроено специально для кошек.
- А где же люди? Должен же здесь быть хоть один человек! - спорсила она.
- Да, вообще-то есть один, - промурлыкала белая симпатичная кошка, оказавшаяся поблизости.
- Как же он один всё успевает? Следит за всем, ухаживает?
- А он никуда не торопиться, просто спит и видит такой мир, удобный для кошек.

А первого января случился конец света. Просто все умерли. Он же три последних недели почти не спал, на работе был завал и приходилось работать без выходных.
Длинная очередь в чистилище продвигалась медленно. В ней стояли грустные, удивлённые, подавленные своей неожиданной смертью души. Он же испытывал исключительно одну лишь досаду на то что так и не успел выспаться.
Как же! "На том свете выспишся" - дурацкая поговорка, которую так часто доводилось слышать ещё при жизни. Да что там, неоднократно и сам произносил, не особенно задумываясь о смысле. Всё, не будет теперь ни сна, ни сновидений. Теперь всё в прошлом. Кто же знал, что сон, это волшебное состояние, порождающее причудливых химер разума, доступно лишь живым. Знал бы раньше... И ещё: "уснул вечным сном" - вот ерунда-то какая.

В мрачном мире, лишённом всякой радости жил злобный весельчак, деревянный голем, сотворённый руками спятившего мага Карлоса, безжалостный Буратинко. Силу, как водится у големов, он имел неимоверную, выносливостью деревяшка тоже отличалась поистине сказочной, для нанесения же смертельных ударов был у голема длинный заострённый нос, которым и был умерщвлён создатель Карлос в момент торжества своего триумфа над зародившейся его стараниями и мастерством псевдожизни в бывшем когда-то полене.
Позднее Буратинко находит ещё стайку големов, которых охраняет добрый волшебник Карабос. Он держит злобных демонов в заточении, не давая им вырваться на свободу и растерзать этот мир в клочья, имена злых духов, повелевающих куклами: Мальвинко - фарфоровое чудовище, Пьерко - само уныние и бесперспективняк, высасывающий жизни и Артемонко - адский пудель. Буратинко освобождает банду, обхитрив доброго мага, потом они все вместе заявляются к мутанту пенсионного возраста, говорящей черепахе Тортильетко и она рассказывает им страшную древнюю тайну, как из этого мрачного, лишённого всякой радости мира попасть в мир людей, где они могут порезвиться вволю.
Озверевшему бандформированию недоживых монстров безуспешно пытаются противостоять два добрых мутанта
Интересно, откуда в этом мире столько говорящих животных? Наверное, здесь когда-то состоялся неудавшийся эксперимент по всемирному внедрению генно-модифицированных продуктов...
Базилевско - пушистый кот и Аллиско - симатичная лисичка. Но героев ждёт неудача за неудачей, злобные монстры берут верх хитростью, коварством и колличеством. В конце концов они добираются до портала, ведущего в наш, людской мир.
Берегитесь, они уже среди нас! Пользуясь магическими навыками, они пока маскируются под обычных людей, но придёт день и они скинут ложные личины и педстанут перед нами в своём истинном зловещем виде.
Это будет поистине страшный день, который никто не сможет забыть.
Будут вспоминать с содроганием.
Если останется кому вспоминать.

Как же адски хочется спать! - Подумала Данька, проснувшись.
Для разминки она повторила восемьдесят семь новых анекдотов, выученных во сне, и сладко потянулась. Но кувшин с вином, как будто ждал этого и споро отъехал к краю стола, на котором удержаться не смог и был расчеленён на тысячи осколков самой страшной на свете силой, Силой Притяжения.
Притяжение выпило вино и молвило:
- Привет тебе, о проснувшаяся Данька! Да будет день твой в меру анекдотичен!
И исчезло.
Данька, не ожидавшая такого подвоха от почти ставшего ей родным Притяжения, неумолимо воспарила к облакам.
- Красота-то какая! - Веселилась она и смеялась, пролетая над сочными полями, залитыми солнечным светом и ещё невесть какой гадостью.
На пятнадцатой минуте полёта она поняла что запас анекдотов пора пополнить и порулила к своей кровати, стоявшей на опушке берёзовой рощицы.
Уже смеркалось и Даньке пора было приниматься за тяжёлую, но ужасно важную работу - смотреть сны.
На этой планете вообще почти всегда смеркалось.
- Надо будет сменить планету. - Подумала Данька закрывая глаза.

За окном громыхали трамваи, сновали существа и гадили птицы. За давно не мытым окном сияло солнце, зеленели деревья, наступала весна. За мутным стеклом кухонного окна дрались похожие прохожие, и такие же на прежних похожие дарили цветы, улыбки и подлости в праздничной упаковке.
Ещё была дверь с пластилиновым замком. В неё входили с гитарами, бутылками и пельменями. Приносили проблемы, несчастия и просто усталость. Иногда в неё стучались раздражительные и глупые, им было необходимо громко изъявить себя, они изъявляли. А что остаётся после громкого изъявления? Только видимость, а сам уже где-то в эфире бултыхаешься.
Я же просто кухонное существо. Сижу, смотрю вокруг. Когда тихо и никого нет, общаюсь с демонами кофе или пива, сигарет и музыки, а если кому-то требуется, можно и других призвать. Это не сложно, они повсюду и им абсолютно нечем заняться. Для этого даже не обязательно меня беспокоить, но если так вам удобнее, приходите, пообщаемся с демонами, мне не сложно.