Москвичи фарева..
Николай Опанасович Бульба шагнул на захарканный перрон и с тоской посмотрел на табличку вагона «Киев – Москва».
Он чувствовал себя разведчиком на вражеской территории, тем более, что про Москву ему рассказывали столько плохого, особенно сосед Грицько, который ездил в бывшую столицу два года назад на заработки.



Все вокруг куда-то суетливо спешили и он решил разузнать, как добраться до района Химок (- тю, шо за Химки? После «химии» там живуть, чи шо?) у мента, который щёлкал ебалом тут же, у выхода с платформы.



- Драстуйте, а скажить, як мине добраться до Химок, у мэнэ там сестра живэ?
- Здравствуйте, с готовностью откликнулся молодой мусорок, - это Вам нужно по этому переходу выйти на площадь перед вокзалом и…(минут десять он обьяснял незадачливому хохлику, как доехать и где нужно сделать пересадки, даже схему нарисовал!).



- От спасибочки (- пиздел Грицько, говорил, шо менты в столице злые як собаки, токо и смотрять, как с приежжих денег срубить!).
- Но Вам удобнее выйти к стоянке такси и доехать без пересадок, не переживайте – таксисты берут ровно по счётчику, если конечно Вам по средствам….
Деньги от продажи трёх кабанчиков были.



Николай Опанасович вышел на площадь трёх вокзалов и без труда заметил очередь машин с оранжевыми гребешками, от которой то и дело отъезжали такси.
- Эх, була-не-була, поиду на машини - и он осторожно открыл заднюю дверь жёлтой «волги» и робко спросил:
- До Химок?
- Да, пожалуйста присаживайтесь, давайте я Ваш чемодан в багажник поставлю.
- А скоко? – только и успел пролепетать гость столицы, офонаревший от такой предупредительности.
- Строго по счётчику, лучезарно улыбаясь, ответил водила.



По дороге, водитель, представившийся «просто Игорь», рассказывал мимо чего они сейчас проезжают и давал краткие исторические справки по памятникам культуры.
- Ну вот мы и в Химках, куда тут?
- А тут де нибудь тормозните, я ще погуляю, бо сестра на работе. Скоко с меня?
- Вот, сумма на счётчике - и Опанасович ещё минут пять уговаривал его взять 10 рублей «на чай, бо довго ехали». Наконец, рассчитавшись, он взял поданный таксистом чемодан и бодро зашагал по тротуару.



- Не такый страшный чорт, як його малюють (укр. - рисуют)!
- Скажить, - обратился он к женщине лет пятидесяти, которая пикнув сигнализацией новенькой иномарки направлялась ко входу в какое-то явно административное здание,
- а як мине пройти до вулыци Панфиловцев, токо так, шоб по пути був якый-то промтоварный магазин?
- А-а-а-а-а-а, Вам нужно дойти до конца кварталла и свернуть налево и потом идти ещё кварталлов шесть, а там спросите... - А может Вас подвезти, тут далековато пешком, да и чемодан наверно тяжёлый?..
- Не, спасибо, я ще погуляю.
- Упехов Вам!



Ближе к семи вечера, уставший и потный, он затащил ставший свинцовым чемодан, в нужный ему подъезд девятиэтажки и уставился на таблику «Извините за неудобство – лифт не работает».
- Дяденька, давайте я Вам помогу донести чемодан, Вам на какой? – обратился к нему проходивший мимо рослый подросток, лет пятьнадцати, в наушниках от плеера.
- На сьомый – ответил обадевший Бульба.
Уже перед дверью сестры восстанавливая дыхание, он, с теплым чувством думал о Москве и москвичах...



***
Так он ни х*я и не понял – В МОСКВЕ СНОВА ВХОДИЛА В МОДУ ВЕЖЛИВОСТЬ!