Как бы там ни было. Торпедовцы. Завтра. Сделайте же что-нибудь!! Чтобы и вы сами и еще несколько тысяч людей смогли спать по ночам. Чтобы они смогли засыпать, а засыпая - видеть что-либо другое, но не первый за историю вылет туда, где матчи даже по ТВ не транслируют. Чтобы Вы - и мы тоже - улыбались чаще. Нужно сейчас отращивать крылья любыми способами и взлетать. Пусть газеты кричат о сенсациях. Поражения измотали. Ничьи - по горло. С вдохновением, с силой - давайте же! Я все еще в вас верю, пусть многим это смешно. Если вылетите, мы все умрем... даже я.
С трепетом, с нетерпением и с теплыми чувствами жду завтрашней победы.

...

Любой результат матча с "Амкаром" будет негативным.
После победы Петренко понесёт на пресс-конференциях очередной бред,а игроки проиграют следующие ключевые матчи "Ростову" и "Лучу",поймав звездняк.
После поражения,которое отодвинет команду в зону вылета,Петренко всё равно не подаст в отставку,а Алёшин его не уволит,ибо кредит доверия безграничен.
Ну а самым плохим результатом,хуже поражения,станет 86-я по счёту ничья,после которой многие увидят "позитив в игре" и "выход из кризиса".
Алёшин,звони Шевченко!

...

Вот такой у нас футбол:

Понятно, что в открытую, с указанием дат и имен, о коррупционных явлениях в футболе в настоящем времени мало кто станет говорить: система – это та же круговая порука – «мажет как копоть, ты берешь чью-то руку и чувствуешь локоть…» Мне известен только один случай подобного откровения питерского тренера Олега Терешенкова, который работал как раз с командами второй лиги. И то он решился на свой рассказ в питерской газете «Северный форум» лишь потому, что в футбол ему уже никогда не вернуться.
…26 июня 1995 года «Смена-Сатурн», в которой я тогда работал главным тренером, встречалась с «Ладой». Команда попала в финансовую дыру: уже давно не платили зарплату, с деньгами было совсем плохо. И тут поступило предложение от «Лады» сдать им игру в Тольятти. С этим они, естественно, обратились к нашему руководству. Мы-то, тренеры, как правило, в такие дела не влезали. То есть нас просто вызывали и ставили перед фактом. В тот раз мне так и сказали: все уже решено, деньги – 15 тысяч долларов – мы уже взяли, так что игру надо сдать. «Но как?» – «Думай сам!» Вот и пришлось придумывать… А потом любители футбола, видевшие составы команд, смеялись и не могли понять, что это такое. Почему центральный нападающий Эдик Веранян вдруг ни с того ни с сего играет последнего защитника?..
…Когда мы в 1992 году выходили из второй лиги в первую, иногда использовали следующую схему. Например, я брал деньги и выезжал в другой город. Ну, скажем, в Черняховске играл очередную встречу наш конкурент «Химик» из Дзержинска. Когда приехал туда, то сразу же вызвал капитана черняховского «Прогресса» Сережу Подгорного: «Я привез деньги. Вот тебе столько-то тысяч – надо, чтобы вы завтра обыграли «Химик»! Мне неважно, как ты ими распорядишься: поделишься с командой или оставишь себе. Мне нужен положительный результат!» Вторую часть денег отнес в судейскую коллегию – судьям, пояснил: «Надо, чтобы сегодня «Химик» убили!» Ну так оно и было, конечно: «Прогресс» победил – 2:0.
…Судей, которые не брали, я не встречал. Правда, попадались такие, кто говорил, что мало. 23 сентября 1993 года играем в Калининграде с «Балтикой». Мы «везли» «Балтику» в один мяч. И судья серьезно прихватил нас, хотя все вопросы решены. Тут наш капитан Боря Матвеев подбегает к бровке, где мы сидим (а рядом скамейка «Балтики», милиция стоит), и кричит: «Олег Яковлевич, он еще просит!» Я говорю: «Сколько?» Он мне на пальцах показывает – это был концерт. Я: «Скажи, что дадим!» Он бежит к судье (а все ведь видят это!), говорит: «Все в порядке!». И… мы выигрываем игру – 3:1.
Как сообщил на днях президент РФС Виталий Мутко, в скором времени он пригласит всех руководителей клубов, губернаторов, владельцев команд для серьезного разговора и спросит: «Зачем вы платите большие деньги футболистам, если не верите, что они сами, без помощи судей, могут добиться результата?» По словам Мутко, это будет последнее «китайское предупреждение».

...

Над деревней Чёрнобеловкой вставала куцая и серая заря, такая же серая, как суглинок под ногами, превратившийся от бесконечных дождей в сплошное месиво. Несколько сот домиков жались друг к другу, возвышаясь сплошной грязноватой стеной над некогда полноводной и шумной, а ныне маленькой речкой Педовкой.
Неожиданно тишину прервали резкие звуки - какой-то человек что есть мочи бил молотком по рельсу, висевшему на единственной площади села. Бил, помогая себе голосом:
- Народ, выходи!
Захлопали двери и калитки. Крестьяне, наспех запихиваясь в кафтаны и ермолки, спрашивали друг у друга:
- Соседушка, аль случилося чаво?
- Неужели нового бурмистра пришлют?
- Точно! Глядите, у правления писарь, глашатай и учитель стоят - грустные какие-то.
- А у писаря бумага... Неужто кормилец услышал наши молитвы?
Впрочем, справедливости ради следует сказать, что не мало было и других. Они подходили к вышеупомянутой троице, что-то спрашивали и отходили с помрачневшими лицами. Писарь, молодой мужчина с лицом человека, знающего о жизни всё, а потому уже ничему в жизни не удивляющийся, потерянно сидел на крыльце волостной управы. Он машинально протирал аккуратной тряпочкой очки и бормотал чуть слышно: " В такой день, в такой день... Уж лучше бы завтра, а не в день рождения". Видя всё это, глашатай, уже немолодой мужчина с лицом человека знающего о жизни всё и тем не менее не перестающий всему удивляться, взял бразды правления в свои руки. Тем более, что площадь уже заполнилось народом.
- Ну что, все собрались?
- Кажись, все.
-Не-а, Неоднакера чёй-то не видно.
- И не увидите больше!-глашатай торжествующе обвёл глазами площадь.- Конвоируют нашего Неоднакера этапом до Омска.
- Ты чё такое гуторишь?- загудела толпа.
- А то и гуторю. Политический он!
- Да ты что?! А с виду такой обходительный...
- Вот именно, что с виду. Подрывную литературу у него нашли...
- Это как?
- А так, серь неграмотная: чтобы подорвать, надо копнуть. Вот он и копал супротив Бога, царя и Отечества.
-Свят, свят, свят!- и несколько сот человек дружно осенили себя крестным знамениеи.
- Поздно креститься, мужички. Довыёживались? От ваших жалоб у барина терпение лопнуло. А то господин агроном им не по- нраву, и даже на самого господина управляющего кляузы писать начали...
- А что ж нам делать, мил человек?- раздался чей-то голос,- прошлу зиму еле пережили, а в
энтом опять неурожай будет. Скольки можно?
-Правильно!-закричали вокруг,- вон в округе- у всех дород, а мы как скаженные.
- Не хотим боле голодными ходить!
- Не желаем! Вон в Лохомотовку аж две дороги провели- асфальтовую и железную, а у нас колдобины да грязь...
-Это что, в Верхние Кобылинки ляктричество провели.
- А в Мясоедовке опчеству управаляющий на двунадесятые праздники из аж по четыре бочки медовухи выставляет.
-Тихо! Ну что вы разорались. Я -то что, по другому живу? У меня что-ли изба по-белому топится.
- Знаем мы, небось с дружками своими сухой берёзой топишь, а мы - сырой осиной.
-Кто это сказал?!- взорвался глашатай,-выходь сюда. Боишься?!
- А чего мне боятся, я перед опчеством это повторю.
- Я так и знал: Франкенштейн!
- Рупьштейн моя фамилия...
- Тем более. Сейчас пойдём ко мне домой и если ты хоть одно берёзовое полено увидишь...
- То что?
- Извинишься, понял! Вот из-за таких как ты... Вы хоть знаете , дурни, что в этой бумаге?
- Знаем: барин нам нового агронома пришлёт. С хлебом будем!
А четыре бочки медовухи, как мясоедовские, или цирк-шапито из Португалии, как в Нижней Ментовке, не хотите?
- Хотим!- дружно откликнулась толпа.- И баб пусть из Лохомотовки выпишут, а то мы дюже одичали. Без баб.
- Да ты читай бумагу, читай, зря что ль глашатаем работаешь.
- Они ,небось с писарем настоящу ю бумагу заменили...
- Я работаю?! Заменили?!
-Успокойся, Олег Викторович,-примирительно сказал писарь, ты же добрый. Их жалеть надо.
- А меня кто пожалеет? Ты можешь представить меня без Чёрнобеловки?
-А ты меня?
И оба заплакали-тихо, беззвучно, незаметно, как умеют плакать одни настоящие мужчины. Но такое чуткое и отзывчивое сердце у русского мужика, что толпа разом притихла. И даже Рупьштейн спросил участливо:" Ребят, случилось что?"
Глашатай вздохнул, потом развернул бумагу.
- Здесь написано, что через минуту-другую к нам приедут барин, управляющий и агроном...
- Новый?
-Да задолбали вы! Старый! Всё останется, как было. Только...только... Чёрнобеловки больше не будет.
- Ты чё такое говоришь?
А то и говорю. От нас барину одги убытки. Он вчера решил разлгнать нас к сами знаете какой матери. Двадцать четыре часа на сборы- и- скатертью дорожка.
- Постой-постой, а избы наши?
-В счёт долгов на дрова.
- А куда же мы пойдём?
- А куда хотите. Можете за Неоднакером до Сибири ....дюхать, можетев Лохомотовку перебираться, тем более, что там баб хватает. Или в станицу Пчеловодческую топайте: там земли навало, а жителей кот наплакал.
- Не хотим никуда! Не уйдём отседова! Мы -чёрнобеловские!- рёвом сотен голосов ответила площадь.
- Есть только один выход,- начал было глашатай, но тут же смолк: на площадь торжественно въехала кавалькада карет. Мужики сняли шапки, догадавшись, кто к ним пожаловал. Из карет вышло около десятка нарядно одетых мужчин и женщин. Их наряды, цветущий вид резко контрастировали с грязной площадью, серыми домиками, покрытых соломой, измождёнными лицами крестьян...
Впереди, окружённый свитой шёл уверенной походкой барин. Это был немолодой мужчина, на лице которого нельзя было прочесть ничего.
- Ну, здравствуйте, братцы.
Всё, что произошло в следующее мгновение, потом обросло легендами и получило название великое стояние на Педо. Сотни людей рухнули на колени и завопили:
Барин, отец родной, помилуй! Не гони нас, окоянных! Прости!
Господи, если бы вы слышали, сколько тоски было в этом крике-стоне.! Просили юные и старые, слившись в одну единую массу. В ней нашлось место писарю, глашатаю и- Рупьштейну, автору этих строк и даже Неоднакеру_ он бежал с этапа, всю ночь шёл обратно, и теперь стоял тоже на коленях, забыв обо всём том, чему его учили пропагандисты из соседнего посёлка Гущинский.
Что-то дрогнуло внутри барина. К тому же к нему подошла молодая женщина и попросила:
- ПапА,они такие милые! Прости их.
- -Встаньте, братцы,- приказал он.
- Не встанем!-ответила площадь.
- А я сказал встаньте.
- А вот и не встанем.
- Нет, вы только поглядите, господа,- обернулся барин к своей свите,- потрясающий у меня народ. Только бы дай поспорить.
- Совершенно верно изволили заметить, ваше сиятельство,-ответил за всех управляющий.
- Не сердитесь, барин,- поднялся с колен глашатай, а за ним все остальные,- мы такие издревле. И языки наши - враги наши. Мы обещаем отныне ни слова худого... Вот только позволь нам сегодня мы душу облегчим, всё говно выльем...
- Нет, нет, братец! У вас и так этого, как ты выразился, выше крыши. Я думал, что увижу идиллию, буколику, а что открылось глазам моим Грязь и невежество. Невежество- вот бич нашего века.
Свита дружно закивала. Одна из присутствующих дам спросила:- Ваше сиятельство, чуть помедленнее пожалуйста, я записываю.
- Хорошо, Анджелла. И так, о чём я? Ах да. Вот скажите, как в Чёрнобеловке обстоят дела с грамотностью.
- У нас даже учитель есть,- ответили ему из толпы.
- Вот кто, но только я не помню, чтобы я его назначал.
- А он сам себя назначил.
- А почему тогда-учитель.
- А потому, что всех учит.
-Я хочу увидеть его... Так это ты, братец? По какой системе ты учишь моих крестьян? Ушинского, Каменского или Песталоцци?
-По системе имени собаки Павлова.
-?!
- Ачто собаки, что люди, барин. Пинка ей дашь- бояться будет, приласкаешь- хвостом будет перед тобой вилять...
- Интересно, интересно. Продолжай.
-А чего продолжать? Написал мужик положим херь, я го сначала по-хорошему предупреждаю, не понимает, москов мало-тогда я его обсираю...
- ПапА, кес ке се- обсираю.
- Дочка, фи, больше никогда не повторяй таких слов.
- Но звучит красиво...
- Скажи по-нашему: подвергнуть кого-кибудь обструкции.
- Ворт и я говорю барин: подвергай далбайопа обсрукции.
Ну а кто правильно всё понимает, тому иной раз от себя пива ставлю Вот такой я человек.
- А как часто ваши ученики сдают экзамены?- спросил барин.
- У меня каждый день- экзамен.
- А покажите кого-нибудь из ваших учеников.
Учитель задумался, но только на мгновение:
Витёк, иди сюда.
Витёк подошёл.
- Какой душка!-прошептала Анджелла.
- А что у тебя в руках, братец?- спросил Витька барин.
- Это мольберт,- скромно ответил паренёк.
- Вы слышали?- торжествующе произнёс барин,- вот что значат плоды просвещения!
-ПапА,а можно я его проэкзаменую?
- Конечно, дочка.
- Скажите, милый юноша, вы знакомы с творчеством господина Пушкина, нашего славного сочинителя?
- Знаком, тока мне не нравится. Скучно. Я другие стихи люблю.
- Какие, извольте полюбопытствовать?
- Только читай с выражением,- предупредил Витька учитель.
- С выражением? Хорошо.
Отккашлялся, и стал читать.
Если девушка изменит, Не печалься, не грусти-
Ты зайди поешь пельменей, Что в пельменной по пути. Чесноку поешь и лука, К ней домой потом зайди...Там скажи ей тихо....Сука! Поднатужься и набзди.
- Ты что прочитал , олух?- в полной тишине раздался голос учителя.
- Ты же сам сказал, сто с выражением.
-Силён братец, силён.-И,к управляющему:
- Рюмку водки человеку.
- Слушаюсь.
- И теперь о деле. Я решил простить их,- и барин обвёл рукой площадь. Раздался вздох облегчения. Свита, кроме агронома, бурно зааплодировала.- Только, понимаете ли, я в душе либерал. А на дворе середина 19 века. Понимаете?
- Простите, но не совсем ваше сиятельство. Прикажете провести в деревню дорогу?
- Ну зачем так кардинально. Ведь живут же, не померли пока без дороги. Я о свободе слова. Без свободы- не хорошо как-то. Надо выбрать из крестьянского общества двух, а лучше трёх людей, которым мужички доверяют. Назовём их гласными.Они и будут вокс деи, голосом народа.
- Блестящая идея. У вас есть какие нибудь пожелания пожелания, ваше сиятельства.
- Я неравнодушен к литературе. Один пусть будет былинным богатырё, второй... Что-то типа Платона Каратаева, третий- по вашему усмотрению.
- Слушаюсь,- ответил управляющий и зорко всмотрелся в толпу?
- Михайло!
- Чего?
-Поговори у меня ещё! Иди сюда.
- Шарман!- не удержалась дочь барина, когда Михайло подошёл к господам.
- Михайло, приказал барин, ь-скажи что-нибудь.
- Агранома в отставку!
Все зааплодировали, только агроном кисло улыбнулся.
- А что , мне нравится,-сказал барин.
Неожиданно к барину подскочил какой-то молодой человек и закричал:
-А вот я тоже отращу усы, сделаю грустные зенки- и что, я агроном. Так вам наработаю, хоть жопой ешь. Достали!
Барин побледнел:
- Да ты, да ты бунтовщик прав! Марксист?!
- Ваше сиятельство,- бросился к барину писарь,- не обращайте внимания,это НикифОр.
- А что, этот НикифОр не может быть марксистом? Казаки, ко мне! В кандалы смутьяна!
- Барин, он у нас... вот вы про Василмя Блаженног тслышали?
- Кажется понимаю,- успокоился барин,- как тебя, Василий...
- НикифОр я...
- Не важно, гласным быть хочешь?
А как Витьке водочки прикажете? Или сначала надо стихи почитать. Я могу . Вот слушайте.
- В другой раз, братец... Ну и кто у насбудет третьим?
Но управляющий уже вёл к нему ещё одного крестьянина.
- Это берёзкин, ваше сиятельство.
-Прекрасная исконно русская фамилия. Как живёшь, братец?
-Как все барин. Нормально.
- И не обижают тебя?
- Как не забижают? Забижают. У нас без этого нельзя. Значит, заслужил. Поделам нашим. Мы будем другими, и жизнь будет другая...
- Да ты просто прелесть! Третьим будешь?
- А надо?-спросил Берёзкин. У нас более достойные есть.
-Очень надо, брат Берёзкин.
- Тогда буду.
День клонился к закату. Барин ещё пообщался с народом,управляющий пообещал, сто после Рождества Богородицы, числа с 16 сентября осадки прекратятсяи солнышко ещё порадует нас своим теплом.Агроном заверил, что урожай будет неплохим. И счастливые мужики разошлись по домам. Дождь припустил сильнее. Я видел, как запузырились лужи.До Рождества богородицы ещё оставалось больше недели...

...

Грязно-аналлитическая выкладка... Очередная...
По Кантоне... и СЭксе...
Когда он переходил в наш клуб, я сразу был скептически настроен прочитав пару комментов болел с Кубани, и прежде всего не его игровыми качествами, а личными, дескать "бросил команду в тяжелое время" и т.д. Первые игры Любомира в составе Торпедо тоже не добавили мне оптимизма... Но вот в последнее время, Кантона стал прибавлять... ИМХО чуть ли не лидером стал (не считая Бороды... Димон ваще после ЧМ в эйфории и на данный момент лучший вратарь России...) Так вот, по Любомиру... Помимо его игры,запомнилось его интервью после матча с конями... Он не стал расхваливать свою игру, а подметил что в прессе и СМИ тока и поливают грязью Торпедо... Сегодня открыл Сэкс... Почитать о Торпедо... А там: Торпедо ваще набирает каких-то "скачибушечей" Что за х-ня? скачибушечей написано с маленькой буквы, как имя нарицательное... Акуели они там чтоли? Ведь это самая популярная спортгазета... СЭкс-ОУЧБ!! Думаю что если в этой газете есть порядочные люди, они должны извиниться перед Степаном...

...

Добрый вечер всем торпедовцам.
Только начинаю писать здесь и начинается дождь. Возможно даже не просто так.
Рада снова быть здесь, но немного раздражает настрой некоторых болельщиков. Что бы там кто ни говорил, у наших футболистов и то настрой лучше. От выплаканных здесь слез в стиле "больно видеть умирающий клуб" никому-никому не станет лучше, никогда. Если Вы любите Торпедо, оставайтесь конечно реалистами, понятное дело, но ищите хорошие стороны - неужели уже разучились находить? Они всегда есть. А плакать и ныть слишком простой путь, причем самый быстрый и бестолковый.
Вчера по ТВ смотрела Литва-Италия, и хотя безумно радовалась сенсационной победе(ничьей) своих, поняла, что мне по сути наплевать на весь футбол, если там нет черно-белых. Как будто смотреть матчи с участием Торпедо это один вид футбола, а без них - совершенно другой, не отнимающий столько нервов, но и не дающий крови столько адреналина. По поводу Данишевского стараюсь не думать, хотя злит немножко, но если серьезно подумать, очень просто найти кого-нибудь и поумнее его. Не побыстрее конечно, но это же не главное. У нас есть новички и может быть они не так плохи. Я ни черта не знаю про Колпортер Корона, но все равно победа радостная. Хотя мало кто радуется, все обсуждают погребение нашего клуба, падение в первый дивизион. Но мы далеко не единственные претенденты, и конечно, глупо исключать возможность вылета, но еще глупее готовиться к этому и мириться с такой мыслью. Вот когда вылетим, тогда и будем ныть и плакать, это будет более понятно, чем то, что сейчас делается.
Мне очень нравится песня наша "Не свернуть с пути", сразу перед глазами Лужники и то настроение в начале матча, которое никогда ни с чем не сравнится. Она у меня все время играет и мои братья уже ее насвистывают, как хорошо на душе от этих мелодий! И несмотря на ту песенку где поется про то, как осень приносит день, когда вера теряет свой смысл, все равно они пропитаны торпедовским духом и знаешь, что все будет хорошо просто, пока наше Торпедо существует.
И еще
Не стоит меня пока замуж, мне и так хорошо.
Марчина Куща с днем рождения!
А еще я уже в конце сентября буду там, буду с Торпедо, буду счастлива и очень этого жду.
Давайте, Торпедовцы. не опускайте руки - ну очень Вас прошу! Верность клубу это в том числе вера в него до последнего. Ну хотя бы маленькая такая вера.
И удачи фанатам черно-белых в турнире. За вас я тоже буду держать кулачки.