Это всегда так начинается – стоит, то есть, повернуться на живот и уткнуться в подушку... Небольшой мраморный лестничный пролет, косой солнечный свет через боковое окно и двустворчатые двери с разбившимися стеколками между рамами. Двери полураскрыты, негромкий скрип и солнечный свет. Я следую за своей группой. Последней. Нужно закрыть двери в старый парк на замок – те самые боковые двустворчатые двери. Для этого необходимо заказать замок, что я и делаю. Я все долгое пребывание в стране бессознательного (лол!) пытаюсь навесить проклятый замок. А мне так хотелось пройтись по парку.

 

И так это начинается в жизни. Начало, бесспорно, условно – произвольно выбранный момент. Мы так долго живем в мире условностей. Может, так мы говорим часто, ничего и не нужно. В каком случае мы нужны этому миру? Нет. Кому мы все-таки нужны? Кто вдвинул нас в полотно травы и неба? Кто из нас создатель? Кто его жертва? Кто...

 

Какие у старости преимущества...

 

Во-первых, не нужно бояться того, что станет с твоим телом в будущем. Еще лучше сразу сойти с ума, что бы ничего не жалко было бы оставлять.

 

Во-вторых, все кажется таким незначительным, даже сон и еда. Ты можешь с чистой совестью не трудиться. Еще лучше, если ты совсем один подойдешь к столь почтенному возрасту.

 

В-третьих, ничему уже не нужно удивляться. Ты все видел, даже если тебе это как-то раз приснилось в тянущем сне.

 

В-четвертых, ты можешь ни во что не верить, но иллюзия веры “хоть во что-нибудь” тебе поможет, если эта вера не жизнеутверждающая. Нет, приветствие смерти – самое существенное в таком возрасте.

 

В-пятых, смерть (наконец) самое желаемое – самое приятное... ее близость.

 

 

Собственно, я даже не очень грустный человек. Сомнений нет, не особенный. Но - гениальный русский классик - так удачно порвал мою связь со светлым и гармоничным звеном... Я - паяц, отступник, вне закона, так как - не знаю - может, его творю. Но (не даром, стало быть) тварь созвучно слову творить - может, процессу тоже... Я не в силах отказаться от собственных губительных убеждений, но убеждаюсь с каждым часом - это сделать просто необходимо. Мы все - вывывывывы и яяяяяяя - неотделимые цепочки, потому, если грущу я, то грустно и всем вам. Есть великое слово МЫ. Я вот перешла черту абсолютного безразличия. Я устала быть гамлетом - нужно немного побыть и донкихотом. Но (хахахахаэээээхххххххххх) моя проблема - я не могу отказаться от разъедающей рефлексии и анализа - мне нужны полочки и таблички на них - и чтоб как в аптеке!!!

Не хочу ставить точку - сегодня я сама эмоциональность, что со мной случается, поверьте, не часто...

Короче, мои милые и незабвенные

С новым ВАС, 2006 (ни хрена!!???...), годом.........................................................................................................................................пусть продолжение ту би контини'д этернал.....

И что всегда почти не связано с “рациональным подходом”, так это странные сны. И, кстати, о странных снах (теперь это можно употреблять как термин некоей неведомой пока ученой братии науке).

 

Так странно, когда пытаешься говорить. Чтобы это звучало нескучно и так же важно (на уровне ощущений) для слушателя, как и для тебя... Но... Это (к сожалению или счастью) невозможно ПО ИДЕЕ...

 

Не помню сейчас, с чего он начался. Мы (некие и я) были в каком-то доме (кажется, садовый двухэтажный домик). Была ночь. Я осталась одна на втором этаже. Слабый свет и слишком сильное лунное свечение. Мне не было ни страшно, ни жутко – я не боюсь ни темноты, ни ночи. Но вспоминаю старые дома (наклоненные фасады, возвышающиеся покатые крыши домов из красного кирпича, садик, двор...)... Мне становится жутко от все усиливающегося лунного свечения... Замечаю движение на фоне идеально круглого лунного диска (как летучая мышь). Эта тень далеко, но приближается все быстрее – мне жутко и интересно – не могу оторвать взгляда и уйти от большого окна. Такого большого, что больше ничего не вижу... Тень превращается в небольшой серый предмет, напоминающий камень, остановившийся в воздухе прямо напротив моего окна... Смотрит – оно смотрит пристально и несколько зловеще прямо на меня – я не могу оторвать взгляда от сумрачно поблескивающих глаз существа... Мне жутко – он завис неподвижно и смотрит пристально в мои глаза... Он срывается, пробивает стекло и попадает в мою раскрытую ладонь – не могу его остановить – лечу вместе с ним вниз по лестнице... От страха и отвращения ударяю его твердую защитную поверхность о каждую ступеньку, углы и косяки, постепенно избавляя от внешней твердой оболочки странный предмет... Понимаете, такое ощущение, как накануне страшной последней в истории человечества и всего живого на Земле войны (такие называют еще священными)...

 

 Наконец в моих руках оказывается оранжевый фрукт (кажется, мандарин), а я – на первом этаже, где много света и неких людей. Они, знаю, ждут от меня объяснений или чего-нибудь. Я разламываю мандарин и кладу в рот сладкие тугие губки. Вокруг меня мои обычные слушатели – и знакомые и нет. Я раздаю каждому по дольке, чтобы хватило каждому... Я говорю о том, что мы сейчас начнем что-то вроде ритуала. Я рассказываю о времени и пространстве. Говорю, что между тем, что вчера, и тем, что завтра, нет разницы. Что можно двигаться в любом понравившемся направлении, как в пространстве, так и во времени. Что то, что случается или случится сейчас, не имеет разницы. Что сейчас могло и не быть, как нет вчера и завтра. Что, кажется, время течет, как и ВСЕ – сплошное панта_рэи (или что-то подобное)... Что сейчас я поднимусь и думаю об этом – мне поможет мандарин... Я стала легкой и невесомой – мои ноги оторвались и я парю... И задыхаюсь от жуткого “рационального подхода”...

 

Ведь вот как интересно: все возвращается и обещает еще больше погрузить тебя в болото. Но то ли болото выбираем мы САМИ? Вот в чем вопрос...

...*Help you self*...

A.

 

 Есть альтернативы и критерии. Выбор может быть только один – нужно найти решение. Причем поиск и выбор решения (альтернативы) свободный. Обязательность задана критерием. Или фактом свершившегося выбора – нужно только доказать самому себе, что в свободном состоянии ты бы сделал этот самый выбор (выбрать ту самую альтернативу). Кажущаяся свобода переходит в иное качество – свободное восприятие феноменологического обстоятельства и существование (в связи с этим) одного (“правильного”) выбора – единой точки или фронта.

 

Так действует “механизм категорического императива” при наличии обязательного факта свободы выбора и многовариантного подхода к проблеме выбора.

 

B.

 

Так возгордиться божьим краем,

 

Чтоб к изголовью преклонить

 

Прямую спину, и обвить

 

Святой источник... Белый гравий,

 

Веселый птичий гам и стон,

 

Исторгнутый земной юдолью

 

Из всех времен, со всех сторон,

 

Что отзовется в счастье болью...

 

Теплицы разума, свобода –

 

Иллюзии последних лет,

 

Теряют силу. Небосвода

 

Не может быть... Ведь его нет?..

 

C.

 

И так, поразмыслив, поприкинув, начинаешь улавливать всю шахматную партию исторического времени. Его не должно покоробить никакое отвлеченное исследование. Факты. Голые, если можно.

 

Итак... В конъектуре облегченное, мое восприятие “причинно-следственного” (наследственного, если пожелаете). Невозможно поверить, но критика имеет место. Ее развитие не случайно, но поверхностно. Сколько бы не говорилось плохого, в основе (или в предположении в конце) лежит хорошее – хвальба и панегирики (прочувствованная хвала). Невозможно удивляться той странной длительности, с которой приходишь к пониманию того факта, что все (даже иллюзии) есть нечто, чего не понимаешь. Что-то не совсем твое, даже если ты этим занимаешься большую часть жизни. А единственно может быть проверенным осознание себя как личности – индивида. Будь оно проклято все, но ЭТО ТОЖЕ пришло из Америки (Запада, в конце концов). Ты говоришь, будь у меня силы, я бы изменил эту эпоху – потом, - ну хоть что-нибудь в ней. А потом – это ведь УЖЕ не становление, это ставшее. Страшнее данного сознания, потерявшего веру в продвижении (с глубоким смыслом своего единства с миром и историей с начала времен), может быть только заблуждение в том, что, может, все-таки это не так.

 

Особенно проблема поиска своего места – именно – СВОЕГО МЕСТА (sic!). “Возможность – это значит необходимость”. Как только она найдена, проблема отпадает сама собой. А сейчас процветает (имеет серьезную успешность) что?.. Все правильно. Вот этим и надо заниматься с серьезным замыслом: стать провозвестником конца, а не классификатором (Игра в бисер).   

 

Теперь из мировой классики... Вводим понятия: 1) внешний символ эпохи; 2) внутренний символ эпохи – в отношении ее современных представителей.

 

Первый – искусный конструктор идей. Метод логики – подруги обмана. Успешность. Слабость аргумента: так говорю, ибо истинно, а оно не нуждается в доказательствах (впрочем, присуще многим).

 

Второй – носитель идей. В единственном (истинном) выражении обладает “исторически оправданным способом мышления”.

 

Единственно возможный путь современника стать внутренним символом (простите, истинным) – НАЙТИ СВОЙ ЛИЧНЫЙ ПУТЬ (пусть и не отмеченный подвигом, тем более что это несовременно).

 

Таким образом, любое начинание, любое просветление с позиции современника имеет одно назначение – личностная успешность, не имеющая отношения к САМОВЫРАЖЕНИЮ через свободу воли, но имеющая целью истинную консолидированность с эпохой, с понятием символичности глобальных отражений современности, “неоторванность” от жизни и пути, имеющая прямое отношение к современной проблеме всеобъемлющего знания и наивысшей интеллектуальности – в значении силы ума.

 

D.

 

Опять двадцать пять. Мы говорим – так и должно быть. Да мы правы, в общем. Но вот оно... Если раньше был империализм, то сейчас – глобализация (или империализм в маске демократии). А потому что все равно – ничего не равно. Есть величины, только определяемые не территорией (в большей степени) и не военным могуществом, а экономическим. Скажите, теперь и производство в материальной сфере подходит к этапу цезаризма?..

 

E.

 

А на последок я скажу...

 

Куда ни плюнь – повсюду мины,

 

Про гласность все плетут, скотины,

 

И навевают тяжкий сон...

 

Что же это?.. Измененная реальность или изменяющая реальность, или, может, ирреальность, из колд реальность... Невозможно представить более обыкновенную – почти обездушенную (задушенную) бытность... Всегда есть повод ею восхититься... Иначе... Чем прикажете... Все это ничего не... От этого не толстеют! Не худеют... Руки опус... Это тож... Не страшно... Страшно... Когда свет... Исчез и... Недавно меня про... Бросят все... Никого... Не нужно, не... Хочу... Передать... Жизнь всегда... Уф!.. Как по линейке! Тройка-семерка-туз, тройка-семерка... У меня не всегда... Но быть чем-то... Не правда! Так нельзя... А как прикажете?.. Что-то хочется ска... Сделаю! И точка... Нет, вы не понимаете! Мои мыс... Не движутся они ну ни... Нужное направление... Это все странно... А кто это сказал?.. Да знаю, что вы говорите, когда... Несет вас куда-то... Помогите... Нет... Ни нет, а да! Куда торо... Как топор! Аки прелесть моя... Ничто... Невеж... Тождество... Дай нам силы... А кто просил?.. Что, неймется ника... Какая си... Логик... Что-то все об... Трезвый взгляд... Тройка-семерка... Кто здесь... Не умер и не умрет. Нико... Да, все мы в чем-то бесс... Смысла нет и не было. Того, что... Найдет ли кто?... Понима... Имманентно присуще все... Их замаскированные ро... Живые все, но кто... Конкретно, я не о том... Это было у Кортаса... Рано седеют наши мужчи... Ныне век и час – все едино, а нас не... Возможно ли остановить?.. И что она оз... Страна раннего соз... Ныне не хватает времен... Исти... Натурально, живем тут ка... Космонавты. А космос... А все же Ис... Спор бесконече... На самом дел... Есть Он... А кто говорит, что... Нет, ну вы смотри... Теперь все ясно и... Она рядом... Это истин... А что это такое?... А кто спрашивает?... Чита... Не... Молчан... Всегда по-англ... Форма передает... Форэвэ... Что.. чточчтоооо Тройка-сем... Истина.

 

Место звонаря - оно по-прежнему вакантно. Мы как-то не думали о Свершившемся. Нами руководила идея простого процесса. Мы не думали о прогрессе, хотя и знали о такой идее. Но, нам кажется, что все идеи идеями так и остаются. Мы знаем о законах диалектики - ах, старичок Гегель, все это ересь и глупая чушь! Ничто не может вот так просто взять и перейти на другой уровень. О чем ты говоришь!

Мы не свидетели вообще никакие. Мы музыканты, но это тоже у вас вызывает сомнение. На самом деле, нет ничего горше сомнений - вы, небось, слышали о Достоевском. Ведь кто о нем только не упоминал всуе... Нами управляет чистая "промысловая" мечта. Мы хотим служить своему Богу. Хотим обрести покой на небесах. Все это очень просто для вас. Мы это знаем. Но мы в покое узнвем, как быть мудрыми, как уметь не судить, как просто верить и любить. Да... Как просто...

Ты натыкаешься на острые углы моего тела. Ты никогда не жалуешься на то, что жизнь плоха, скучна, нелепа... Твои дни, ты находишь, полны света и значения. Звездного света и значения Мироздания. Твои континенты (тело и душа) никогда не пересекаются и не находятся в полярности. Ты их срастил в едином пространстве планеты - той единственно возможной планеты. Но... ты по-прежнему натыкаешься на острые углы моего тела...

В тебе не может быть противоречия. Ты умен и величественен. Ты хочешь быть ведущим. Ты хочешь повелевать. Ты хочешь знать обо всем. Ты хочешь самолично изменять мир аборигенов и поселенцев. Тебе не понятна идея о том, что и другие хотят того же, что у них на поверхности только микроскопическая часть айсберга... Ты представляешь всю суть Дугих лежащей как на стекле микроскопа...

Но ты, как странно, все равно натыкаешься на острые углы моего тела...

Наши понедельники порой изнурительны, наши воскресенья бывают унылы, но как добр Господь, дарующий нам неделю за неделей! (Марк Леви)

 

 

В плохом конце кроется не больше цинизма, чем в хорошем (если не меньше). Почему-то недостаточность драматизма кажется нам первым признаком скуки и разложения, устаревания и обмельчания. Мы не терпим драм без логического их конца. Но плохих концов, как и хороших, не бывает. То, что неизменно является нашему сознанию в конкретике исхода, не обязано быть таким в модусе долженствования, действительности, возможности. Короче, наша фантазия, дорогие собратья по планете, неисчерпаема.

 

Привет, Антарктика! 

 

Я сегодня подумаю о том, что меня ожидает (что всех ожидает) в совсем недалеком будущем... Эти бесконечно повторяющиеся сутки – солнце совершает свой ход (извинение египетским бальзамировщикам). И этот ход неумолим лишь в том свойстве, в каком он является жалкому “божескому” существу... А между тем мы – это каждый из нас, наделенные властью и благостной историей рождений и смертей. Но это только прелюдия (интерлюдия, если угодно). Важно вот что – что пугает в данном контексте. Мне 23, но что я вижу – как живут “низшие” из нас. Мне страшно. И если мой страх чисто человеческого свойства, тогда понятно, почему все предпочитают закрывать глаза и двери. Я в принципе не верю уже в счастливый исход. Просто его уже нет в моем взгляде на конъектуру нашего мира. В каком модусе эта установка выступает – выбирает каждый. Но она, безусловно, есть где-то на уровне “заплечья”. И каждый знает, почему. Почему мы не нужны в неработоспособном возрасте и состоянии. Почему единственное, что нас спасает, имеет отношение к грехопадению и смерти. Почему мы не живем в мире с собой? Так ведь это установка вовсе не нашенской философской и религиозной традиции. Расплачивайтесь, всегда расплачивайтесь. По собственным счетам и за своих предков, будьте так любезны, граждане страждущие. Не берите в голову, что якобы принимаете иную веру – в вас и вовсе ее нет. Вы – все вы на счету без счета. Уж так вышло, мало, что вы хотите, о чем мечтаете. Никаких вам осанн или нирван.

 

А вот переселение душ... Начинается круг не понятно, откуда. Но известно, что новая жизнь напрямую зависит от того, как проыедешь старую – от количества взятых на совесть грехов. А началось то все откуда – от низших форм (как в теории эволюции) или, наоборот, от высоких (деградации?)?.. Ни один геолог не сможет найти ответ на подобный вопрос. А, впрочем, почему обязательно должен существовать вообще какой-либо порядок? Почему не начать просто – от случая? И передавать, разумеется, также?.. Но не вписывается уже в ракурс нашего сознания такая постановка. Даже у случайной величины должен быть закон, поймавший ее (якобы) в ловушку. Нашу волю – в ловушку судьбы.

 

Родильные дома для гиперновых звезд. Они расположены на расстоянии 10000000 световых лет – практически на окраине Вселенной. Там происходит образование и разрушение взрывообразные новых звезд из пыли и газа с гигантским выбросом энергии (см. гаммавзрывы) с выбросом гамма лучей до нашей Земли. Эта загадочная зависимость, на которой зиждется все наше современное представление о мире и его закономерностях, - “Е=mc^2”...

 

Это же мы – три белые точки... Неведомые почитатели смертельно опасной игры в счастливую жизнь без изменений... Нам так и не удалось добраться до самой высокой вершины, но мы этим не огорчены, потому что очень счастливы... Какая разница где, как и почему? Где, как и почему – не многовато ли задушевных вопросов? Кто в силах нас остановить – замести наши маленькие бесчисленные следы на песке времени (эх, надорвавшаяся метафора – сломанная метаморфическая машина). Где нет нас – там, правда? – лучше... Не шутите, нам нельзя смеяться...

 

Де Кирико... Где твои лживые улочки в спокойной их бессмысленности... Их или нас унесла смерть?.. Никогда ничего не понятно с этими воспоминаниями, наполненными лишь пустым и солнечным негреющим светом... Да и свет этот какой-то странный – зеленоватый прокисший...

 

Где бестелесный шатер из душного и теплого неба... Где самая длинная дорога страданий... Где вечно идущий по ней, где его вечный сопровождающий, где рассыпалась красная звезда с маленьким лицом, где на фоне высветился исход крестного пути... Где звучит набат и падает вечное небо... Где нельзя собрать его осколки... Где кровь нечеловеческая сочится и капает нам на лица... Там нас нет и никогда не было... Мы – три маленькие белые пятна... Мы – ничего не значащие крупицы вечной жизни... Мы – осколки потерянной галактики... Мы – кто только недавно предались смертельному недугу... Мы, даже мы ни всегда будем идти вместе... нам придется расстаться, потому что все умирают по одиночке...

 

черт!... Как хочется поговорить... Не так, чтобы только ты и ты один пускал слова в атмосферу и уши тех, кому это (вроде как) надо... Надоело учить... Хочется ПОГОВОРИТЬ!

I. И если всегда все наперекосяк, нет ничего удивительного в поисках точки опоры. И есть всегда тишина, когда нет ни души. Когда необходимо протянуть время. Когда так остро ощущаешь его ненужность. Когда лучше не думать ни о какой эффективности его траты – речь о его всемирной утрате. Когда весь мир и ты вместе с ним пускаешь времени песок по ветру. Так просто все складывается в причудливую мозаику и не надо спешить. Никогда не надо спешить, никуда не надо спешить... И вот тогда ты замечаешь то, что никогда и не думал найти. Когда начинают говорить здания, стекла и вывески. Когда начинаешь удивляться тому, что ты еще здесь, а других нет. Да и кто они – эти другие... Когда думаешь о том, как это удивительно, что есть кто-то еще, кто все это оставил. Кто не потрудился объяснить, для чего тебе это нужно.

 

 

II. Я часто думаю о конкретных ситуациях. В каждой из них – этих ситуаций – возникает новый (совершенно новый) взгляд на, казалось бы, одни и те же вещи. Вот, например, есть такой человек, которого вы ненавидите или боитесь (что одно и то же). Вы его всячески избегаете, считая его источником вашего недомогания и неудобства (на самом деле источник – это вы сами без относительно предмета_объекта вашего негодования). И вот так происходит в так называемой обычной ситуации. Но как только ситуация приобретает иной характер (меняются условия вашего соотношения с вашим ненавистником и врагом), меняется и характер соотношения (взаимоотношения): либо ваш конфликт выходит наружу острым углом, либо меняется совершенно неожиданно качество ваших взаимоотношений. Так происходит часто в критических ситуациях. А вот насколько верно то или иное соотношение (ваше именно мнение) – в тех или иных условиях – это весьма спорный вопрос. Считаете ли вы, что нормальные условия реальны? А когда они вдруг стали реальнее, чем те – иные? Откуда вы знаете, что качество ваших отношений с вашим “недругом” в привычных условиях более имеет отношение к истине, чем то – другое? Ответьте...

 

Я сижу и смотрю в окно: мне кажется, что я ясно выстраиваю в уме (а значит, и в реальности) картину собственной структуры “Je” и “Moi”. Так славно получается. Есть что-то, что живет во мне и надо мной – это первое приближение к идеалу (заблуждению) “порядковости”. А вокруг почти сплошная стена из какого-то весьма твердого материала, который еще пока не давал трещины под напором (надо сказать, не был действительно испытаем). Так ли уж необходимо это загораживающее устройство собственной осмотрительности и “абстрактизации” собственных переживаний. Или это непреложно для моей личности. Не знаю. Однако... Есть что-то вроде “астрального” тела – я называю это “тело” хладнокровным летописцем “Moi”. Иногда его хочется во внутрь, но он вне меня. То, что остается, варится в собственном соку, перегнивает и создает плодородную почву – не знаю, для чего. Можно ли сомневаться в такой “надежной” конструкции. Для мира и других – это “постройка” с ни всеми оцененным риском. Для моего “Je” – рабовладельческий строй в долгосрочной перспективе и полис со всеми “древними” комбинациями...

 

Я просто хочу сказать, что есть, конечно, Je и Moi... Но также, безусловно, существование (ПАРЕНИЕ) чего-то, что бесконечно выше меня, чем я никогда не помыслю даже управлять или на что не осмелюсь оказывать влияние... Доступно только прикоснуться к этому источнику бесконечности, то есть ОСОЗНАТЬ его существо, как это уже ощущает вечно более мудрое подсознание (гипоталамус).

 

I. Это чтобы, наконец, взорвать безумие приличия... Со стены свисает неровный стежок с воткнутой в пуантилизме иголкой... Так это именуется искусством, но уже умершим, так как его Раны заштопаны, а новые еще не открылись, пока человечество не износило новую главу собственной исторической судьбы, которая отделена от мира как такового. Но нельзя остановиться, чтобы перечитать из-за опасения так и остаться в начале, а еще – вполне возможно – деградировать, что означает спуститься обратно в темную нелепость существования человеческого... Это когда вы только встали на ноги, но уже как разумное существо, готовое бросить вызов самому что ни на есть чудовищному исполину, растянувшемуся вдоль шара земного, не оставившего ни одного свободного от “свободной воли” уголка. Когда и как это произошло, когда мы отдали жизнь в залог БУДУЩЕГО. А оно грядет очень долго, это абстрактная идея, перенесенная – как ни странно – из двухтысячилетнего прошлого. По принципу (или закону?) нелинейной интерполяции петлей залетевшее на наше с вами будущее, которое теперь стало чуждо именно нам, современным балбесам... Вас когда-нибудь упрекали в отсутствии так называемой “гражданской позиции”?..

 

 

II. Учиться жить с дерьмом в душе – вот что нам завещают. И еще этот невозможный компромисс. Вся история в иллюзиях собственной значимости – как пастырей других... Это не иерархия ценностей – это перевернутая лестница, по которой только эквилибристы духа и могут совершать восход. А мы погребены с рождения, причем каждый из нас без исключения (ээээ, если вы знакомы со статистикой)... Это была здравая мысль: прикрыть розами грязь жизни, да только от себя самих... Что вы можете себе позволить наедине с собой, не отворачиваясь от себя? Вас это не коробит, а, может, оскорбляет?.. Мы все лжецы понемногу.  И это начинает потихоньку нас утомлять. Но что мы можем сделать, если никто не решается внести ясность, боясь еще больше запутать мир в деталях (вспомните наше так наз. Законодательство). Разве есть смысл бороться в открытую?.. А есть ли смысл прятаться вечно?.. Ведь мы живем всего-то каких-нибудь около ста лет – это так мало в мировом масштабе. Мы не смогли бы выиграть Битву Космоса и Хаоса – для нас ее нет (только если в воображении) – туда лучше не соваться со своими теориями и причинно-следственными законами...

 

Посвящается Г.М.

 

И что поражает Гольбейн – мои сны и мою впечатлительность, мои подсознательные “реакции”. Достаточно только окоченевших рук Христа... И “ирреальная реальность” всплывает перед глазами и в душе. Если для вас Макондо не пустой звук, вы меня понимаете...

 

 Мертвый Христос (1521)

Как написать правду о себе?.. Тот факт, что вы – жалкий червяк, ползающий в дымящимся дерьме?.. Это я. Я поняла, что “сто’ю” (во всяком случае) не больше, чем другие мои собратья по Земле (я имею в виду и флору и фауну). Э-э-э... Нет, так не пойдет. Я СЛИШКОМ деликатна даже в отношении себя (почему “даже”? – я вовсе себя не ненавижу...) Совершенная картина, по-моему, - “мучающийся идеалист и гуманист в собственной луже”, начинающей мутнеть от перегонки ее вод туда-сюда – по принципу маятника, если хотите, вечного маятника... Совершенная по многим причинам. Не только по причине Главенства надо всем Истины и Правды жизни. Но если это и так, то не так... Не совсем так... Как мы можем говорить о людях (некоторых представителях хотя бы нам подобных), как будто они – полные нули (да и что это, черт побери, значит?!! Что за словесная дрянь в гортани, а затем на небе?) Чур меня, попахивает оригинальностью... То-то и оно, что нет... Просто видишь одно человеческое существо – оно просто “светится”, а другое – ни в какое сравнение здесь не идет – просто вошь какая-то. Какие мелочные у него радости и печали, а какое “великое” горе... Нет, да он просто шут и утильное сырье, перерабатывающееся в дерьмо жизни, в ее отбросы. Как это люди определили?.. Так вот “марксисты” решили перевернуть картину вверх ногами, чтобы в осадок выпали “верхушники”. Они приняли за основу принцип “экономического везения”. Сейчас непонятно, что к чему... Нужно, наверное, пройти времени, чтобы разобраться в продукте исторического колеса... Я подбрасываю вверх, а вспомните Др. Грецию? А эпоху Возрождения? Там верхи могли говорить слишком изящно и умно... Так умно, что нетрудно было определить, кого считать за человека, а кого – за отбросы “бомонда”. Нетрудно было заглянуть в душу с помощью проповедника, а потом привыкну также с помощью него к постоянству “тамошнего свинарника”. А потом придумать такую штуку – курбет прямо-таки, - что душа становится Душой, а тело Телом. И смерть даже приятна и оправдана, когда место уже есть...

 

Я-то, думаю, почти жива только благодаря той боли (свербит в сердце), которую привносят в него беды и несчастья – такие маленькие и большие – такого, что мы называем, Маленького Человека...

 

Ее ковром устлали листья.

 

Над нами Вечности заря:

 

Звезда Истории садится...

Что вы называете любовью к миру, такому как он есть? Это ли не Величие снисходит... Может, выражает <признается в теплом\горячем чувстве восторга и обожания> Свою Любовь (Любовь к Малому делает Их Великими – капсиология! Sic!)? А, может, все дело в том, что каждая травинка-былинка интересна, когда воссоздаешь ее “исторический контекст”, “этимологическую основу бытия со всем вместе”?.. Тогда и малое становится достойным интереса Великих... А это ли не искусственный мир – суррогат создания Божьего?..

 

 

 

Искусственный свет, отраженный тысячью зайчиками в кусочках конфетти, превращается в живой, преображается... И французская музыка звучит естественным фоном к танцующим бесконечный вальс. И моя мечта обретается сквозь эту волнующую фантазию на тему живых и – в то же время – вечных цветов... Это я в паре, это меня распинает свечение на фоне рифленой стены школьной столовой... И я всегда ни одна, но одинока... И пока жив вечности поток, моя жизнь не прервется, как часть этого потока. И тогда всего лишь один непозволительный вопрос: но почему все это так?..

 

 

Когда я задумываюсь, что вещи – мелкие или крупные, - которые с таким тщанием и небрежным беспорядком окружают мою жизнь, мои и только мои, так как я их, собственно, и порождаю – мои ежедневные занятия и мои интересы... А есть столько еще вещей, от которых отвыкаешь за ненадобностью, - они не связаны ни с чем в твоей жизни (или работой, не свяжу их вместе, черт вас возьми! Не просите)... Я начинаю думать, а есть такие мысли, от которых тоже стоит отказаться за ненадобностью?.. Но зачем мне, например, думать, из чего сделан асфальт, или о строении листа и т.д.? Нет?.. Или да?..

 

 

О “бессмысленности”.

 

- Почему святыня, поднятая из грязи, притягательнее и “натуральнее”, чем выращенная в тепличных условиях “приличной” жизни?..

 

- Как вам не стыдно!

 

- Мне очень хорошо не стыдно, мой дорогой...

 

- Вам совсем не хочется затратить ни грамма усилий, чтобы сделать вашу жизнь хотя бы чуть светлее и приятнее!..

 

- О! Ну вы когда-нибудь готовили для себя “мягкое” и “чистое” ложе из лживой природы вашего неугасающего “духа”?..

 

- А это, правда, что вам хочется всегда всего легко и быстро?.. Это так утомительно.

 

- Нет, это уморительно. Когда я представляю, что легче всего соорудить для себя подобие крюка и переброшенной веревки... Мне кажется это уморительным занятием. Все бессмысленно тогда перед ЭТОЙ бессмысленностью.

 

- Но жизнь – это нечто большее, чем прозябание и “животные инстинкты”. Разве нет?..

 

- Конечно. Жизнь – это НИЧТО ОЧЕНЬ БОЛЬШОГО РАЗМЕРА!.. Но не падайте духом! В ваших же силах придумать себе другую декорацию взамен надоевшей хуже горькой редьки. Это, например, как с давно привычным меню. Хоть какое-то разнообразие просто жизненно необходимо.

 

- И все же я вижу в жизни какой-то смысл.

 

- Вы видите грязную посуду и думаете, что стоит ее вымыть к следующему приему пищи. Вы видите соринку на идеально чистых брюках и протягиваете руку, чтобы убрать одним щипком и т.д. Почему?.. Но ведь это так естественно. Совсем не то, что искать СМЫСЛ. Поймите, если и есть смысл в жизни, то он придуман вне нас, не нами. И если это так, то ваше невежество в этом вопросе не сделает ваше существование более бессмысленным.

 

Под ритмы sexy румбы нежной...
Стою я, скрытый темнотой...
И только сердцем безнадежно
Я призван быть всегда с тобой...

А мирная нелепа слава,
Достаться легкою ценой –
Страдальца не прельстит забава,
Мне нужно РОК назвать судьбой...

И Ветхая Святая Книга...
К ней на Страницу попаду
Как “мелкий” мученик изгиба,
Который я Твоим зову...

Я буду нежить и лелеять
Тиши заветную тоску...
И, может быть, смогу посметь я...
И буду рад “простому” СНУ...