Разлад в нашей семье усугубился. У бабушки явно помутилось в голове после потери двух сыновей. Бабушка поделила детей, невесток, внуков на любимых и не любимых. Все разделились на два лагеря и натурально начали войну между собой.
Мы с мамой жили далеко, поэтому в какой-то мере нам удавалось сохранять нейтралитет. Однако, мы взяли к себе Дениса, он поступил в университет в Екатеринбурге. Дядя Дима погиб, когда Денис учился в 11-м классе. Денис очень хотел получить высшее образование, но в коммунистическом Курске без денег и связей это невозможно. Мама позвонила летом, спросить как дела. Тетя Надя чуть не плакала, сказала, что требуют уже сейчас тысячу долларов, а гарантий поступления никто не дает, что делать не знает. Мама приняла решение моментально. В тот же день она обзвонила все универы Екатеринбурга, и этот день оказался последним днем сдачи документов. В тот же день факсом переслали денисовы документы в Екатеринбург, мама сделала копии и сдала документы в несколько университетов. А через два дня самолетом из Воронежа приехал сам Денис. Сейчас он вспоминает: "Сижу в Курске, готовлюсь к первому экзамену. Вдруг приезжает мама, говорит, чтобы я собирался, билет в Екатеринбург уже куплен. Я даже попрощаться ни с кем не успел, сказать никому ничего не успел. Друзьям потом письмами сообщал. Сижу в самолете, а в самолете лечу в первый раз. В большой город еду в первый раз. Один. Уши закладывает, дети плачут, я сам чуть не плачу...". Денис поступил в универ в Екатеринбурге. Когда я вернулась из Японии, он уже жил у нас.
Я училась в университете, поэтому не могла как раньше приезжать на все три летних месяца. Однажды летом я приехала просто в гости. И столкнулась с тем, что куда бы я ни поехала, к каким бы родственникам ни поехала, все жалуются мне друг на друга. Все пытаются перетянуть меня на свою сторону. Я же, поскольку жила с Денисом, была скорее на его стороне. Да и вообще, я была на его стороне по моим понятиям о справедливости.
Бабушка искала виноватых в смерти сыновей. Я же имела опыт быть обвиненной родной бабушкой в смерти своего отца.
Тем летом я выдержала в деревне только две недели. И вернулась обратно, в Екатеринбург.
Было очень обидно, казалось бы, смерть близких должна бы объединить оставшихся, а все получилось совсем наоборот. Мне приписывались грехи, которых я не совершала. Но самое ужасное, пропала та атмосфера большой семьи. Пропали те ощущения, когда мы сидели всеми братьями и сестрами на печке и читали вслух книги (я об этом писала в первых постах раздела "детских воспоминанияй"). Новости из деревни сводились к описаниям очередных раздоров.
Еще было обидно то, что бабушка по сути обвиняла нас с мамой в том, что мы взяли Дениса к себе учиться. Казалось бы, ее собственный внук, неужели она не хочет ему счастья? И правда, бабушка помешалась умом. Ей хотелось посмотреть, как ее невестка справится без ее сына, она не хотела, чтобы мы им помогали.
