Словоохотливый парнишка-кладовщик из "Крафта" заметил в моём "под расчёт": "О! Юбилейная." И я тут же захлопнул раскрытую перед ним ладонь. Рефлекс жабы-душительницы. Когда-то давно жена стала ссыпать в копилку Артёму юбилейные десятирублёвки. Потом и я подключился. Без азарта, без разглядывания: "такая есть - такой нету". Просто так: юбилейная - в копилку.
      Копилка цела, давно позабыта. Если б глазастый кладовщик не предупредил, я бы преспокойно расплатился и ушёл. А так вот сразу стало "наада".



- А что там? Великие Луки?
- Нет, Ростов. Таких много.
- Ростова ещё не видел. Да мы сыну раньше собирали...
- Ну забирайте. Потом, в следующий раз занесёте.
- В принципе, оно мне не так уж и надо. Ты бы не сказал...
- Ну почему? Дело интересное. Сидеть, разглядывать... Этой нет, эта есть... Вот у меня дядя...
- Ой, да было б что-то исключительное. Такое, чтоб только у меня. А этого добра... И когда ещё оно ценность приобретёт? Начинать надо было с детства. Но я и тогда так же рассуждал: это сколько ж лет надо, чтоб повседневное стало хоть каким-то раритетом! Нетерпеливый был. А у многих ли сейчас есть зелёная кефирная крышечка из фольги? Или презерватив Баковского завода резиновых изделий за 2 копейки. Даже фоток советских вещей мало. Всё вокруг казалось ерундой, которую просто глупо собирать. Глупо, потому жила уверенность: так будет всегда.

   Приложения.

   Марки, значки и мыло по талонам.
   Значки из бабушкиной шкатулки. 
   Первый презерватив.