Пережидая, пока рассосутся пробки из-за репетиции парада, остановились на набережной. В самом её конце. Или в начале. Ну не на Богатяновском спуске, а с противоположного края.
      Посмотрели на строящийся мост через Дон. Теперь уже с другой стороны. Когда гуляли на Гремучем, его прикрывал мост железнодорожный. Буксир сновал с берега на берег перевозя очередную смену рабочих. Значит и ночью строят. Недавно закрыли подъём от пригородного вокзала на Стачки. Начали соединять надводную и наземную части моста. Кстати, ростовчане, с седьмого апреля работают видеокамеры, установленные на арках. Не превышайте скорость у них под носом. А то, как найдёте в почтовом ящике пачку квитанций…

       Потеплело. Народу всё больше. Ну рыбачки, понятное дело, – эти круглый год с набережной крючки мочат. И целующимся парочкам тоже зима, лето – всё едино. Помнится, пялился на одних. Холодрыга. Парнишка на лавочке, взгромоздил девчушку на колени. Руку у неё за пазухой греет. Целуются, точно друг дружку проглотить собрались и всё никак не решатся. Примеряются. Наверное, модный целовательный стиль. Чуть поодаль ещё одна парочка точно так же грелась. Ням, ням, ням…
      Соне хотелось экстремалить. Проверяла меня на слабо, Вольдемар, в фонтан прыгнуть?, походить за чугунными решётками, над самой водой? Потом лезла туда сама. «Только ты меня крепко держи».

      А это у нас традиция такая. Брачащиеся вешают на решётку подписанные замки. Щёлк и ключ в воду. Интересно, а если не сложилось, с ножовкой приезжают? 
      Мы уже в который раз на набережной, а всё ж да найдётся что-то новенькое поглазеть. На «Иване Бунине» сыграли учебную пожарную тревогу. Мы остановились, оценили слаженность беготни экипажа. Троечка. Сгореть, может и не сгорит…
      Перед ресторанчиком настраивала звук фольклорная группа. «Раз. Раз-раз. Раз». Не халам-балам. Ноут с минусовками, радиомикрофоны, пульт, две хрипатые колонки… Блин, взрослые люди, а как пацаны, врубают на полную. Ведь искажения охренительные. Но Соню всё устраивало. Она громко похвалила то ли женщин, то ли их наряды: «Красивые». И три песни пританцовывала и подпевала, быстро схватывая незамысловатые кадышевские припевы. Артистичная особа. Так умильно печалилась бровками: «Ах, судьба моя, разлука - судьба. Я ответ найти никак не могу».

       Еле увели. Начинало темнеть. А нам ещё ехать и ехать. Вот угораздило ж сына найти невесту на другом конце города. Взял бы, пусть не из нашего подъезда, ну хотя бы из нашего двора. Это ж какая для дедушки была б экономия бензина! И ведь приводил одну ко мне в гараж показать. Через подъезд от нашего жила. Глазищи, волосищи, джинсики так ловко сидят… «Папа, это Марина». «Здрасьте». И чего, блин, было не жениться? Метров пятьдесят всего. Да на одной ножке за минуту доскакать можно.
       А сегодня Элли и её верные друзья, так и не получив ничего от Гудвина, отправились в Фиолетовую страну воевать злую Бастинду.  Между прочим, у нас распределены роли. Соня захотела быть Элли. Соломон - это, естественно, Тотошка. Пользуясь тем, что бабушка была на кухне, я захапал себе Железного дровосека. Ну он железный, топор у него... А Лев - это как-то не для по моей скромности. И как-то забыли поздравить бабушку с тем, что она Страшила. Нет. Потому что мудрая :-)